Элла Уорнер - Все не так просто...

– Я хочу тебя, Кэтти, – прошептал он, не отрывая от нее взгляда.

– Да… – тихонько выдохнула Кэтрин.

– Ты предохраняешься?

– Сейчас нет.

– Тогда об этом позабочусь я.

– Я была бы тебе очень благодарна.

Она была такой искренней, не пыталась скрыть того, как ее влечет к нему. Эйд окончательно потерял голову, желание стало совсем нестерпимым. Он поднял руку и осторожно коснулся щеки Кэтрин, затем провел пальцами по шелковистым кудрям. Ее губы призывно приоткрылись. Глаза затуманились – в них словно отразились все ее мечты и надежды.

– Не здесь… – Казалось, Эйд не узнает собственного голоса. – Пойдем со мной, Кэтти.

– Да…

Эйд повел ее наверх в спальню… За окном едва брезжил рассвет. Они понимали друг друга с полузвука. Они чувствовали друг друга, как будто провели вместе целую жизнь, десять жизней… Вечность.

Это было немыслимо, невыразимо. Они ощущали себя Адамом и Евой, совершенно утратив всякое представление о том, что через несколько часов неминуемо возвратятся к обычной повседневности.

Эйд любил ее так, как не любил ни одну женщину в жизни, – раскованно, страстно, с поразительной свободой, утоляя малейшие свои желания и встречая такой же пылкий отклик. Он испытывал наслаждение, о каком и мечтать не смел. И все это дарила ему она. Его Кэтти… Женщина его давних несбыточных грез.

Эта близость сейчас восполнила все – холодное безучастие родителей, которые словно никогда и не существовали для Эйда и его брата Алекса; тоскливое детство под надзором деспотичной бабки; одинокие годы, проведенные в интернатах; бессмысленное существование в Оксфорде и Гарварде; отчуждение в отношениях с братом, который не хотел думать ни о чем, кроме своих развлечений; наконец, горькое разочарование в браке с Алиной.

Он должен обязательно рассказать Кэтрин все…

Но не сейчас. Он сделает это завтра.

Нельзя терять драгоценных мгновений. Им принадлежит будущее. Он знал это, чувствовал, осязал. И верил, что сумеет доказать, отстоять свое право на счастье.

***

«На следующее утро…» Эта фраза почему-то вертелась в голове Кэтрин, когда она мчалась на работу в такси. Забавно! Ведь обычно в подобные фразы вкладывается совершенно противоположный смысл: горечь разлуки, утраты, как в блюзовых песенках и любовных романах… Кэт не выдержала и звонко рассмеялась. Пожилой шофер недоуменно покосился на нее и… сам улыбнулся.

– Чудесное утро, да, мисс?..

У нее буквально кровь кипела от счастья. Радость жизни переполняла Кэтрин и преображала для нее весь окружающий мир. Она влюбилась – безоглядно, по уши влюбилась и ни на секунду не жалела о том, что произошло, хотя еще накануне ее терзали сомнения.

Накануне… Если бы вчера в это же время кто-нибудь предположил, что она встретит мужчину, которым увлечется настолько, что окажется с ним в постели, Кэтрин ни за что бы в жизни не поверила. Ну уж нет! Она не из таких. У нее есть голова на плечах. Безрассудные порывы и эротические приключения не для нее – так никогда не было и никогда не будет. Если уж заниматься любовью, то это должно быть нечто особенное и с совершенно необыкновенным человеком.

Так и случилось. Кэтрин закрыла глаза и снова отдалась воспоминаниям о чудесных ощущениях, которые вызвал в ней Эйд. Он оказался потрясающим любовником – страстным, невероятно чувственным и нежным, одновременно властным и кротким. В жизни у нее никогда не было такой сладостной ночи. С Диком… Ну нет, одернула себя Кэтрин, больше она не станет даже думать о бывшем муже. С появлением Эйди Стивенсона ее жизнь чудесным образом переменилась.

А может быть, все-таки стоило разбудить Эйда перед тем, как уйти сегодня из его квартиры? Идея была соблазнительной: разделить с ним последний поцелуй, прощальную улыбку, напомнить о волшебной ночи, принадлежавшей им одним и связавшей их новыми, очень интимными узами. Но Эйд наверняка задержал бы ее, а Кэтрин и так едва хватило времени, чтобы заскочить к себе, в пригород Мельбурна, где второй год она снимала крохотный коттедж, быстренько переодеться, схватить папку с документами и той же машиной рвануть в «Эври дэй». А у Эйда на спальном столике осталась ее нежная записка…

Автомобиль лихо затормозил в нескольких метрах от офиса редакции. Кэтрин расплатилась с таксистом, приветливо попрощалась с ним и, с трудом подавляя желание помчаться вприпрыжку, направилась к парадному подъезду.

Накануне они с Эйдом танцевали до упаду. Он оказался превосходным танцором. У него вообще все получалось потрясающе – везде! Какое счастье, что она его встретила, что их влечение взаимно… Какое счастье быть живой и жить в одном мире с Эйдом Стивенсоном!

В голове Кэтрин закружились слова песенки «Я чувствую себя красивой» из «Вестсайдской истории». С детства она обожала этот мюзикл, знала его почти наизусть. И сейчас вспоминала трогательную сценку встречи Марии с Тони – как раз после этого эпизода и звучит прелестная песенка о неземном счастье. Кэтрин сейчас испытывала те же самые чувства.

Впорхнув в холл «Эври дэй» и бодро направляясь к лифту, Кэтрин все еще напевала про себя, не забывая при этом обворожительно здороваться со всеми встречными.

– Привет! – щебечущим голоском окликнула ее Бетси Стюарт, секретарь Айзекса. – Здорово вчера потанцевали, верно, Кэтти? И как это тебе удалось подцепить Эйда Стивенсона?

– Он приехал с Томом Хор дом, – коротко ответила Кэтрин, не желая разжигать любопытство Бетси – большой любительницы посплетничать.

– Ну ясно… Это же твой нынешний клиент, – иронически усмехнулась Бетси. – Признаться, я малость обалдела – никогда не видела, чтобы наш жеребец Эйди так расслаблялся. Он пару раз был у нас, так можно подумать – настоящая ледышка. Весь из себя холодный и неприступный.

Бетси была явно заинтригована. Она любила почесать язычок и обожала совать нос в чужие дела. И потом, ее можно было понять: хорошенькой женщине, даже если она замужем, за таким породистым экземпляром, как Дональд Стюарт, отнюдь не может понравиться, если красивый мужчина, вроде Эйда, остается к ней равнодушен. А Бетси со всем своим шармом, блестящими карими глазами, миловидным личиком и изящной фигуркой привыкла к тому, что мужчины с ходу начинают увиваться возле нее.

– Может, на него подействовала праздничная атмосфера, вот он и растаял, – тактично предположила Кэтрин, входя в лифт.

– Или еще что-нибудь – более основательное…

Кэтрин засмеялась в ответ на эту двусмысленную реплику и, игриво помахав Бетси, впорхнула в кабину лифта. Ее переполняла радостная уверенность, что это она растопила лед. Любопытно, впрочем, что Бетси обратила внимание на его неприступный вид. По-видимому, Эйд не любил метать бисер перед кем попало, зато когда раскрывался!.. Кэтрин глубоко, с упоением вздохнула. Темперамент у него просто взрывной.