Уинифред Леннокс - Этюд в золотистых тонах

Клубничка, которую, как выяснилось, звали миссис Сара Уэйн, служила у Рэдклифов уже тридцать лет. Лишь Барнс прожил здесь дольше.

— Я работала в Лайм-Парке без году неделю, когда приехала леди Энн с мастером Грегом. Он только-только родился, маленький такой, розовый херувимчик. Миледи все хворала после родов, и я ухаживала за ней, когда доктора не было. Я ведь окончила курсы медсестер, — не без гордости заметила она. — Миледи просила, чтобы я неотлучно находилась при ней. Такая ласковая, милая, сущий ангел. Как улыбнется — словно солнышко взошло. И знаете, мисс Финчли, скажу вам по секрету, после ее смерти все в этом доме не так, как прежде.

Клубничка вздохнула и зашмыгала носом, даже замолчала на несколько секунд, что для нее было, по-видимому, высшим проявлением печали.

— Теперь только и радости, что дожидаться свадьбы мастера Грега. Тогда все изменится, снова пойдут балы, пикники да приемы, как при миледи. И его сиятельство опять будет улыбаться. Вы знакомы с мисс Торрингтон, невестой молодого хозяина?

Сандра на всякий случай кивнула.

— Само очарование, правда? Лучшей жены для мастера Грега и не найти. Миледи очень ее любила, дождаться не могла, когда они наконец вырастут и поженятся. Не дождалась…

Клубничка опять захлюпала и примолкла. Они поднялись по винтовой лестнице и остановились перед массивной дубовой дверью. Клубничка извлекла из кармана передника старинный резной ключ и вставила его в замочную скважину.

— Вот мы и пришли. Уфф, эта лестница убьет меня когда-нибудь, — сказала она, тяжело дыша. — Мистер Грег просил приготовить для вас именно эту комнату. Он такой внимательный и заботливый, правда?

Сандра тут же вспомнила сцену в библиотеке, о которой почти забыла, убаюканная журчанием Клубнички. Заботливый, ха! Резкие слова готовы были опрометчиво слететь с языка, но горничная справилась с замком и распахнула перед гостьей двери.

Комната действительно была великолепна. Поражало, что она имела идеально круглую форму и меблировка повторяла плавный изгиб стен. Полукруглая кровать с балдахином, старинный комод светлого дерева, тумбочки с перламутровыми инкрустациями и даже резная ширма, затянутая гобеленами с сюжетами «Королевских идиллий» Теннисона, были начисто лишены острых углов. Плавные линии, покой и изящество, бежево-лиловый райский уголок.

Сандра моментально забыла обиды и принялась разглядывать апартаменты. Комната поражала не роскошью, а вкусом и изысканностью убранства. Здесь не было ни одной случайной вещи, все подчинялось единому замыслу. Камин розового мрамора, тончайшие фарфоровые статуэтки, напольная ваза с огромным искусно составленным букетом. Сандра не знала, на что смотреть в первую очередь. Глаза так и разбегались.

— Я вижу, вы довольны, — сказала Клубничка, правильно истолковав молчание Сандры. — Я взяла на себя смелость распаковать ваши вещи. — Она подошла к встроенному в стену шкафу, который был искусно отделан под цвет стен и сразу не заметен.

Нехитрые туалеты Сандры одиноко висели в его зеркальном мерцающем чреве. Непонятно было, что они вообще здесь делают. В таком шкафу должны жить изысканные вечерние туалеты с перьями и кружевами, умопомрачительные шляпки и накидки из драгоценных мехов. Грешно засорять его тряпьем.

— Осмелюсь предложить вам ночную рубашку, — сказала вдруг Клубничка. — Вы, кажется, забыли свою. У нас всегда есть все необходимое для гостей.

— Благодарю, — ответила слегка опешившая Сандра. — Я никогда не сплю в ночной рубашке.

— О!

В этом сдержанном возгласе Сандре послышалось скрытое неодобрение, хотя выражение лица Клубнички не изменилось.

— Вы, наверное, устали. Не буду вам больше мешать. Если что-то понадобится, звонок у кровати. — И Клубничка вышла, вернее, выкатилась из комнаты, мелко перебирая короткими ножками.

— Итак, сын, — нарушил молчание граф Рэдклиф, — мы одни, и я могу наконец узнать, что происходит.

Он опустился в глубокое кресло с высокой спинкой и сделал Грегори знак сесть напротив. Лицо графа было абсолютно непроницаемо. Холодные серые глаза, не мигая, остановились на высокой фигуре сына. Грег сел, где было указано. Когда-то этот взгляд действовал на него, как взгляд удава на кролика, гипнотизируя и парализуя волю, но эти времена давно миновали. Теперь он тоже смотрел на отца абсолютно бесстрастно.

— Передай мне, пожалуйста, сигаретницу. Справа от тебя. Кури, если хочешь.

— Я не курю, сэр. — Грег поднес к сигарете отца зажигалку.

— Вот как. И даже эту вашу травку?

— И ее, сэр.

— Странно. При твоем-то образе жизни…

Рэдклиф медленно затянулся и выпустил в потолок тоненькую струйку дыма. Клубясь и извиваясь, она поднялась вверх и растаяла. Грег внимательно следил за ней, словно ничего интереснее в жизни не видел. Смотреть на отца не хотелось. С годами он все сильнее усыхал и становился похож на чучело хищной птицы.

— Так что же происходит в моем доме?

— Ничего особенного, — безмятежно отозвался Грег. — Сын приехал повидаться с отцом. В этом есть что-то противоестественное?

— В наших обстоятельствах — да. Я предпочел бы, чтобы меня ставили о подобных визитах в известность.

— Мы ненадолго. Всего на несколько дней.

— Мы?

— Вы не могли не заметить, что я не один.

— Вот именно, поэтому и жду комментариев. — И без того высокий голос Рэдклифа поднялся еще на пару тонов. — Эта молодая особа с такими обворожительными манерами, мисс… мисс… — Граф защелкал пальцами, призывая собеседника освежить его память.

— Мисс Финчли, — подсказал Грег.

— Да-да. В каком качестве она присутствует здесь?

— Я же сказал, что она моя приятельница, — ответил Грег, откровенно забавляясь растущим раздражением отца.

— Вижу, ты продолжаешь бунтовать.

— Какие громкие слова.

— Однако они отражают суть дела. Ты готов поставить в глупое положение своего отца, невесту, себя, наконец. Почему не приехала Бэби?

— Она занята. Готовится к предстоящему сезону. Это так утомительно. Ее, бедняжку, можно пожалеть.

— Какой странный тон для жениха накануне свадьбы.

— Канун — понятие растяжимое, — беззаботно сказал Грег. — Яблоко падает, только когда созреет.

— Мне кажется, ты испытываешь терпение и мое, и Бэби. Это небезопасно. — Глаза Рэдклифа угрожающе сверкнули.

— Эту тему мы уже обсуждали, и не раз. Не хотелось бы возвращаться к ней снова. Я чертовски устал, сэр. Так что позвольте откланяться. Увидимся за обедом.

— Я прослежу, чтобы у вас была хорошая компания. — Эти слова догнали Грега уже в дверях.