Выйти замуж за «бугор» - Любовь Матвеева

способ заговорить с заинтересовавшей меня женщиной: – Что-то мне лицо ваше знакомо… – обратилась я к ней. – Как же не знакомо! Я – Катя… Ну, помните, рядом торговали на Колхозном, в воротах?.. Катя?.. Но та, знакомая мне Катя, была угрюмым, мужеподобным существом с тяжёлой походкой, которую без тележки с товаром или не за лотком и представить было нельзя. С задубевшим от мороза и солнца чёрным лицом, в ватных штанах, ломившая неподъёмные грузы, она одна содержала большую семью… Неужели это она – величавая, неторопливая, белокожая, женственная, повелительная, в шикарном платье?.. А ноги… Какие ноги! И мир мог не увидеть этих красивых ног?..

Оказалось – она!

И вот её история.

Поехала торговать а Эмираты уже в пятый раз, когда нежданно-негаданно встретила любовь в виде арабского мужчины – богатого красавца, который был моложе её на четыре года, и имя его было Принц – ни больше и не меньше! Катя давно поставила на себе крест как женщине, никому больше не хотела верить, ни от кого зависеть, и очень сопротивлялась домогательствам. Целый год уговаривал Принц ему поверить, несмотря на сопротивление и самой Екатерины и своей семьи. Прилетал три раза в Петропавловск. Уговорил. Через год родился вот этот ангел с жгучими глазами, кудрявый Серафим.

Оказалось – это первый и единственный ребёнок Принца! До тех пор ему, наследнику богатой и родовитой семьи, не удавалось с другими жёнами стать отцом. Стоит ли говорить, что за это чудо природы – внука – его родня смирилась с браком сына. А войдя во вкус, повелела привезти к ним и всех остальных Катиных детей! За одним невестка захватила и своих сестру с братом – авось, приживутся… Сестра была намного моложе Кати. Как и брат, они также надеялись устроить свою судьбу в Эмиратах. Что касается брата, я сильно сомневалась. Не понравился он мне, хоть был симпатичный, хорошо сложенный молодой человек. Что-то хищно-уголовное чудилось мне в его взгляде, манерах… А в Эмиратах с такой публикой не церемонятся – отправляют не «под фанфары», а прямиком на виселицу!.. Хотелось мне Катю обо всём расспросить подробнее, но родные без конца требовали её внимания, и больше пообщаться не пришлось. Я только видела, как перед заходом на посадку в Дубаях она «причепурилась» – вздыбила причёску, встала на каблуки, накрасилась, даже умудрилась переодеться в тесном туалете.

А потом наблюдала встречу её с мужем в аэропорту – нежную встречу двух влюблённых… И снова подивилась – как меняет людей любовь! Надеюсь, все мои герои нашли своё счастье…

ЗА АФРОАМЕРИКАНЦА…

«На что спрос, на то и цена»

(русск. пог.)

Людка Печонкина была моей одноклассницей, подругой и соседкой. Ну – как подругой? В юности мы всех считаем друзьями и подругами. Потом «кыхнутые», вроде меня, так и продолжают считать по жизни, а «нормальные» пересматривают позиции, вычёркивают лишних друзей из оборота близких, оставляют только нужных.

Людка выучилась на бухгалтера, вышла замуж за паренька, жившего неподалёку – а чего далеко ходить, если время приспело? Родила девочку. Парень оказался горьким пьяницей, что можно было сразу предположить, глядя на его родителей. Зачем было и замуж за него выходить?

Однако Людка самоотверженно боролась и с дурными наклонностями мужа, и с последующими беременностями – травила себя хиной. Потом разошлась. Вышла замуж за другого – своего коллегу, бухгалтера – а чего далеко ходить? Он был некрасив, староват и хром, зато у него был мотоцикл!

Хотела родить и от него, но уже не получалось – организм был испорчен. Так они жили лет двадцать, воспитали её дочь. И вдруг – получилось! Люда забеременела… А лет уже сорок три… Родила снова девочку. В это время они жили под Ташкентом, и я её там дважды навестила, будучи в командировках. Порадовалась за них.

Потом начались девяностые. В Узбекистане они были не только трудными, но и опасными, и Люда с семьёй вернулась в родной Петропавловск. Работы не было, и она носила по базару чай в термосах да блины. Кое-как перебивались, потом уехали в деревню – там было легче прожить. Завели хозяйство, корову.

Вторая девочка – Ира – выросла, поступила в институт на изучение английского языка. Она была надеждой для старых родителей – у старшей дочери давно была своя жизнь.

После окончания университета Ирину посылают в Америку «по обмену» – совершенствовать язык. А она там… выходит замуж за… как бы это сказать, чтобы никого не обидеть, афроамериканца, и рожает от него мальчика. Видно, всё это – чтобы остаться в очаровавшей её стране.

Ну и что? Чернокожий парень, наверное, красавец и атлет! Тем более, что – доходят слухи – Ирочка каждый месяц высылает родителям по тысяче долларов! «Вот это – уровень жизни в Америке!» – завидуем мы, подруги Люды.

Люда же с мужем почему-то очень страдают, и продолжают подчищать сферу знакомых, друзей и даже родных, чтобы никому ничего не объяснять. Меня тоже подчистили, так что всё остальное я знаю по слухам. Они продолжают жить в деревне, старшая дочь их не оставляет, она успешный, предприимчивый человек.

Однажды, случайно, встречаю в автобусе другую нашу одноклассницу – Нину Тюрину. Давно о ней ничего не знала! Я рада, накидываюсь на неё с вопросами об её жизни, она неохотно отвечает – для неё всё в далёком, забытом прошлом, душа её «скукожилась» к старости. Между делом, вспоминаю одного друга детства, другого, рассказываю об их судьбах – вижу, что Нине всё это не интересно. Как бы её расшевелить?

– А ты знаешь, что дочка Люды Печонкиной вышла замуж за… афроамериканца, живёт в Америке, родила сына, и посылает родителям каждый месяц по тысяче долларов?

Первый раз увидела на постаревшем лице бывшей одноклассницы какие-то чувства:

– Какие тысячу долларов? Ирка в Америке живёт в трущобах, распространяет на улицах какие-то лекарства, и хоть живёт там уже много лет, гражданства не имеет. Когда она вышла замуж за «чёрного», ему было шестьдесят лет, и он имел семь детей… Теперь сын её уже подросток, будущего у него нет, а отец его давно умер…

Нине пора выходить, и я жадно спрашиваю – какой у неё номер телефона, чтобы снова не потерять подругу.

– Забыла… Я же здесь недавно живу…

– А номер, номер дома, квартиры?

– Номер квартиры – шестнадцать, а дома… забыла… – неохотно отвечает она, и выходит. Зачем я ей?..

Я недоумеваю – неужели Америка настолько привлекательна (как и Германия, Австралия, Италия), что лучше там быть никем, чем в своей стране – достойным специалистом?.. Далеко ходить не буду, взять хоть