Если хочешь быть счастливой (СИ) - Арина Алинская

от магического воздействия его дивных глаз, взмаха ресниц, оттого, что он угадал ее сокровенные мысли.

— Ты зато нашел, — тихо и зло произнесла Вика, стараясь освободиться от наваждения. — Стареющую тетку с чужим ребенком. Ты хоть в курсе, что у нее будет ребенок от Данилина?

— Конечно, — спокойно улыбнулся Валентин.

— Ясно, — выдохнула она. — Фиктивный брак. Неплохо придумано. Переехать к ней на все готовенькое. Такая экономия! Может, у нее и денежки какие водятся. Решил ограбить бедную дурочку.

Валентин покачал головой, выразительно глядя на нее: что ты несешь?

Но Вика не обращала внимания, торопилась высказать все, все:

— Свое же все продал, до последнего гвоздя. Мои платья продать хотел!

— Не выдумывай, твои вещи я не трогал.

— Потому что я вовремя уехала! Ты же был вообще невменяемый! Если бы не эта идиотская история… Думаешь, ты ей нужен? Ей лишь бы замуж, все равно за кого, лишь бы у ребенка был законный отец!

— Ты сама видишь, что мы с Лидой идеально подходим друг другу. — Дивные глаза, спокойная улыбка.

Нет, это просто невозможно! Вика в отчаянии выбежала из кабинета, промчалась по коридору, в изнеможении опустилась на стул возле своего письменного стола в приемной. Это был их первый разговор с выяснением отношений с того самого дня, когда…

Если бы она могла вернуть прошлое! Она бы не ушла от него. Она так привыкла считать Валентина своей собственностью, что ей и в голову не пришло, что он может соединить свою судьбу с какой-то другой женщиной. Она была уверена, что их развод — это временное недоразумение, которое в конце концов закончится.

Она тогда просто испугалась — нищеты, жесткой экономии, лихорадочного блеска в его глазах, когда он стал продавать все, все: квартиру, машину, мебель, чтобы как можно скорее расплатиться.

Она помнила, какой ужас охватил ее, когда, вернувшись с работы, она обнаружила, что нет шифоньера, в котором хранилась их одежда. Ее платья, костюмы… Шубка! Все это, к счастью, обнаружилось в соседней комнате, было даже аккуратно сложено. Но ее нервы не выдержали. От человека с такими сумасшедшими глазами можно было ожидать все, что угодно.

Наверное, ей надо было поговорить с ним, успокоить, поддержать. Но она боялась заговорить с ним о том, что произошло. Боялась, что он обвинит во всем ее. Она и так винила себя. Но выслушивать его упреки было бы невыносимо. И все-таки виноват был именно он. В том, что довел ее до такого состояния, что она наиглупейшим образом попалась в примитивную ловушку, расставленную этими пройдохами. Ей так хотелось тогда поверить, что и в самом деле их семейной жизни не хватает романтики, что Валентин примчится к ней — и оценит ее сумасбродный поступок… Да, если бы он стал обвинять ее, то она ему все высказала бы!

Но Валентин молчал. И она молчала тоже. Молча собрала вещи, ушла к родителям. Молча подала на развод. Она думала, что он придет: нет, не мириться, но хотя бы спросит что-нибудь. Но он не пришел к ней, не пытался ни мириться, ни спрашивать, ни уговаривать. Явился в ЗАГС, шикарный, собранный, все с тем же блеском одержимости в глазах, спокойно и деловито подписал все бумаги. Казалось, он вообще не придает этому значения. Их развели на удивление быстро: детей нет, имущественных споров тоже. Даже почему-то не стали пытаться их примирить, предлагать подумать.

Она сначала ужаснулась быстроте их развода, но потом, вспоминая спокойную деловитость Валентина, утешала себя тем, что все это — лишь формальность. Он не хочет лишать ее удобств привычного ей образа жизни, взваливать на ее хрупкие плечи тяготы выплаты огромного долга. И несмотря на то, что они стали жить отдельно и оформили развод, она была убеждена, что все это — временно, и они обязательно будут вместе. Ведь они же такая красивая пара! Молодые, яркие — просто созданы друг для друга. Даже их имена звучат вместе так гармонично, начинаются на одну букву, темно-красную букву В, как спелая вишня на картинках в «Азбуке». А его отчество созвучно ее имени. Ей всегда казалось, что это знак свыше, предписывающий им долгую совместную жизнь. И вдруг появляется какая-то бледная тетка с бледно-желтым именем Лида и все рушит.

Данилин с недоумением смотрел на сияющую Лиду: с чего бы ей так радоваться?

Она протянула свое заявление.

— Значит, замуж выходишь, — протянул он, ознакомившись с документом. — Как ты быстро.

Подписал. Лида вышла, распространяя вокруг себя ауру безоговорочного счастья.

Вика принесла документы на подпись и вывела директора из состояния крайней задумчивости.

Просматривая и подписывая бумаги, Данилин поинтересовался как бы невзначай:

— Тут… Лида… с заявлением приходила. Не знаешь, за кого она замуж выходит?

Вика еле сдержалась, чтобы не завопить во весь голос от отчаяния, процедила сквозь зубы:

— За Валентина.

Данилин замер с поднятой ручкой. «Моложе! Красивее! Замуж!»

Валентин работал, глядя на монитор и краем уха прислушиваясь к разговору Лиды по телефону.

— Зоенька, приглашаю тебя на мою свадьбу, — щебетала Лида. — Да, да, небольшая, но самая настоящая свадьба… Почему обязательно «сбежит»?

Услышав про «сбежит», Валентин слегка усмехнулся.

— Да, хорошо, — Лида распрощалась со своей собеседницей и сообщила Валентину:

— Я уже пойду.

Он встал из-за стола, подошел к ней:

— Когда твоя Зоя приедет?

— Сегодня вечером.

— Сегодня поеду на свою квартиру, завтра приеду за тобой.

Лида напряженно смотрела на него, на ее лице прочитывалась масса вопросов, один из которых был «Почему?»

Валентин засмеялся, обнял ее:

— Не бойся, не сбегу.

11. Свадьба

Лида прохаживалась по дорожке у подъезда, поджидая свою коллегу-подругу. Подъехало такси, из которого тяжело выбралась Зоя с дорожной сумкой.

Лида подошла к ней.

— Вот, приехала, — объявила Зоя. — Должен же тебя кто-то утешать, когда жених не придет.

Лида натянуто улыбнулась. Она уже сама не была уверена в том, что ей не понадобятся утешения.

На следующее утро Лида нарядилась в свадебное платье, Зоя помогла ей с прической, и новоиспеченная невеста, счастливая и взволнованная, фланировала по гостиной в ожидании жениха, время от времени выходя в прихожую, любуясь на свое отражение в зеркале и поправляя наряд.

Зоя скептически поглядывала на Лиду, уверенная, что никакой жених не появится. Наконец, ей надоело смотреть на эту счастливую дурочку, и она уставилась в окно, обозревая окрестности.

— Гляди-ка, машина подъехала, и правда свадебная, — удивленно констатировала Зоя. — А это кто? — поразилась она, увидев потрясающего красавца, выходящего из машины.

Валентин вошел в гостиную во всем блеске своего великолепия: молодой,