Измена. Прости меня, любимая - Анна Герц

– Ты красивая Розали, у тебя есть жених?

– Простите мне надо рисовать! – сухо сказала девушка чувствуя, как её всю трясёт изнутри.

* * *

Я проснулась с первыми лучами солнца и просто лежала на кровати смотря в потолок. Мне было ужасно стыдно за свое поведение. Он заметил, как я ночью смотрела на него. Господи, как же стыдно… Что я за дура то такая…

Раздались шаги, это проснулась бабушка. Я не знала сколько я так пролежала, в дверь постучали. Войдите В комнату держась за бок вошел Тихомир. Я покраснела, почему то стало очень стыдно.

– Доброе утро!

– Привет Он передвигался очень медленно, с трудом и я видела что каждый шаг приносит ему физическую боль.

– Тебе нельзя вставать – Мне надо идти.

– Ну уж нет! – я встала с кровати, с таким ранением ты далеко не уйдешь!

– Мне уже лучше, правда! Не хочу смущать вас, да и твои родители рано или поздно протрезвеют, увидят в доме чужого человека и слухи лишние поползут, твоя бабушка права!

– Тебе надо лечь, пойдем я помогу! Отлежишься и пойдёшь, а пока не говори глупости! Я не поняла, как все это случилось, он вдруг прижал меня к стене и внимательно посмотрел в глаза. У меня перехватило дыхание. Тихомир внезапно склонился ко мне и нежно коснулся моих губ, я не отдавая себе отчета потянулась к нему, как он внезапно резко дёрнулся.

– Прости!

Внутри у меня всё дрожало. Бешено дрожало.

Позавтракав, я взяла ведра и пошла за водой, выйдя за забор тут же увидела Демида. Вот его хотелось видеть с утра меньше всего, настроение с утра итак было испорчено.

– Кто этот парень? – зло спросил он меня. Я округлила глаза. Стало не по себе. Понятно, земля слухами полнится, интересно, как уже узнал…

– Ты уже знаешь? – Мама видела его, то он! – Демид схватил меня за руку, но я тут же вырвала её.

Я очень хорошо умела за себя постоять и свои границы своего личного пространства, никому не давала нарушать.

– Отпусти! И не хватай меня руками, ты по моему себе много лишнего позволяешь! – Он к тебе клеится?

– Совсем того? – Да, даже если и клеится тебе то что? Демид очнись! Ничего у нас никогда не будет! Ничего! Лучше бабушку защищай, да в в армию иди! Больше толку будет, мужиком настоящим может станешь! Демид резко забрал у меня ведра. Его всего трясло. По моему я попала в точку и мои слова его сильно задели.

– Если я узнаю, Олеся! – угрожающе сказал он, я убью вас обоих сам! Я улыбнулась.

– Не смеши никого! Посмотри на себя! Тащи лучше вёдра если помогать взялся! Убивать ты кого-то собрался!

Я вошла в дом и ударилась об грудь Тихомира. Вода расплескалась по полу, а я судорожно вздохнула. То что было утром и ночью, совсем вспоминать не хотелось.

– С тобой все в порядке? – спросил он. Я кивнула. В хреновом, но порядке, говорить ему что уже знают что он в доме, не стала, но понимала, мама Демида главная сплетница деревни и это всё может печально закончится. Из кухни вышла бабушка. – Ты принесла воду? – Демид занесет ещё воду, бабуль! – бросила я и побежала к себе.

Выдерживать взгляд Тихомира не хотелось, да и я вообще всегда бойкая и острая на язык, чувствовала себя ужасно.

Через минуту ко мне зашла бабушка. Судя по всему, её лицо не выражало ничего хорошего, бабушка уже знала.

– Олеся, я запрещаю тебе общаться с этим парнем! – отрезала бабушка, – Иначе я сдам его полиции! Надеюсь, ты меня услышала! С этими словами она вышла, а я прижалась к стене. Прекрасно начался день…

Я спустилась вниз, бабушка уже позавтракала и ушла к соседке. Ведра стояли дома, а из бани вновь доносился шансон и пьяные крики. Я с яростью пнула ведро. Кто бы знал, как я устала от этой жизни… Как… Уехала бы куда глаза глядят если бы не бабушка, давно… Сил жить в таких условиях больше не было, я с ужасом понимала что сама желала смерти собственным родителям, мечтала об одном, лишь бы их не было. Наверное, только тот у кого пили родные, только тот мог меня понять. Тихомир смотрел на меня.

– Это твой парень? – Вёдра принёс весь такой сердитый!

– Нет.

– Ты плакала?

– Все хорошо!

Я взяла со стола печенье. Всегда когда мне грустно я ела печенье, бабушка говорила так было с детства. Печенье и я, это были две половинки, а вместе целое, одно целое, я и печенье. Тихомир вдруг резко схватил меня за руку. – Я вижу глаза заплаканные, это из за меня? Бабушка? Слушай я всё слышал, она права! От меня правда много проблем! Прости!

– Отпусти! – Тихомир выпустил мою руку.

– Была бы ты постарше, я бы тебя с собой забрал бы! Хотя, когда-нибудь заберу, только подрасти!

Я вспыхнула…

Глава 15

Есть такие обещания и фразы что мы проносим через года и я пронесла эту фразу, пронесла… Не забыла, только вот он обещание не сдержал. Да редко кто в наше время обещание сдерживал.

Скинув с себя оцепенение, я смотрела на то, как Мартынов весь в крови, а физрук продолжает наносить ему удары. Дико орущая Кристина и её собачка бегали рядом. Один резкий удар и тело физрука обмякло. Он упал на землю, а я почему-то столкнулась взглядом с небесно голубыми глазами. Его глазами. Почему-то аллея будто вымерла, как и весь парк, и даже Лакси замолчала и Кристина замолчала. Все резко замолчали в предчувствии чего-то страшного.

Вой сирен, крики людей, а дальше лишь одно, полиция, наручники, какие-то нелепые объяснения Кристины которой так хотелось дать в морду и ничего лишнего.

Успокоив Риту что всё хорошо что Егор обязательно возьмёт телефон, я сидела в отделении и смотрела на облупившуюся краску. Внутри всё дрожало. Мартынов утирая кровь с губы ходил туда сюда.

– Слушай, он уголовник, это должно было случиться! Рита его забудет через месяц! Что ты так убиваешься, Олеся?

Стаканчик, пластмассовый стаканчик с дешёвым кофе, дрожал у меня в руках, как я хотела вылить его Мартынову в лицо, но он был горячий и ругаться в отделении полиции, совсем не хотелось.

Зачем только Егор бросился защищать его и это благодарность? Почему, не удержала его, знала же какой Мартынов человек, но ни до такой же степени, жить так низко.

– Ты хоть понимаешь что ты говоришь?