Временная мама для дочери соседа (СИ) - Кейн Лея

Всюду камеры наблюдения. Дорога изумительно ровная. Газон на обочинах подстрижен. Ели ухожены. С тоской вспоминаю нашу дачу, где мы с Яськой провели детство. Я до сих пор не знаю, кому она досталась после развода. Слишком долго не общаюсь с родителями. Научилась жить самостоятельно.

— Приехали, Лиза, — докладывает мне Царев.

Смотрю на его ладонь. Ею он водил ночью по моему телу. Оставлял настоящие ожоги на коже. Заставлял меня вздрагивать и скулить от удовольствия.

Вкладываю пальцы в эту ладонь и, закусывая губу от волнительных воспоминаний, вылезаю из машины. Оступаюсь и оказываюсь в надежных мужских объятиях.

Корова неуклюжая! Сейчас он решит, что я нарочно это сделала.

Царев вонзает в меня напряженный взгляд своих темных глаз и, удерживая меня на весу, почти утробно произносит:

— Лиза, давай сегодня поженимся?

— И правда, — ворчу, выкручиваясь из его лап, — чего медлить? Сегодня поженимся, завтра сына заделаем.

— С удовольствием, — шепчет Царев, раздевая меня глазами.

Замечаю идущего нам навстречу мужчину. Лет тридцати пяти. В пляжных шортах и рубашке с коротким рукавом. Отвлекаюсь. Обращаю внимание на двухэтажный дом из бруса и стекла. На ухоженный сад. На мангальную зону и батут. Это не дача, а настоящая вилла.

— Вот так сюрприз! — Хозяин пожимает ладонь Цареву и переводит любопытный взгляд на меня. — Ты меня удивил, Костя.

— Ты меня тоже, Макс, — отвечает Царев. — Не только тем, что отдыхаешь по понедельникам.

Тот коротко усмехается.

— Не знал, что ты женат.

Царев опять лезет обжиматься. Обхватывает меня за талию, притягивает к себе и скользит влюбленным взглядом по моему лицу. Кое-как рисую подобие улыбки.

— Это Лиза, — представляет меня. — Моя фея.

— Вижу, нафеячила. — Макс кивает на Марьяну, за поводок вытягивающую свою испугавшуюся собачонку из машины. — Поразительное сходство.

Блин, да кто же ее мать?! Хоть одним глазком посмотреть, неужели мы с ней и правда так похожи?

— Проходите, — приглашают нас в дом. — Лика вас уже ждет.

Помощник этого Макса уносит наш чемодан на второй этаж, а его суетливая жена выскакивает откуда-то из кухни. Вслед за ней бежит мальчик возраста Марьяны и няня с младенцем на руках.

— А это моя фея. Анжелика. Недавно сделала меня отцом во второй раз.

Минут пятнадцать мы тратим на знакомство. Я стараюсь играть роль, на которую даже не подписывалась, но буксую на тонких вопросах. Анжелика жалуется, что с появлением в их семье малышки жизнь перевернулась с ног на голову. Она очень капризная, полная противоположность сына. Отнимает у них с Максом все время и силы. Поэтому они позволяют себе незапланированные выходные.

— Приходится прибегать к услугам няни, — оправдывается Ребровская. — Ваша Марьяша, наверное, была смирной? Как мама?

Все устремляют в меня пытливые взгляды. Видимо, когда я в шоке, я кажусь смирной , а не припыленной.

— Лика, не загружай гостей нашими проблемами, — улыбается Макс. — Давайте лучше к столу. Вы же проголодались.

— Мы два часа назад ели в самолете, — тихо напоминаю Цареву. — Я растолстею от твоих деловых обедов.

— Клянусь, буду любить даже пышечкой, — шепотом отвечает он и тянет меня вслед за хозяевами.

Дети обедать отказываются. Марьяна быстро находит общий язык с сыном Ребровских, и они бегают по двору, играя с собачонкой.

— У вас очень красиво, — не удерживаюсь я от комплимента.

— Эх, жаль, мы бываем тут редко. В основном, живем в городе, — с тоской признается Анжелика.

Мы рассаживаемся за столом в беседке. Царев нарочно придвигается ко мне поближе. Едва ли не сажает меня к себе на колени. Готов с ложечки кормить.

Макс ставит посреди стола огромное блюдо с дымящимся мясом, снятым с гриля, и просит своего помощника зажечь фонари на улице. Начинает вечереть. Очередной сумасшедший день подходит к концу.

— Пахнет вкусно, — улыбаюсь я, не понимая, зачем вообще любезничаю с партнерами Царева. Просто не могу иначе. Ведь они очень гостеприимны.

— Спасибо, — отвечает Макс с улыбкой. — Остается попробовать. — Он раскладывает свой кулинарный шедевр всем на тарелки, разливает напитки и наконец садится. — Итак, Костя, знаю, что прилетел ты ко мне не за шашлыком. Этого добра и у Рубена хватает.

Царев отодвигает от меня бокал с вином и подставляет сок. Гляжу на него возмущенно и стискиваю зубы. Какой же подлец! Второй день издевается. Вчера не дал запить боль. Сегодня не дает отпраздновать.

— О, так вы тоже ждете пополнение?! — с чего-то радуется Анжелика.

— Нет, — отвечаю я.

— Да! — перебивает меня Царев. — Планируем сына. Дорогая, ты же сама сказала, что пришло время подарить Бусинке братика. Только что. У машины.

Прожигаю его наглую морду взглядом. Ну и сволочь!

Обнажаю зубы в идиотской улыбке:

— А ты все помнишь, любовь моя.

Анжелика смущенно хихикает. Наверное, думает, что мы к ним на дачу детей приехали строгать.

— У вас нет колец, — замечает Макс.

— Мы не зарегистрированы, — говорю честно.

— Пока, — добавляет Царев. — Штамп в паспорте ведь всего лишь формальность.

— Божечки, Макс, они такие милые, — продолжает радоваться за нас Анжелика. — Как будто только вчера познакомились. Как вам это удается? Спустя столько лет хранить огонь в отношениях?

Царев обводит меня взглядом. Его глаза вдруг мутнеют. Он кладет свою ладонь на мою руку и произносит:

— Просто с каждой минутой я влюбляюсь в Лизу все сильнее.

Не было бы это игрой, я бы ему поверила. Воздух из легких выкачивает этим заявлением.

— Лика, у нас тоже все нормально, — подключается Ребровский. — В тебе говорит послеродовая депрессия. Скоро слетаем на море, и все наладится.

Она тяжко вздыхает и начинает резать мясо.

— На море? — Царев переводит все внимание на Макса. — Не на бабки Кайсарова случайно?

— Костя, — нервно ухмыляется тот, — это бизнес. Инфляция бьет по каждому карману. Приходится искать альтернативы, чтобы зарабатывать достаточно. — Берет бокал вина и откидывается на спинку кресла. — Да, я работал с Рубеном несколько лет. Но напомню тебе, что уже собирался расторгать с ним контракт. Я ему не доверяю.

— А Кайсарову доверяешь? — голос Царева становится жестким.

Закидываю в рот кусочек мяса, чувствуя, как накаляется атмосфера в этой беседке.

— Я удивлен, что ты перестал ему доверять. Костя, я не знаю вашей истории. Ходят слухи, что ты ушел от него из-за… — Ребровский смотрит на меня и замолкает.

— …Вики, — договаривает за него Царев. — Мы с ней партнеры. Лиза в курсе.

— У Рубена дыры в счетах, Костя, — произносит Макс и делает глоток вина. — Он использует тебя. Ты перспективен. Приносишь ему колоссальную прибыль. Но ты видишь цель и прешь, не имея плана. Это тебя ослепляет. Это стало причиной вашего конфликта с Кайсаровым. Это же однажды тебя обанкротит.

На лице Царева играют желваки. В глазах вспыхивают искры гнева. Не за нравоучениями он сюда прилетел. Но даже я согласна с Ребровским, не зная, кто такой Кайсаров. Царев слишком импульсивен. А эта черта лишает способности верно воспринимать окружающую действительность. Фактически лишает его критического мышления.

Вынув телефон из кармана брюк, он встает из-за стола и выходит из беседки.

— Мне надо сделать один звонок.

Я растерянно смотрю на Ребровских. Анжелика делает глоток воды. Макс задумчиво крутит в руке бокал с недопитым вином.

— А что не так с Рубеном Давидовичем? — интересуюсь я.

— Костя сам тебе расскажет, — отвечает Макс.

— Не расскажет, — спорит с ним Анжелика. — Из вас, мужчин, слова не вытянешь. — Переводит взгляд на меня. — Он был по уши в долгах. Вика, его агент по пиару, сплела для него картинку безупречной репутации, используя лишь его имя и связи. На это и клюнул твой муж.

— А разве они с Рубеном работают не на равных? — хмыкаю я.