Кайя Кокрейн - Для кого звучал Вивальди?

Она была похожа на ангела.

Сердце Стоуна на секунду остановилось. Откуда взялась эта радуга? И самородок? Проделки ангела, цинично подумал Стоун. Наверное, надо было все-таки сказать Филду, что его находка не золото, а просто кусок блестящего металла?

Ангелов не существует. Их нет, потому что их просто не может быть.

— Мама, можно войти? — раздался нетерпеливый голосок у двери спальни.

— Конечно, котенок! — отозвалась Делия. Она отложила журнал и посмотрела на дверь.

Филд, одетый в полинявшие джинсы и ярко-синюю футболку, шлепнулся на кровать.

— Ой! Я не очень сильно прыгнул?

Делия улыбнулась и обняла его:

— Ты прыгнул в самый раз!

Они сидели на кровати Брук, откинувшись на подушки. После долгого молчания Филд наконец сказал:

— Это глупая кровать.

— Что же в ней глупого? — удивилась Делия.

— Ну, вот эти оборчатые штучки сверху.

Она засмеялась:

— Девочкам нравятся оборки. Чем больше, тем лучше.

— Брук они не нравились.

— Ей нравилась ее кровать, и эти оборчатые штучки тоже. — Делия растрепала его темные волосы.

Она замолчала, давая мальчику возможность поговорить о сестре. Филду было немногим больше двух лет, когда родилась Брук. Делия помнила, как малыш несколько часов разыскивал плюшевого мишку, которого потеряла девочка. И как он терпеливо играл в «девчачьи игры», когда была плохая погода. Естественно, они ссорились и даже дрались. Делия улыбнулась воспоминаниям, а Филд вдруг сказал:

— В ней как будто сидело сто человек сразу.

— Правда?

— Ага. Знаешь, иногда она рассаживала в рядок своих глупых медведей, и меня в том числе, чтобы учить нас рисовать красками и карандашом...

Делия снова улыбнулась:

— Да, уроки изобразительного искусства.

— А ровно через минуту она уже лупила меня по руке, потому что я стащил печенье у ее любимого мишки, — пожаловался Филд. — Никогда нельзя было угадать, чего от нее ждать.

— Брук преподала тебе важный урок.

— Какой? — Филд посмотрел на Делию.

— Никогда не забывайся, если имеешь дело с женщиной.

Филд в недоумении смотрел на мать. Делия засмеялась и поцеловала его в макушку.

— Ты поймешь, когда начнешь встречаться с девочками.

Филд простонал:

— Ма-ам! Фу, какой ужас!

Делия удовлетворенно кивнула. Филд что-то сжимал в кулаке, и Делия терпеливо ждала, когда сын покажет ей свое сокровище. Это был кусочек золота.

— Что ты будешь с ним делать? — полюбопытствовала она.

— Буду хранить всю жизнь.

Последнее время Филд хранил все: маленькие сокровища, найденные на ранчо, несколько вещей, принадлежавших раньше Брук или другим членам семьи. Например, нож, который ему подарил Роки. Хозяином ножа когда-то был Стоун. Филд всегда носил подарок с собой. Делия знала, что сейчас нож лежит в его заднем кармане. Казалось, Филд пытался собрать все осязаемое — то, что он мог потрогать и взять в руки, потому что те, кого он любил, покидали его. На глаза Делии навернулись слезы, и она отчаянно старалась не заплакать.

Филд уже потерял сестру, его жизнь безвозвратно изменилась. Если Стоун будет упорствовать и отправит мальчика в интернат, Филд лишится одноклассников и друзей, появившихся у него еще в первом классе.

И скоро Филд потеряет ее, Делию.

Если она выполнит задание, то должна будет покинуть его, чтобы быть вместе с Брук на небесах.

— Мама, что с тобой?

Делия была очень расстроена, но улыбнулась мальчику. Она вдохнула его запах и попыталась запомнить: жевательная резинка, свежая рубашка и шоколадные батончики. А еще еле заметный запах амбара и конюшни.

— Все в порядке, котенок. Кстати, ты навещал Джинджер?

Одна из пастушьих собак, огромная рыже-белая колли, должна была ощениться со дня на день. Филд кивнул и убрал в карман самородок.

— Я был у нее, и она клала голову мне на колени. Мам, как ты думаешь...

— О чем?

— ... можно мне взять одного щенка? — Большие серые глаза умоляюще смотрели на нее.

Делия задумалась. Блэйд планировал продать половину щенков Джинджер владельцам соседних ферм. Со временем из них получатся отличные пастухи — Джинджер была дорогой породистой собакой. Оставшихся щенков собирались растить и обучать на ранчо Тайлеров — но как рабочих собак, а не домашних животных.

— Я хочу свою собственную собаку. Хочу ее вырастить и о ней заботиться...

— Я постараюсь что-нибудь сделать, — мягко перебила она сына. — Посмотрим, сколько щенков будет у Джинджер, а потом я поговорю с папой.

Огонек, горевший в глазах Филда, потух, стоило ей только упомянуть Стоуна. А потом мальчик пробормотал:

— Тогда нет смысла...

— Филд...

— Он скажет «нет». — Голос Филда дрожал.

— Котенок, твой папа...

— Мам, что я такого сделал? В чем я провинился, что меня отсылают отсюда? — Мальчик с мольбой смотрел ей в глаза. — Что я сделал не так?

— Котенок...

Но Филд уже слезал с кровати:

— Спокойной ночи, мама.

— Филд, подожди!

Но за ним уже закрылась дверь.

Как ей теперь поступить? Как она могла не замечать муки в глазах ребенка? Как она могла называть себя любящей матерью? Если бы Стоун... Но Стоун был поглощен своим собственным горем и никого к себе не подпускал. Только чудо могло помочь двум мужчинам, которых она любила больше всего на свете.

Взгляд Делии упал на фотографию Брук, стоявшую на тумбочке. Делия взяла рамку и прижала ее к груди. Она пыталась забыть о том, как быстро идет время.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Но я никуда не хочу ехать. — Филд сосредоточенно рассматривал кухонный пол.

Стоун стоял на коленях перед своим маленьким сыном, чтобы смотреть ему прямо в глаза.

— Когда ты приедешь в школу, все твои страхи...

— Но я не боюсь, — с жаром говорил Филд. — Я просто не хочу ехать. Я хочу остаться дома с тобой и с мамой.

В его голосе слышалась мольба. Стоун тяжело вздохнул, пытаясь побороть досаду.

— Мы должны зарегистрировать тебя в школе, Филд. Это нужно было сделать раньше, но... — Он оборвал себя на полуслове.

Стоун ощущал присутствие Делии, стоявшей около обеденного стола и молча наблюдавшей за ними. Филда должны были зарегистрировать несколько недель назад, но то что-то не ладилось на ферме, а потом с Делией произошел несчастный случай — и поездка в Сан-Антонио все откладывалась.

Сначала отбился от стада ягненок, потом надо было чинить забор и ремонтировать сенокосилку, джипы и грузовики по нескольку раз возвращались в автосервис, все по очереди теряли ключи от машин. Все это происходило и раньше, но не одновременно.