Кристи Голд - Воплощенная мечта

Зейн слишком устал, чтобы спорить.

— Могу я у тебя переночевать?

— К твоим услугам двенадцать спален, но разве тебя не станут искать?

Станут, но ему уже было все равно.

— Диб знает, где я.

— Зейн, я понимаю, это не мое дело, но я просто обязана сказать, что ты не можешь спрятаться от всех проблем.

— А я и не прячусь. Я всего лишь хочу немного отдохнуть и собраться с мыслями.

— Ладно, как скажешь, тогда позволь проводить тебя в спальню, где ты сможешь отдыхать, мечтая об очаровательных советницах, завоевавших кусочек королевского сердца.

Маиса всегда отлично его понимала, но на этот раз ошиблась.

Сам он к Мэдисон ничего не чувствовал, да и ей его сердце не нужно.

Мэдисон наконец-то поймала Зейна на дворцовой крыше. Он сидел прямо на бетоне, прислонившись к стене и сцепив руки на животе, и так глубоко ушел в свои мысли, что она не сразу решилась его окликнуть. Ладно, хочет она того или нет, но выбирать не приходится, она и так потеряла слишком много времени, и теперь ей просто необходимо получить ответы, без которых при всем желании не сможет обойтись в борьбе со слухами.

Разумеется, если это всего лишь слухи.

Мэдисон только сейчас заметила, что вместо привычной рубашки и брюк на Зейне черная облегающая футболка, камуфляжные штаны и армейские ботинки.

— Как я погляжу, шейх наконец-то вернулся, — начала она.

— Как ты догадалась, где меня искать? — спросил он, поднимая глаза.

— Елена посоветовала посмотреть на крыше, по ее словам, вы с братьями в детстве спасались здесь от уроков.

Зейн улыбнулся:

— Так и знал, что она меня выдаст.

— Можно к тебе присоединиться?

Принц похлопал по бетону рядом с собой:

— Здесь не слишком-то удобно, но располагайся.

Мэдисон уселась рядом с Зейном и обхватила колени руками, предварительно убедившись, что подол платья не открывает ничего лишнего.

— Когда в следующий раз захочешь от всех убежать, возьми меня с собой, хорошо?

— Этого больше не повторится.

— Надеюсь, что так. Ты просто не представляешь, как мы все волновались, пока Диб не сказал, что с тобой все в порядке.

— Вам не из-за чего было волноваться, я всего лишь немного погостил у старого друга.

Мэдисон даже не хотела думать, чем он там занимался, особенно если этот загадочный друг в действительности был подругой.

— А как ты туда добрался? И как сбежал от телохранителей? Рафик до сих пор ломает над этим голову.

— Я взял один из вездеходов и замаскировался, а телохранители мне были ни к чему. И Диб об этом знал.

— Поэтому ты сейчас так непривычно одет?

— В такой одежде меня никто не узнает.

Зато все сразу замечают отличную фигуру.

— А этот твой друг не возражал, когда ему пришлось приютить у себя будущего короля?

— Майса понимает, что иногда мне нужно побыть наедине с самим собой.

Точно, как она и ожидала, друг оказался подругой.

— А эта дружба простирается и на совместные постельные утехи? — Черт, можно подумать, она его ревнует.

— Нет, хотя я и не жду, что ты мне поверишь.

Похоже, он не столько разозлился, сколько расстроился.

— С чего ты взял, что я тебе не верю?

Зейн удивленно на нее взглянул:

— Тогда ты приятное исключение из правила. Обычно все ждут от меня лишь худшего.

Мэдисон выпрямила ноги и слегка повернулась, чтобы лучше его видеть.

— Пока у тебя нет официального пресс-секретаря, я взяла эту роль на себя и весь день от твоего имени рассылала заявления, где ты яростно отрицаешь какую-либо причастность к ребенку Кили Винтерлинд. Я врала?

— Нет.

Мэдисон выдохнула и только тогда поняла, что успела задержать дыхание.

— Это точно?

— Точно.

Ей безумно хотелось поверить его словам, но все же…

— По-моему, я пару лет назад видела ваши фотографии.

— Это ничего не значит. — Так, похоже, он начал злиться.

— Это значит, что вашу связь можно доказать.

— Платоническую связь. Ее бывший любовник на каком-то банкете стал ей угрожать, я вмешался, а потом стал наставлять ее на путь истинный, но так и не смог убедить ее, что этот ублюдок с замашками тирана ей совершенно не подходит, и она к нему вернулась.

— Как ты думаешь, она могла сама заявить, что родила от тебя ребенка?

— Нет. Она сегодня мне позвонила и сказала, что не имеет к этому никакого отношения, и я ей верю. Еще она сказала, что отец этого ребенка — ее бывший.

— Я рада, что мои заявления оказались правдой.

— Можно подумать, это хоть что-то меняет.

Зейн казался таким грустным, что Мэдисон захотелось хоть немного его взбодрить.

— А ты видел запись своего обращения в новостях?

— Нет. И даже не собираюсь ее смотреть.

Неудивительно.

— Ты там такой спокойный и вежливый… — А еще чертовски обольстительный. — Я не сомневаюсь, скоро у тебя отбоя не будет от претенденток на роль твоей королевы.

— Как-то я в этом сомневаюсь, особенно учитывая все эти слухи…

— Стоит им хоть раз тебя увидеть в этом наряде искателя приключений, как они разом забудут о любых слухах.

Зейн наконец-то слегка улыбнулся:

— По-моему, этот наряд не слишком-то подходит королю, так что в нем я вряд ли кого-нибудь очарую.

— Тогда ты совсем не понимаешь женщин.

Зейн улыбнулся и задумчиво на нее посмотрел:

— Сегодня ты невероятно красива.

Мэдисон даже не смогла сразу вспомнить, когда ее в последний раз называли красивой. А свободное платье явно не прибавляло ей очарования.

— Спасибо, но, одеваясь, я думала не о красоте, а лишь об удобстве.

— А я говорил не о твоей одежде, а о тебе самой. Ты очень красивая.

Посмотрев Зейну прямо в глаза, Мэдисон почувствовала, как тлеющие в душе искорки разгораются в настоящее пламя, но при этом она четко сознавала, что шейх всего лишь пытается сменить тему разговора. Самой ей меньше всего хотелось сейчас влюбляться, тем более в принца, но при всем желании она просто ничего не могла с собой поделать.

А ведь вокруг Зейна и так слишком много скандалов и слухов, не хватало еще, чтобы он завел роман с собственной советницей по политическим вопросам… Нужно срочно взять себя в руки.

— Думаю, мы уже наговорили друг другу достаточно комплиментов, предлагаю вернуться во дворец и обсудить насущные проблемы. Также мне бы хотелось услышать, что ты собираешься делать на завтрашнем совете.

— А я бы предпочел никуда не ходить и еще немного посидеть здесь с тобой.

Она бы и сама с радостью посидела рядом с Зейном, но…

— Если мы сейчас не уйдем, то можем совершить новую ошибку.