Линда Инглвуд - Символ любви

А теперь, когда он вернулся, его интерес к Джанин только увеличился. Малколм увидел, как она вышла из замка и не спеша пошла ему навстречу. На ней была та же белая блузка, но вместо широкой юбки она надела джинсы, облегающие, как выяснилось, стройные ноги и упругие бедра. Он залюбовался ее фигурой. Так вот что она прятала под бесформенными и старомодными костюмами!

Джанин подошла и улыбнулась. Он внимательно оглядел ее и заметил кроссовки.

– Я распоряжусь, чтобы к следующему занятию вас обеспечили подобающей обувью.

По ее лицу пробежала тень сомнения.

– Я понимаю, что вы отличный наездник. Но ведь вы, наверное, очень заняты. Почему меня не может учить кто-то другой?

– Ерунда, так мне будет спокойнее. Научив вас, я буду уверен, что моя дочь в безопасности.

– Ага, – обрадовалась Джанин возможности удовлетворить свое любопытство. – Я хотела вас спросить, еще когда мы были у вашей тети, но вы так быстро ушли, что я не успела и рта раскрыть. Какое отношение к Фиби имеет то, умею я ездить верхом или нет?

– Самое прямое. Фиби уже пять лет, и ей давно пора учиться верховой езде, как и многим другим вещам, необходимым потомкам знатного аристократического рода. Вы же должны везде ее сопровождать, а значит, вам просто необходимо освоить этот способ передвижения.

– Почему же вы не указали это в списке требований, предъявляемых к няне? Скажем, «трудолюбивая женщина с непривлекательной внешностью, имеющая высшее образование и умеющая ладить с детьми и лошадьми».

– Это ни к чему, – возразил Малколм. – Если вы окончили колледж, да еще с отличием, значит, вполне обучаемы и после определенного количества тренировок станете замечательной наездницей.

– Хочу заметить, что черпать знания из книг и трястись в седле – вещи разные. А вдруг бы я панически боялась лошадей, что тогда?

– Думаю, женщина, не испугавшаяся пересечь океан в поисках работы, вряд ли станет бояться лошадей, – сказал Малколм и вдруг пристально посмотрел на нее. – И вообще, Джанин, я вас не понимаю. Вы, кажется, упомянули, что всегда мечтали научиться ездить верхом. Или я чего-то недопонял?

Джанин смутилась.

– Нет конечно… то есть да, хотела… Но, видите ли, мне не дает покоя мысль, что, возможно, я отрываю вас от каких-то важных дел. Вы очень великодушно поступили, когда вызвались учить меня. Но, повторяю, на мой взгляд, это вполне мог сделать кто-нибудь другой.

Кто-нибудь другой? Обучение предполагает близкий контакт. И этот «кто-нибудь другой» будет дотрагиваться до нее, вдыхать аромат ее духов? Ну уж нет! Потому что это его долг… как ее работодателя и отца Фиби, тут же поправил себя Малколм. И только поэтому. Но Джанин, похоже, пыталась избежать его общества. Ей оно неприятно? Исключено. Они довольно мило общались, и она никогда не выказывала неприязни. А судя по ее нервозности, я ей нравлюсь, не без самодовольства подумал Малколм. Эта мысль его неожиданно обрадовала.

– Вашим учителем верховой езды буду я! – заявил он после некоторой паузы. – И никаких возражений даже слушать больше не хочу! – прибавил он, увидев, что Джанин открыла рот, видимо для того чтобы снова вступить с ним в спор.

– Ну что ж, – вздохнула она, – тогда к делу.

Ну наконец-то сдалась, с облегчением выдохнул Малколм. Интересно, когда ему в последний раз приходилось уговаривать женщину провести с ним время? И было ли вообще такое когда-нибудь? Малколм отбросил все эти мысли. И решил просто радоваться возможности проводить время наедине с Джанин. Он был благодарен тете, подсказавшей ему такую замечательную идею.

– Итак, знакомьтесь. Это Люси. Ее специально отобрали для вас. Она смирная, понятливая и безропотно подчиняется командам.

Люси оказалась молодой кобылой вороной масти, с чрезвычайно умными глазами-огоньками. Она с любопытством смотрела на молодую женщину и слегка пофыркивала. Джанин с удовольствием погладила ее по морде. Люси это явно понравилось.

– Моего коня зовут Гром, – продолжал тем временем Малколм, стоя рядом с гнедым жеребцом вполоборота к Джанин. – Теперь, когда все друг другу представлены, предлагаю начать занятие. Прежде всего вы должны уметь правильно садиться в седло. Запомните: к лошади надо подходить с левой стороны. Вы ставите ногу в стремя таким вот образом, и…

Малколм так увлекся объяснением, что не смотрел на молодую женщину. И обернулся только тогда, когда услышал скрип седла и звон стремян за спиной.

– Я все правильно сделала? – спросила Джанин, уже сидя верхом на Люси.

– Я не видел, как вы это сделали, но, судя по тому, что вы сейчас в седле, это правильно.

Он неожиданно для себя пожалел, что лишился возможности помочь ей.

– Просто в детстве я любила смотреть вестерны, – с улыбкой объяснила Джанин.

– Ну что ж, тогда поехали, – скомандовал Малколм и одним отточенным движением оказался в седле. – Управлять лошадью гораздо проще, чем машиной. В какую сторону вы хотите ее направить, в ту и натягивайте повод. Если собираетесь лошадь остановить, ослабьте натяжение поводьев. Чтобы тронуть ее с места, напротив, слегка натяните оба повода, пришпорьте и скажите «но».

– Но, – сказала Джанин, и они не спеша двинулись вперед.

Поначалу ей было непривычно и она чувствовала себя очень скованно. Но уже через несколько минут стала держаться увереннее и даже рискнула посмотреть на Малколма. Тот ехал рядом и с интересом наблюдал за ней.

– Вы делаете большие успехи, – сказал наконец он. – Мало кто так быстро осваивается в седле.

– Ну и ну, – только и смогла вымолвить Джанин, озабоченная в этот момент исключительно тем, чтобы не потерять равновесие, – а вы, оказывается, льстец.

– Вы мне не верите?

– Как вам сказать? Если я отвечу, что не верю, то вам придется повторить ваши слова, хоть и лестные для меня, но не являющиеся правдивыми. А это может вызвать гнев вашего Тараниса. Я не хочу, чтобы вас сразила молния, да еще когда вы так близко ко мне. Поэтому лучше скажу, что верю.

– Зря иронизируете. – Его серьезный тон особенно контрастировал с полушутливой речью его спутницы. – Я всегда говорю только правду.

– Всегда? – переспросила она, резко поворачиваясь к Малколму, и чуть не потеряла равновесие.

Джанин инстинктивно натянула нужный повод и, заняв правильное положение в седле, продолжила прерванный на мгновение разговор.

– Да бросьте, я ни за что не поверю, что вы всегда говорите правду. Наверняка иногда хоть в чем-то отступаете от этого правила. Вот, например, ваша тетя вас спрашивает, полнит ее новое платье от Кардена или нет. Неужели вы расстроите чудесную женщину?

– Я скажу ей правду.