Барбара Ауэр - С тобой мое сердце (Врата рая)

Однако предложение Кортни не лишено смысла, должность преподавателя школы кройки и шитья действительно облегчит ему задачу розыска поджигателя. Райли уже склонялся к мысли, что стоит согласиться, однако не забывать, что для него главное, не мешать дело с удовольствием. Что касается последнего, то Райли успокаивал себя мыслью, что Кортни приехала в Новый Орлеан ненадолго, за это время они не успеют слишком сильно привязаться друг к другу.

— Ладно, убедили, я согласен.

Я делаю это из соображений безопасности, сказал себе Райли, а вовсе не для того, чтобы проводить больше времени с Кортни.

Кортни посмотрела на него с благодарностью и тепло улыбнулась.

— Спасибо, Райли.

Он с неудовольствием отметил, что от одной ее улыбки его сердце забилось чаще. С чего бы это? Абсолютно не с чего. Но совладать с этой чисто физиологической реакцией было не легче, чем выкинуть из головы поцелуй Кортни.

— Ну что же, — с облегчением сказала Барбара, — одной проблемой меньше.

Для нее — возможно, подумал Райли, а для меня… У него возникло неприятное чувство, что его проблемы только начинаются.

В комнату вошла пожилая медсестра, тощая как жердь. Бросив недоброжелательный взгляд на Кортни, она нахмурилась. Райли понял намек и встал.

— Барбара, мы, пожалуй, пойдем, не будем вас утомлять.

Медсестра склонилась над пациенткой и неожиданно мягким голосом с неподдельной участливостью спросила:

— Как мы себя чувствуем? Нога болит?

— Немножко побаливает, — ответила Барбара.

— На сколько, если по десятибалльной шкале?

— На семь.

Тонкие губы медсестры сложились в улыбку, похожую на гримасу.

— Сейчас мы сделаем вам укольчик, и сразу станет легче. — Она повернулась к Кортни. — Я на дежурстве до одиннадцати, если захотите узнать состояние вашей бабушки, можете звонить мне в любое время.

— Спасибо, — пролепетала Кортни, ошеломленная разительным контрастом между суровой внешностью и мягким голосом медсестры. — Бабушка, тебе что-нибудь принести?

— Пожалуй, бухгалтерскую книгу, остальное может подождать.

Кортни на прощание поцеловала ее.

— Не волнуйся, бабушка, все будет хорошо.

Выходя из палаты вместе с Кортни, Райли сказал:

— Вы, главное, сами верьте, что все будет хорошо. В вашем положении, Барбара, вам не стоит волноваться.

Стоя у полосатой ленты, ограничивающей место происшествия, Кортни с удивлением и горечью смотрела на обгоревшие останки гаража и того, что когда-то было стареньким пикапом Барбары. Над пожарищем витал тошнотворный запах горелой резины. Крыша гаража рухнула, но опорные балки уцелели, и оттого пепелище выглядело еще более зловещим. Райли в резиновых перчатках обследовал место происшествия, но Кортни сомневалась, что среди почерневших головешек и кусков искореженного метала можно найти какие-то улики.

Кортни ожидала, что вид сгоревшего гаража вызовет у нее гнев, но чувствовала только недоумение. Кто мог сотворить такое? Кто-то явно пытается причинить вред Барбаре, пусть не ей самой, но ее любимому детищу. Кортни всерьез опасалась, что, если поджигатель не будет схвачен, бабушка может пострадать еще сильнее.

К тому времени, когда Кортни вернулась домой в сопровождении Райли, пожарные давно уехали. Пока Райли осматривал место очередного пожара, Кортни приняла душ и переоделась. Затем она отправилась в здание школы за бухгалтерской книгой, которую просила принести бабушка, и снять копии с документов учащихся, о чем ее просил Райли. Заодно Кортни хотелось проверить некоторые предположения, которые у нее возникли. Кортни провозилась с копиями часа два, но на это время узнала достаточно, чтобы сделать определенные выводы.

Кортни вышла из прохладного здания на раскаленный двор. Райли еще не закончил осматривать пожарище. Кортни нашла место в скудной тени эвкалипта, села, скрестив ноги по-турецки, и попыталась осмыслить то, что узнала. Она и раньше подозревала, что дела в школе шли не так хорошо, как раньше, и, к сожалению, ее подозрения подтвердились. За последние полгода число учащихся сократилось, сократилась и прибыль. Кортни решила задержаться в Новом Орлеане до тех пор, пока бабушке окончательно не поправится. Не имея ни работы, ни жилья, она могла не спешить в Денвер. Отец ее будущего ребенка тоже не ждал ее с распростертыми объятиями. При мысли о Джоди Кортни стало горько.

Почему он не мог просто честно признаться, что не любит ее, неужели это так трудно?

Впрочем, размышляла Кортни, для Джоди эта задача и впрямь могла быть непосильной, он привык во всем выбирать путь наименьшего сопротивления. Но Бог с ним, с Джоди, сейчас ей нужно решить, как жить дальше. Кортни понимала, что может задержаться в Новом Орлеане, но не может жить здесь вечно. Или может? В любом случае до выздоровления Барбары ей придется взять управление школой кройки и шитья на себя. Когда бабушку выпишут из больницы, она будет рядом и сможет за ней ухаживать. Но, когда Барбара окончательно поправится, Кортни придется искать собственное жилье и работу. Последнее будет нелегко, потому что к тому времени ее беременность станет заметной. Кортни не обольщалась насчет своих перспектив и понимала, что ей повезет, если удастся найти хотя бы временную работу до рождения ребенка.

Услышав шаги, Кортни подняла голову. Райли закончил осмотр места происшествия и шел к ней. Его футболка липла к взмокшей от пота груди, и Кортни невольно засмотрелась на рельефные мускулы, вырисовывающиеся под тканью. Райли остановился, присел на корточки рядом с ней и рукой вытер пот со лба. Кортни с удивлением отметила, что даже уставший, пропыленный и вспотевший, он способен заставить ее сердце биться чаще. Ее воображение вдруг нарисовало такую картину: тело Райли скользит по ее собственному, его пальцы ласкают ее… Райли кашлянул, привлекая к себе внимание, и Кортни, спохватившись, вернулась к действительности.

Райли хмурился, и от этого казался суровым и неприступным.

— Соберите вещи, вам нельзя оставаться здесь на ночь.

Кортни терпеть не могла, когда ей указывали, что делать.

— Я никуда не поеду.

Она с удовольствием переночевала бы в комфортабельной гостинице, но сейчас ей приходилось экономить. Райли вздохнул и взлохматил пятерней и без того растрепанные волосы.

— Кортни, — сказал он устало, — не спорьте со мной. Оставаться здесь небезопасно.

Она пожала плечами.

— Я никуда не поеду, и точка.

Хватит того, что я осталась без своего жилья, упрямо думала Кортни, я не дам выселить меня еще и из бабушкиного дома.