Хочу в тебя... инвестировать - Саша Девятова

девочка, подумаешь, порезался, сейчас пройдёт, — бесится Барсов, но руку подаёт. Я лью ему на рану перекись, он шипит и морщится. После прикладываю к ране марлевую салфетку и крепко обматываю палец пластырем.

– Готово! Теперь я уверена, что с вашей рукой будет всё в порядке, — довольно потираю руки, убираю перекись обратно в аптечку, закрываю её на защёлки и чувствую на себе прожигающий внимательный взгляд моего партнёра по бизнесу.

– Тебе что, некуда идти? — догадывается он об истинной причине моего здесь присутствия.

Опускаю голову, думаю, чтобы ему ответить, но кроме правды ничего не идёт.

– Да, — просто и лаконично отвечаю я.

– Теперь понятно, что это за чемодан. Ушла от своего парня? А к родителям никак?

– Мама живёт далеко за городом, добираться на работу оттуда неудобно, — как на духу выдаю я всё.

– И ты поэтому пришла сюда, отвлекла рабочих своим нежным видом, один из этих придурков уронил молоток на коробку со столешницами, и теперь мы без столов…

Длинная цепочка действий из уст мужчины звучит как приговор, но я не намерена сдаваться.

– Я не виновата в том, что они разбили стекло. Я просто пришла посмотреть кофейню, — пытаюсь я оправдаться, но Барсов лишь глубоко вздыхает и смотрит на меня убивающим взглядом.

– Сейчас я отвезу тебя к маме, кофейня откроется через две недели, за это время найдёшь себе квартиру поблизости. Всё, не спорь, я так решил! — сразу пресекает он мой возмущённый возглас на его указания.

– Я не поеду к маме, уже поздно, туда далеко ехать! — упрямлюсь я.

– Ладно, сегодняшнюю ночь у меня, утром займёшься решением своих личных проблем, — он устало трёт лицо здоровой ладонью и добавляет, — есть хочешь? У меня дома в холодильнике пусто.

Видимо, по моему судорожному сглатыванию, он понимает, что ответ положительный, с выдохом машет на коробку разбитого стекла и решает по дороге домой заехать купить что-нибудь быстрого.

– Пиццу какую любишь? — спрашивает он меня, загружая чемодан на заднее сиденье своего чёрного джипа.

– Любую, — устраиваюсь я не пассажирском сидении спереди, внутренне вся в напряжении, но вида стараюсь не показывать.

– Отлично, тогда выберу на свой вкус, — он заводит двигатель, авто трогается, и мы едем в неизвестном мне направлении.

Офигительный денёк. Но выбора у меня особо нет. Искать ночлег почти ночью - тот ещё квест. Надеюсь, у Барсова не однушка и спать мы будем на разных кроватях.

глава 13

Возле пиццерии я жду Влада Сергеевича в машине, он выходит с коробками и пакетом и бросает эти аппетитно пахнущие упаковки на заднее сидение. У меня рот медленно наполняется слюной. Словно зная, что нужно именно сейчас, он садится за руль и протягивает мне бутылочку с соком, сам тоже открывает и жадно пьёт. Отлично, повторяю за ним и чувствую, как резко разыгравшийся аппетит, заметно снизился. Стало легче.

Мой партнёр по бизнесу нажимает на газ, и мы начинаем движение по дороге в неизвестном направлении. В голову стучатся неудобные мысли по поводу того, что я делаю всё не так. Он мужчина, я его практически не знаю, но согласилась переночевать в его квартире. Как-то неправильно. Нужно было найти другое решение. Он наверняка сейчас думает обо мне такое…

– Влад Сергеевич, я передумала, остановите, пожалуйста, машину, — вконец изведя себя разными мыслями, прошу я.

– В смысле? — не отрывая взгляда от дороги, произносит он.

– Я найду гостиницу на ночь, это неправильное решение — ехать ночевать к вам.

– Почему?

Блин, он что, совсем не понимает, что я хочу донести до него. Это же просто и понятно. Нужно остановить и высадить меня. Всё.

– Остановите, — чуть повышаю я голос, чтобы он меня услышал, но лицо мужчины не выражает абсолютно никаких эмоций, и останавливать авто он явно не собирается.

– Варюш, успокойся. Нормально всё, чего ты разнервничалась. Такая смелая девочка, а сейчас трусишь. Почему?

– Потому что это неправильно, — стою я на своём, опустив подбородок вниз, словно пытаясь спрятаться от мира.

– Перестань, мы уже всё решили, завтра будешь искать себе новое место жительства, сегодня уже спать пора. Я устал, честно. Хочется уже отдохнуть.

Он говорит спокойно, в голосе явная усталость, и мне становится стыдно за своё поведение. Замолкаю, складываю руки на коленях в плотный замок, пытаюсь успокоить своего внутреннего паникёра. Всё будет хорошо.

Примерно через десять минут мы приезжаем в спальный микрорайон нашего города, поднимаемся на седьмой этаж на лифте, заходим в квартиру, и я начинаю разглядывать пространство. Здесь две комнаты и кухня, Влад Сергеевич показывает мне, где ванная с туалетом, идёт переодеваться, а я мыть руки.

После перемещаюсь на кухню, раскрываю коробки с пиццей, перекладываю еду на тарелки, нахожу чайник, наполняю его водой и нажимаю кнопку включения.

– Ты уже похозяйничала, отлично, — в домашних брюках и свободной футболке мой бизнес-партнёр выглядит не таким строгим.

Он усаживается за стол, подхватывает рукой ещё горячий кусок пиццы и жестом приглашает меня тоже садиться.

– Варь, расскажи, что там с возвратом кофемашины? Ты начала, а потом из-за этих бестолочей пришлось прерваться. Почему тебе отказали? — он с аппетитом жуёт и смотрит на меня, видимо, ожидая ответ на вопрос.

– Они мне отказались вернуть деньги за машину, — со вздохом произношу я, опуская глаза в стол.

– Ты ешь, не стесняйся, — придвигает он ко мне ближе тарелку с пиццей и одобрительно кивает, когда я беру в руки кусок и откусываю уголок с тягучими нитями моцареллы. - Чем тебе обосновали отказ в возврате?

Вкусная пицца, я, оказывается, такая голодная, откусываю ещё и ещё и стараюсь быстрее прожевать, чтобы ответить. Пересказываю вкратце разговор с менеджером и слежу за нахмурившимся лбом Барсова.

– Ладно, утро вечера мудренее, я тебе положил свежее бельё в спальне, ты ляжешь там. Я в большой комнате, утром разберёмся с этими поставщиками. Устал. Голова совсем не о том думает. Давай, Варь, спокойной ночи. Если пойдёшь в душ, чистые полотенца там же на этажерке.

Дав короткие ЦУ, Влад Сергеевич моет руки, вытирает салфетками рот и уходит в комнату, плотно закрыв за собой дверь. Я остаюсь одна на кухне, вроде должна чувствовать облегчение, но какой-то внутренний коробящий осадочек в груди.

Успокаиваю себя тем, что