Ронда Гарднер - Окно напротив

— Если ты еще не пил кофе, значит, я не угадала. Что касается меня, то я собираюсь налить себе вторую чашку.

С этими словами Вэл удалилась в кухню и, налив себе ароматного горячего напитка из кофеварки, вскоре вернулась с чашкой в руках.

Она подула на кофе, чтобы немного остудить его, и Мэт вновь обратил внимание на ее красивые чувственные губы. Они были от природы розового цвета и на фоне белоснежной кожи, усыпанной светлыми золотистыми веснушками, походили на нежный свежий цветок. Мэта бросило в жар. Его словно магнитом притягивало к этой женщине.

— Кофеин вреден, — заметил Мэт, стараясь отвлечься от мыслей о сексуальной притягательности Вэл.

Не надо было приходить сюда, сокрушенно думал он, поражаясь своему легкомыслию: еще вчера ему стало совершенно очевидно, что он может серьезно увлечься этой женщиной.

— В настоящее время пристрастие к кофеину — моя единственная слабость и порок, — с усмешкой сказала Вэл.

Она села на перила и, прислонясь к опорному столбу, положила ногу на ногу и стала не спеша пить кофе. Ее поза была столь соблазнительной, что Мэт почувствовал, как встает, наливаясь силой, его член.

Что касается Мэта, то его слабостью были женщины, однако из-за недостатка свободного времени он нечасто предавался ей. Постоянно находясь на заданиях, Мэт не имел возможности завести подружку. Порой ему по долгу службы приходилось обольщать ту или иную девушку, чтобы выведать у нее необходимые сведения. Однако Вэл Рейнольдс никак не была связана с аферистом Грегом Батли и, следовательно, не могла рассматриваться как источник информации.

Мэт уже забыл, когда в последний раз ухаживал за женщиной не потому, что этого требовали интересы дела, а потому, что она ему нравилась.

— Ты пристрастилась к кофеину? А по ночам тебя не мучает бессонница? — спросил Мэт, которого бессознательно влекло к темам, связанным с постелью и спальней.

Длинные густые ресницы Вэл дрогнули, и она широко раскрыла свои зеленые колдовские глаза, будто чего-то испугалась. Встав, она молча прошла в кухню. Мэт последовал за ней. В конце концов, хозяйка его пригласила! Сочетание медно-рыжих волос, белоснежной кожи с проступающими на ней золотистыми веснушками и изумрудных глаз сводило Мэта с ума.

Грег Батли подождет, решил он. Этот аферист редко встает с постели раньше десяти. И, хотя Мэт понимал, что ему сейчас вреден кофе — его сердце и без того как сумасшедшее колотилось в груди, он покорно взял кружку, которую Вэл достала из шкафа и протянула ему.

Качая головой и улыбаясь, она налила гостю кофе. От Вэл исходил тонкий запах духов, смешивавшийся с горьковатым ароматом напитка. Мэт сделал глубокий вдох, но это не помогло ему избавиться от страстного желания зарыться лицом в густые волосы Вэл. При мысли, что нарушит сейчас все условности и сделает что-то непоправимое, после чего никогда больше не сможет смотреть в глаза соседке, он ощутил пустоту в животе.

Вцепившись в кружку, Мэт стал быстрыми глотками пить черный ароматный кофе.

— Напротив, я очень крепко сплю, — после длительного молчания наконец ответила Вэл. — Люблю поваляться в постели. Это тоже один из моих пороков.

— Ты говоришь так, словно не считаешь пороки чем-то ужасным.

Вэл явно смутилась, но не покраснела. Сев за кухонный стол, она откинулась на спинку стула и жестом пригласила гостя занять место рядом.

— Нет, не считаю, — сказала она, пристально глядя в глаза севшего напротив нее Мэта. — Я знаю один порок, который доставляет истинное наслаждение, если умело предаваться ему.

Мэт не верил своим ушам. Он чуть не открыл рот от изумления, но вовремя спохватился. Он умел держать себя в руках и не собирался позволить этой рыжеволосой сексуально озабоченной девице взять верх над собой.

— И что же это за порок? — с невинным видом спросил он.

Вэл встала и поманила Мэта пальчиком, приглашая следовать за собой. В спальню? Сердце Мэта сладко заныло.

— Пойдем, я кое-что покажу тебе… — промолвила она.

Глава 4

Закусив губу от волнения, Вэл вышла из кухни и пересекла холл. Она слышала за спиной шаги Мэта, и ее сердце ликовало. Вэл решила завести роман с самым сексапильным мужчиной, которого когда-либо встречала в жизни, и твердо шла к намеченной цели.

Еще час назад она и представить не могла, что отважится пригласить Мэта в дом, и, пообещав показать нечто очень интересное, проведет в гостиную. Вэл радовалась, что, несмотря на смущение и шок, испытанные при виде появления у дверей ее дома мужчины ее мечты, она не потеряла голову, не лишилась дара речи, а сохранила самообладание и начала претворять в жизнь заветные замыслы.

Если Мэт вдруг по какой-либо причине вздумает подняться в ее спальню, он сразу же обнаружит оборудование, позволяющее ей наблюдать за ним, то есть предаваться новому для нее пороку, к которому Вэл пристрастилась совсем недавно — сегодня ночью.

Ее сердце учащенно билось в груди. А что, если Мэт все знает? Что, если он флиртует с ней только ради того, чтобы получить возможность проникнуть в дом и найти подтверждение своим подозрениям?

Хотя Вэл выключила мониторы, прежде чем покинуть спальню, она знала, что достаточно нажать одну клавишу — и ее секрет будет раскрыт. А так как Мэт, похоже, дружит с Грегом Батли и может все рассказать ему, Вэл грозит не просто скандал, а разоблачение — она спугнет афериста и погубит все дело.

На пороге гостиной Вэл обернулась.

— Ну вот мы и пришли.

— Ты держишь свой порок на виду у всех? — удивленно спросил Мэт.

Он невольно — с большим сожалением — посмотрел на лестницу, ведущую в спальню, и Вэл похолодела.

— Ты отважная женщина. Большинство людей тщательно скрывают свои пороки от посторонних глаз.

Вэл смутилась. Засунув руку за пояс, юбки, она стояла перед Мэтом, переминаясь с ноги на ногу, как нерадивая ученица перед строгим учителем. Больше всего на свете Вэл боялась, что Мэт раскроет ее истинный порок.

Полчаса назад он обезоружил ее своей искренностью, и теперь Вэл решила прибегнуть к его же тактике, хотя, конечно, не собиралась быть с ним до конца откровенной.

— Не все пороки коренятся в спальне, — заявила она и вдруг испугалась, спросив себя, возможно ли соблазнить мужчину, не пуская его на порог спальни?

— Совершенно верно, — согласился Мэт. — Своим порокам я, например, предаюсь в кухне.

Вэл широко раскрыла глаза от удивления, не сразу поняв, на что он намекает.

— Ты любишь поесть? — наконец догадалась она, вспомнив, что этот сладкоежка умял за завтраком целую коробку шоколадного печенья.