Кристина Лестер - Синий бриз

– Ну что ж. Передавайте привет Марку.

– Обязательно.

Дверцы захлопнулись за ней, и в удаляющемся квадрате окна Шарль видел, что она кому-то уже улыбается, разворачивается к Анри с Люсиль, после чего лица смешались и он перестал ее видеть…

– Может, так действительно лучше? – пробормотал он. – В конце концов, у меня – Бетти, у нее – Марк.

Он сел за руль и погнал по дороге, стараясь не поднимать глаза на пассажиров автобуса, который через минуту обогнал…

На остановке в Париже, когда пришла пора прощаться, Жозе расцеловалась со всеми спутниками, которые в этот миг казались ей дороже самых близких друзей, и даже Жака чмокнула в щеку. Они обменялись телефонами с Себастьяном и Лессингами, и у нее снова сжалось сердце: надо было набраться храбрости и спросить номер у Шарля. Теперь все потеряно… Глупо конечно, но вдруг ей захочется его найти? Что тогда – ехать в этот домик, где он бывает пару раз в год? С другой стороны – он и сам мог бы спросить…

– Жозе, не грустите… – Жозе вздрогнула, когда Себастьян неожиданно вырос у нее перед носом. – Правда, общественным транспортом вам не стоило ехать, на мой взгляд.

– Это только на ваш взгляд.

– Да перестаньте, все, что с нами случилось в эти дни – ни для кого не пройдет зря.

– Я не понимаю, что изменилось лично у меня.

– Вы хотите сразу все понять? Это нам откроется гораздо позже. Я вот, например, ни черта не вынес для себя. Только отнес.

– Что же? – Она улыбнулась, зная, о чем он жалеет больше всего.

– Бутылку превосходного коньяку.

– Я обещаю, что скоро мы встретимся и я напою вас отличным коньяком! Ведь это из-за меня вы предложили открыть подарок ваших друзей?

– Лучше приезжайте ко мне, Жозе. У меня его – целый подвал. – Себастьян покачивал головой и улыбался, как старый всезнающий дед-волшебник. – Всего доброго вам! И прошу вас…

Он вдруг остановился, подняв указательный палец:

– Прошу вас, не гасите в себе огонь. Выгоните к черту тех, кто мешает вам его разжигать.

Она вспомнила его пьяный голос: «такая молния проскакивает между людьми, может быть, раз в жизни!».

А может, рассказать все Марку? Это ли не повод – расставить все на свои места? Поймет – значит, у них есть будущее, а не поймет… А что, собственно, такого? Ведь она заставала его на корпоративных вечеринках с рыжей Жанной, чьи острые загорелые коленки крепко обхватывали бедра Марка, а стоны разносились по всему коридору. Марк клялся тогда, что это было ровно столько раз, сколько она видела, но Жозе предполагала, что число его женщин с каждым днем растет в геометрической прогрессии. Он все чаще «задерживался» на работе до утра, а гамма женских духов на его рубашках становилась все богаче и разнообразней…

– Жозе, электрические нити крепче, чем кажутся на первый взгляд.

– Господи, да почему вас так волнует моя персона? Почему вы не принялись заботиться о Люсиль или о Жаке?

– Наверное, потому, что последние годы мои сыновья обзавелись семьями и стали реже приезжать ко мне. Мне некого учить жизни. – Он снова хитро улыбался. – Вы – самая подходящая кандидатура на их место.

– Вы не боитесь, что эта молнии меня когда-нибудь убьет?

– Я спокоен за вас. Все ваши враги вот здесь. – Он указал на ее голову. – А Шарль – славный малый. Пока, Жозе!

Со сдержанным вздохом она пешком побрела в сторону своего квартала. Париж лежал перед ней – сонный, промозглый и нелюбезный. Казалось, он не хотел ее встречать и принимать. Интересно – а Марк?

4

– О! Какой сюрприз! – Марк широким жестом распахнул дверь и театрально кивнул, приглашая ее внутрь.

Она и так знала, что скандала не избежать. Марк был не очень ревнив, иногда ей даже казалось, что, застань он ее в постели с другим, просто пожал бы плечами и вышел. Но проверить это ей еще не довелось, поэтому развитие беседы Жозе представляла себе смутно. Марк стоял в дверях, а она медлила, глядя на него отсутствующим взором: привычный, родной силуэт, в котором не за что зацепиться глазу. Он был неплохо сложен, но худоват и немного сутулился, из-за чего все костюмы – от стодолларовых до баснословно дорогих – сидели на нем без той доли солидности, которая заставляет уступать некоторым мужчинам дорогу. Он был симпатичным, но выглядел моложе своих лет, что тоже не добавляло ему веса в глазах окружающих. Но это был ее родной Марк. Жозе подавила зевок:

– Марк, прости, но я совершенно не виновата. Ты не представляешь, что произошло.

На нее вдруг выпрыгнула Сицилия. Эта пушистая особа персидских кровей любила хозяйку больше всего на свете, даже больше креветок, а Марка просто терпела. Он со скрытым неудовольствием называл их «сестричками», особенно, когда они, свернувшись калачиком, устраивались обе на диване перед телевизором.

– Ах ты, моя хорошая девочка! Прости, не могла вернуться к тебе раньше! – Жозе присела на корточки и провела рукой по роскошному белому хвосту – единственному месту, которое позволялось гладить, и снова подняла глаза на Марка.

Он смотрел на нее, подняв одну бровь:

– Ну-ну. Я подожду. Ты сначала поговори с самым близким и дорогим существом, а потом и моя очередь настанет.

– Марк… – Господи, какая же смертная тоска! – Я не могла вернуться раньше.

– Ты не могла вернуться раньше? Он что, оказался слишком темпераментным? – Марк, как всегда, когда нервничал, потянулся, чтобы поправить пуговицы на рубашке. На этот раз пуговиц под рукой не оказалось, пришлось теребить ворот домашнего свитера.

– Марк, отстань. Это глупо. Ты не представляешь, какая была гроза!

– А телефона у него в доме не было? Ты даже не могла поздравить меня.

Жозе вспомнила Себастьяна. И вправду, зачем гасить огонь? Шарля она никогда больше не увидит, но теперь ей стало понятно, зачем он появился в ее жизни. Сейчас она расскажет Марку о том, как целых двое мужчин хотели провести с ней ночь, и одному из них это почти удалось. «Почти» не годится. Марку нужны железные факты. Значит, она зря спасовала: надо было до конца довести дело с Шарлем… Господи, как же все просто! Сицилия совершенно не переживает, когда соседский рыжий Кохи, ее общепризнанный муж, застает ее с разной публикой трущобного происхождения. Она просто делает то, что хочет ее душа и тело, и от этого счастлива и свободна!

– Ты знаешь, – Жозе медленно разделила волосы на две половины и начала заплетать косичку, – а телефон у него не работал.

– Почему? – Марк опешил.

– Так я же говорю, была гроза. Всю местность залило, и начались сбои с электричеством.

– То есть ты… То есть я не ошибся: ты была у другого мужчины?!!

– Да, и со мной еще четверо.

– В каком смысле?