Собственность Грешника (СИ) - Безрукова Елена

С тяжёлым вздохом приняла решение повторить рейд по ломбардам, но с уже более дешёвыми безделицами, а сейчас мне пора было вызывать такси и ехать к Алексу, оформлять увольнение.

В офисе все необходимое я написала в отделе кадров, и меня отправили к самому большому начальнику подписать заявление — непосредственно к Алексу.

Чем ближе к его кабинету я подходила, тем быстрее билось моё сердце. Не помню, чтобы я когда-либо испытывала такой трепет от встречи с Алексом, но сейчас мне стало казаться, что беды я ждала именно от него: нападок как и на Пашу, так и на меня. Этот мужчина приносит мне одни только несчастья, и говорить с ним лишний раз, да ещё и по поводу увольнения по его инициативе, не очень приятно.

— У себя Алексей Сергеевич? — спросила я его секретаря. — Мне необходимо подписать заявление.

— А, Таечка… — встала из-за стола Анна. — Очень мне жаль, что вы уходите от нас и… что у вас такая ситуация.

— Это решение Северова, — пожала я плечами. — Я и не планировала уходить.

— Хватит трепать языком, Вострова, — услышала я низкий голос Алекса из-за двери его кабинета и невольно вздрогнула. — Заходи.

— Удачи, — мягко улыбнулась мне Анна, а я потянула дверь на себя и вошла в кабинет.

— Доброе утро, — сказала я ему и под пронизывающим до самых костей строгим взором дошла до его огромного стола из дуба и положила перед мужчиной своё заявление. — Вот. Просили вас подписать, Алексей Сергеевич. Я, конечно, буду с трепетом вспоминать эту работу и наше плодотворное сотрудничество, которое могло бы продолжаться, если бы вы умели не вешать вину одного на другого. И…

— Не дерзи, — оборвал он меня, и я замолчала, словно мне по лицу дали. — И сядь.

Я послушно уселась напротив него. Алекс взял в руки лист, который я принесла, просмотрел его и поставил внизу размашистую подпись. Но, как только я потянулась за своим заявлением, он вдруг отодвинул его в сторону и устремил на меня свой колючий фирменный взгляд.

— Не нужно пытаться заставить меня чувствовать себя виноватым, Таисия Константиновна, — сказал он мне, проникая своими карими глазами куда-то в глубины моей души и словно замораживая её. — Ты прекрасно знаешь, почему я так сделал. Я все объяснил тебе ещё два дня назад.

Я не ответила ничего. Действительно, с кем я тут разговариваю и к чьей совести пытаюсь воззвать? Это не к Алексу. Ему посчастливилось родиться без нее.

— Как Ксюша? — спросил он меня.

— Так же, — пожала я плечами. — Лечим.

— Ладно. Помогают лекарства?

— Пока не очень понятно, ведь только начали лечение. Но думаю, что через пару дней ей станет заметно лучше.

— В сад не ходит она?

— Нет, конечно, дома сидим с ней, — ответила я, поглядывая на листок в его пальцах.

Ну что он его не отдаёт? Поболтать со мной так хочется? А мне с ним — нет.

— Алекс, ты отдашь мне заявление? — прямо спросила я его. — Меня следователь ждёт.

Мужчина вдруг встал со своего места, обошёл стол и приблизился.

— На, — протянул он лист, не имея причин отказать мне в этом. — Часть расчёта забери в бухгалтерии — наличкой.

— Спасибо, — кивнула я, тоже поднимаясь на ноги.

Едва протянула руку за заявлением, как он почти прижал меня к столешнице стола, резко наклонился ко мне и поставил свои мощные лапы по обе стороны от меня. Я попыталась сделать шаг назад, но практически села от безысходности на стол.

— Ай, чёрт… — сморщилась я, довольно больно врезавшись бедром в этот чёртов стол.

А дальше моё сердце словно остановилось на миг, а после принялось биться с такой бешеной скоростью, что аж плохо стало. Его лицо оказалось напротив моего, так близко, что я ощущала его дыхание на себе. Чёрные глаза взглядом коршуна смотрели в упор. Я машинально выставила руки вперёд, чтобы не дать ему приблизиться ещё, но он и не планировал сокращать дистанцию.

— Я тебе настолько противен, Тая? — спросил он.

— Ч-что? — нахмурилась я, не понимая, к чему этот странный вопрос. Почему именно сейчас?

— Раз решила свою сестру мне подложить, — криво усмехнулся Алекс. — Я ТЕБЕ это предложение делал, а не Юле.

— Сестру? — мои глаза расширились ещё больше. Блин, Юля… Просила же! Он меня сейчас за её самодеятельность порвёт на кусочки….

— А ты не в курсе, да? — не поверил он мне.

— Не в курсе, — ответила я, взметнув дерзко вверх подбородок. Мне нечего скрывать, я действительно ни в чем перед ним не виновата. Глаза Алекса опустились сначала на него, а потом переместились на мои губы и застыли. Чем больше он смотрел на них, тем больше его зрачки темнели, их заволокло таким жгучим желанием, что мои колени стали дрожать. — Я… никого не посылала. Сюда.

— Так я и поверил, — ответил он мне в губы. Моё дыхание совсем перехватило, пульс ревел в ушах на полную катушку. Между нами остались считаные миллиметры. Мне казалось, ещё секунда — и он обрушит свои губы на мои в диком и жадном поцелуе… Но он не стал этого делать. С огромным трудом он перевёл полупьяный от желания взгляд тёмных глаз, в которых я, казалось, просто растворялась, на моё лицо.

— Можешь не верить, только я тут ни при чём, — ответила я и надавила ладонями на его мощную грудь, чтобы заставить выйти из моего личного пространства. Он стоял так близко, что я ощущала жар мужского тела, как перекатываются мышцы под его чёрной водолазкой. И от этой близости мне становилось дурно… — Я просила Юлю не ходить — ещё после того разговора с тобой по телефону. Я не знала, что она меня не послушала!

Алекс вдруг резко отстранился и отошёл на несколько шагов. Словно если бы он остался ещё хоть секунду рядом со мной, то обязательно бы сорвался, и это понимание вызывало во мне целую гамму чувств: от стыда и странного трепета до животного страха.

Лёгкие разрезал резкий вдох. Оказалось, что пока Алекс стоял слишком близко, я почти не дышала. Теперь же организм насыщался кислородом, грудь вздымалась вверх-вниз, привлекая снова не нужное мне внимание мужчины.

Тяжёлый взгляд опустился теперь на блузку в области груди, и кожу внезапно стало колоть… Он смотрел так порочно, что голова невольно закружилась. Как же хочется уйти отсюда поскорее… И больше никогда не возвращаться.

— Так вот, куклы, — обратился Алекс ко мне ещё более низким, чем обычно, голосом, в котором даже появилась некоторая осиплость. — Наш договор я аннулирую. Раз уж я тебе настолько противен, то… Спасай своего мужа сама.

Я крепче сжала заявление на увольнение, кинула на мужчину недобрый взгляд, развернулась к нему спиной и пошла к выходу.

Подумаешь. Не очень-то и хотелось.

— Надеюсь, ты хотя бы не будешь мешать и все… усугублять? — спросила я его перед самым выходом. Это волновало меня больше всего. Алекс, разозлившись из-за самодеятельности Юли, может теперь оторваться на Паше…

Алекс ответил мне тяжёлым взглядом и озвучил свой приговор. Всего одно слово выстрелом полетело в меня.

— Буду.

Глава 6

Я вышла из здания и уже на улице под ледяным ветром стала думать, как уехать отсюда. Настолько не хотелось оставаться внутри, что я готова и мёрзнуть, лишь бы ни одной секунды больше не находиться в этом учреждении. Денег не осталось даже на автобус, да и не знаю я, как отсюда выбираться своим ходом. Дрожащими пальцами, кутаясь по уши в слишком лёгкое для не на шутку разгулявшейся погоды пальто, набрала номер сестры.

— Алло, — ответила она.

— Юль, вызови мне такси, пожалуйста, — попросила я. — У меня совсем денег не осталось.

— А украшения не продала, что ли?

— Да не взяли.

— Почему?

— Слушай, я щас на ветру стою. Вызови такси, я расскажу всё дома.

— Ладно, какой там адрес?

Я назвала данные и стала ждать, когда сестра оформит вызов такси. Ветер так и бил в лицо, заставляя дрожать от холода. И ещё сильнее меня кинуло в дрожь, когда дверь открылась и из здания СИЗО вышел следователь.