Рената Фармер - Вслед за мечтой

— Ты же сказал, что это вечеринка с коктейлем. Вот я и надела соответствующее платье.

Кеннет продолжал смотреть на нее, вытаращив глаза.

— А ты не могла бы поверх этого платья надеть жакет?

Она улыбнулась и потрепала его по щеке.

— Мне уже двадцать пять, и я сама решаю, когда надевать жакет.

— Да, но это убийственное платье. Впрочем, если тебя это не смущает, то меня — тем более.

Эллен разочарованно вздохнула. Он был непробиваем. А она-то считала, что толковые люди должны понимать все гораздо быстрее остальных, чтобы не упустить возможностей.

Что ж, он, похоже, просто не испытывал к ней интереса. Но и с этим она могла справиться. Она справлялась с этим четыре года. Только на этот раз она не будет торчать рядом с ним весь вечер, пытаясь его развлечь.

Сегодня она будет вращаться в обществе.

Поравнявшись с Кеннетом у входной двери, Эллен придержала его за руку.

— А на вечеринке будут другие наши сотрудники?

Он заглянул ей в лицо и был настолько поражен ее красотой, что не сразу заметил на нем выражение тревоги.

— Ты не хочешь, чтобы твои коллеги знали, что ты осталась, чтобы помочь мне? — догадался он.

— Да, не хочу.

От тона, с каким она произнесла эти слова, ему стало не по себе. Можно было подумать, что она ненавидит его и ей невыносимо находиться в его обществе. Но он не мог упрекать ее в этом. Она всем объявила, что уезжает, и ей не хотелось, чтобы они решили, что он манипулирует ею. Это он понимал. Но он не понимал, что она пыталась доказать, надев это безумное красное платье.

Неужели она не чувствует, что сводит его с ума? Весь день он подавал ей знаки, и в конце концов она могла догадаться, что не безразлична ему. Но ей следовало помнить об их возрастной разнице и о том, что она уезжает. Отношения между ними были невозможны, и поэтому с ее стороны было нечестно так издеваться над ним.

А может, она преднамеренно это делала? Хотя думать, что она надела это платье только для того, чтобы помучить его, было глупо с его стороны. Она могла надеть его, чтобы хорошо выглядеть и приятно провести время.

— Не волнуйся, — сказал он низким голосом, — там не будет людей из нашей компании. Эта вечеринка затеяна в честь клуба садоводов.

Его слова прозвучали намного резче, чем он ожидал.

— А ты тоже член клуба садоводов?

— Ты смеешься? Я не могу отличить астру от гиацинта.

На этот раз его глупая шутка не рассмешила ее, и Кеннет сначала огорчился, а потом даже разозлился. Мало того, что она вырядилась в это безумное платье, чтобы подразнить его, так теперь она даже не смеется над его шутками! Похоже, она всеми силами пытается показать ему, что он не нравится ей.

— Тогда почему тебя пригласили? — продолжала расспрашивать Эллен.

Он глянул на нее, приподняв брови.

— Потому что я — член семьи.

— Понятно, мистер Петунья, а то я никак не запомню, что ты — член семьи.

Это было прямым оскорблением.

Глядя на ее улыбающееся, дерзкое лицо, он растерялся. Эта женщина с дивными изумрудными глазами и алыми губами могла перекрыть движение. Он отдал бы все, что имел, за один-единственный поцелуй.

А почему нет? Неужели поцелуй — что-то неуместное?

Нет, он так не думал. Если учитывать то, что она больше не работала с ним, из-за одного поцелуя ничего страшного не случится. И даже возраст тут не помеха. Он посмотрел на ее губы, затем заглянул в глаза. Казалось, она бросала ему вызов, читая его мысли.

— Кеннет, Эллен! — услышали они голос за спиной и обернулись: на пороге стоял Эдвард Мейер.

— Чем вы там занимаетесь, что не услышали моего звонка?

Эдвард вошел в комнату и обвел ее глазами. В своем белом смокинге он был похож на бравого полковника больше, чем, возможно, ему хотелось этого. Его склонность отличаться от других делала его ярким образцом южноамериканского джентльмена.

— У нас тут возникли некоторые разногласия, — недовольно пробурчал Кеннет.

Но Эллен в это время уже вышла вперед и протянула Эдварду руку.

— Надеюсь, мистер Мейер, вы не против, если я буду сегодня на вашей вечеринке, — с притворной застенчивостью проговорила она, — Кеннет пригласил меня пойти с ним, потому что я помогаю ему ознакомиться с моей работой. Он решил, что это будет лучшим способом отблагодарить меня.

Кеннет наблюдал, как его дядя Эдвард — миллиардер и негоциант, перед которым бизнесмены трепетали, начал таять и едва не превратился в лужу у ее ног.

— Конечно же, нет, — сказал он. — И я не солгу и не преувеличу, если скажу, что твое присутствие в моем доме доставит мне огромное удовольствие.

Он галантно поцеловал ее руку. Кеннет наблюдал за происходящим, широко раскрыв глаза, и начинал понимать, что Эдвард был первым из всех тех мужчин, которые будут сегодня вечером увиваться за нею и, как болваны, таращиться на нее. Ему нужно было привыкать к этому.

Но это оказалось не так-то просто. Когда они вошли в фойе дядиного дома и все, кто находился там, почти разом обернулись и уставились на Эллен, внутри у Кеннета все опустилось и он почувствовал, как каждый мускул на его теле напрягся, будто он готовился к смертельной схватке.

Потом они прошли в просторную белую гостиную, и взгляды всех присутствующих также устремились на них. Ни у кого не хватило скромности отвести глаза.

— Ты уверена, что не хочешь надеть мой пиджак? — прошептал он ей на ухо, не сомневаясь, что его робкая, консервативная секретарша чувствует себя крайне неловко под этими сверлящими взглядами.

Но она повернула к нему голову и усмехнулась.

— Ты шутишь? Посмотри, какой я имею успех. Если бы я знала, что это платье способно произвести такой фурор, я надела бы его еще в прошлом году на рождественскую вечеринку.

В это время Кеннет услышал за своей спиной мужской голос:

— Не хотите ли чего-нибудь выпить?

Он резко обернулся, бессознательно готовый отшить нетерпеливого нахала, который даже из простого приличия не стал ждать, чтобы выяснить, одна ли здесь эта женщина или, может быть, с мужем или любовником. Но, к счастью, перед ним стоял официант.

— Я не думаю, что нам следует пить сегодня, — вяло проговорил он.

— Но ведь это же вечеринка, Кеннет! — возмутилась она и, повернувшись к официанту, заказала джин с тоником.

— К вашим услугам, мэм, — сказал официант.

— К вашим услугам, мэм, — передразнил его Кеннет, когда молодой человек отошел.

— Кеннет, если тебе душно в кухне, выйди из нее!

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что я приехала сюда, чтобы хорошо провести время, и, если другие мужчины подумают, что ты мой парень, меня никто не пригласит танцевать.