Донна Клейтон - Заботливый опекун

— Стоп! — проговорил он вслух и облизнул сухие губы. Так нельзя, надо срочно взять себя в руки. Нужно подумать о своем плане. В конце концов, почему Кейси сейчас находится у него в доме, ради чего он дал ей свое имя и надел кольцо на ее палец.

Он хочет помочь ей повзрослеть.

И он не сможет осуществить свое намерение, если позволит желанию встать у него на пути!

Пока голос здравого смысла тихим эхом отдавался в его мозгу, перед глазами вновь и вновь всплывал образ Кейси — ее рубиновые губы, молочно-белая шея, упругие округлости грудей, угадывавшихся за вырезом платья… Лоб у него покрылся испариной. Блэйк взял портфель, порылся в нем. Надо отвлечься от мыслей о Кейси, о ее теле, просто необходимо прекратить думать об этом. Он почти на четырнадцать лет старше и ее опекун — этот факт должен иметь для него решающее значение. Он обязан присматривать за ней, заботиться, но никак не… хотеть ее.

Блэйк отставил стакан и выпрямился, к нему вновь вернулась твердая решимость. Он справится, одолеет и подчинит себе эту страсть.

В этот момент раздались быстрые легкие шаги, и Кейси впорхнула в гостиную.

— Ты не поможешь мне с этими завязками?

Если бы она заговорила сейчас по-японски, он бы этого не заметил, потому что не мог отвести глаз от ее нового платья: длинные полосы полупрозрачной ткани и кружев лилового цвета едва скрывали то, что под ним находилось.

Кейси подошла, и он ощутил тепло, шедшее от нежной кожи. Ее тело призывно белело сквозь кружево этого откровенно сексуального туалета. С улыбкой, которую Блэйк скорее почувствовал, чем увидел, она повернулась, и его взору предстала великолепная стройная спина.

Блэйк всегда думал, что самое привлекательное в женщинах — ноги. Он мог по достоинству оценить плавные изгибы бедер, стройные формы икр и лодыжек. Но сейчас, стоя за спиной у Кейси, глядя на ее узкие плечи, нежный изгиб шеи, он подумал, что, пожалуй, ему придется пересмотреть свои взгляды на женские прелести.

Шелковые завязки, поддерживавшие лиф платья, были затянуты недостаточно туго, и Кейси, очевидно, хотела, чтобы Блэйк закрепил шнуровку.

— Ну, — сказала она, — не возражаешь?

— Н-нет, — поспешно ответил он. Блэйк осторожно взялся за кончики голубой шелковой ленты, стараясь не коснуться тела. Но невозможно было просовывать шнурки в петли и затягивать их, не задевая нежной кожи. Всякий раз, когда Кейси делала вдох, Блэйк замирал, руки у него дрожали. Почувствовав, что он закончил, Кейси повернулась к нему.

— Спасибо, теперь отлично, — весело проговорила она и, помолчав, спросила: — Ну что же, ты хочешь чего-нибудь?

Чего-нибудь? Что она имеет в виду?

— Может, кофе? — продолжала Кейси как ни в чем не бывало. — Там остался пирог. Тебе ведь он понравился?

— Да, пирог замечательный, — выдавил Блэйк, все еще не в состоянии справиться с наваждением и вернуть себе четкость мыслей, не в силах отвести взгляд от темных сосков, смотревших на него сквозь фиолетовую дымку кружев.

— Блэйк! — окликнула Кэйси.

Моргнув, он поднял глаза. Ее лицо, светившееся радостью, показалось ему еще прекраснее.

— Тебе нравится мой вечерний наряд? — Интонация была вопросительной, но она, несомненно, знала ответ. — Эми и Дженет настаивали на белом, но мне больше понравился этот цвет. — Кейси покружилась, и на миг перед ним мелькнули короткие штанишки под платьем, туго обтягивавшие упругие ягодицы. Он едва сдержал стон. — Ну, что скажешь?

— Скажу, что тебе нужно надеть что-нибудь сверху. — Голос прозвучал неожиданно резко, хотя Блэйк не собирался грубить ей. Разве Кейси виновата, что он не может справиться с монстром, все громче заявлявшим о себе в самой глубине его существа?

— Ой, — спохватилась Кейси. Глаза цвета неба смотрели ясно и невинно. — Пеньюар! Я думала, что принесла его с собой. — И она поспешила в свою комнату.

Блэйк бросился в кухню и тяжело оперся о барную стойку. Определенно, это самый долгий и самый невыносимый вечер в его жизни.

Он не успел взять себя в руки, через полминуты Кейси, словно на крыльях, влетела в кухню, что-то напевая себе под нос. Пеньюар из тонкого шелка, застегнутый на единственную пуговицу, лишь слегка сглаживал откровенную прозрачность платья, но никак не скрывал соблазнительных округлостей тела.

— Приятно все-таки освободиться от строгого платья и этих проклятых каблуков, — призналась она. — Ноги просто гудят от усталости.

На полу мелькнула тень, и, скосив глаза, Блэйк смотрел, как Кейси в наслаждении вытянула ступни, пошевелив пальчиками с темно-красными ногтями. Беспомощным взглядом он скользнул вверх по стройным ногам, гибкому телу и почувствовал, что снова начинает задыхаться.

— Кейси, — осторожно начал он, — я просил тебя одеться… — «Желательно что-нибудь из фланели или… мешковины», — подумал он про себя. — Я предполагал, — вслух продолжал он, — что тебе нужно… — Блэйк откашлялся, — надеть что-нибудь потеплее. — Боже, как бездарно! — Я знаю, сейчас весна, но все же нежарко. Мне бы не хотелось, чтобы ты простудилась.

— Уф. — Она махнула рукой и стала заглядывать в ящики стола в поисках ножа. — Я в порядке, не волнуйся, у меня хороший иммунитет.

Хотел бы он, чтобы его иммунитет был столь же силен! Хотя сейчас ему вряд ли помогут какие-нибудь витамины.

Резким движением он дернул ящик с другой стороны стола, достал нож и вручил Кейси.

— Спасибо. — От ее ослепительной улыбки кровь застучала у него в ушах, вызывая головокружение. — Пошли, посмотрим телек.

— Телек? — переспросил он.

— Ну да, телевизор. Может, покажут что-нибудь интересное. — Она отрезала кусок пирога и положила на блюдце. — Хочешь кусочек?

Кусочек чего, о господи! Ну почему любое ее слово кажется ему двусмысленностью?

— Нет, спасибо.

— Идем, — бросила она через плечо. Короткая накидка взметнулась, словно насмехаясь, когда Кейси круто повернулась на носках и направилась в гостиную. Спустя минуту он последовал за ней.

Кейси лежала на диване, вытянув на подушках длинные стройные ноги. Во рту у Блэйка пересохло. Никогда его диван не выглядел таким привлекательным.

Блэйк замедлил шаг, подошел к мягкому креслу и нажал на кнопку пульта телевизора.

— Мммм! — Закрыв глаза, Кейси наслаждалась пирогом, ее лицо выражало высшую степень восторга.

Блэйк невольно улыбнулся. Он всегда знал, что Кейси из тех девушек, что умеют получать удовольствие от всего, что делают, и теперь искренне пожалел, что отказался от пирога.

Кейси взглянула на него сквозь опущенные ресницы, хихикнула и облизнула губы.