Люсилла Эндрюс - Красавица в Эдинбурге

— Вами кто-то уже занимается, сестра?

— Да, спасибо.

— Этот голос мне знаком… — Робби появился в дверях, а акушерка тем временем вернулась к весам. — Что ты здесь делаешь?

— Пришла посмотреть на младенца, которого приняла недавно. Сколько здесь твоих?

— Не больше половины. И только двоих зовут Роберт.

— Теряете хватку, доктор?

— Я и сам об этом думал. Мне не хватало тебя на вечеринке.

— Я не могла ничего сделать…

— Да, но ты могла позвонить и извиниться за то, что не пришла. Почему ты не сделала этого? — Робби казался очень недовольным. — Учитывая, что именно ты пригласила меня.

— Я должна была позвонить. Прости. Честно. Я забыла.

Он неохотно улыбнулся:

— Я действительно теряю хватку. Не просто покинут, а забыт. И что усугубляет положение — проклятой англичанкой.

— Ты страдаешь, Робби.

Он засунул руки в карманы своего длинного белого мягкого пиджака и ссутулился.

— А у тебя, — сказал Робби тихо, — самые красивые темно-голубые глаза из всех, что я когда-либо видел. Мужчина может с радостью утонуть в них. Ты знала?

По коридору к нам шла медсестра с маской и халатом, перекинутыми через руку, и я поспешила сменить тон на вежливо официальный.

— С миссис Макрэ все в порядке, — вступил в игру Робби, — но мы на всякий случай пока держим ее здесь. Уверен, она будет рада услышать, что мисс Херст навешала маленького Алекса.

— Полагаю, — отозвалась медсестра, — мисс Херст хочет, чтобы мы передали миссис Макрэ наилучшие пожелания.

— Да, пожалуйста, сестра. Спасибо.

Алекс Макрэ спал в своем инкубаторе. Он уже весил три фунта десять унций.

— Он выглядит замечательно, сестра. Как младенец, а не как красный, сморщенный хиппи.

— Вы его принимали? — Медсестра, занимающаяся недоношенными детьми, поглядела на меня поверх инкубатора. — Вы та самая девушка, которая пользуется корзинами для покупок? Надеюсь, вы не возражаете, если я скажу, — удивительно, что у вас все получилось.

— Это не просто удивительно. Это чудо. Он перепугал меня до смерти. Его мама решила, что он — несварение желудка.

— Но она хотя бы знала, что носит его. Видите этих четырехфунтовых. — Мы пересекли комнату, где было жарко, словно в тропиках, чтобы посмотреть сквозь еще одну прозрачную стену. — У матери был срок больше восьми месяцев, и первая головка появилась до того, как она поняла, что беременна.

— Двоих такого размера!

— Угу. С ее слов, они с мужем не заметили ничего необычного, кроме того, что она немного располнела в области живота. И так как прошло одиннадцать лет с ее последних родов, решили, у нее началась менопауза. У них еще четверо, все девочки.

Одна из близняшек не спала и полусонно моргала голубыми глазками. У обеих были личики с тонкими чертами и пушок рыжих волос.

— Она рада им?

— Пока нет. Возможно, позже. Возможно.

— Жаль. Они миленькие. Здоровые?

— Идеальные. Как это часто бывает с нежеланными детьми. — Медсестра бросила взгляд поверх моей головы. — Вас зовут.

Сестра и я прошли полкоридора, когда мимо промчался Робби и исчез в дальней двери. Я заметила эту дверь по пути сюда. На ней было написано: «Детская реанимация».

— Одну минутку, мисс Херст. — Медсестра вошла в кабинет.

Я ждала затаив дыхание. Если и существовало на свете более удручающее зрелище, чем вид крохотного, пугающе обмякшего тельца новорожденного в состоянии коллапса, я с ним не сталкивалась.

Сестра вернулась с таким же раскрасневшимся лицом, как и у меня.

— Похоже, им удалось ее спасти.

Басси сидел у нас на лестнице, когда я вернулась домой. Джемми пошла с Сандрой в кино, а Катриона отправилась к дантисту. Прошло какое-то время с тех пор, как мы виделись с Басси в последний раз. На нем были красная спортивная куртка, белые кроссовки, широкий галстук небесно-голубого цвета и одна золотая серьга.

— Изображаешь женщину, Басси?

— Это классно! — Он потрогал серьгу. — Мелли носит вторую. Есть чем подкрепиться? Я на мели.

— Конечно. — Я сняла шапочку, пальто и туфли и отвела его на кухню. — Очередной длиннющий чек за книги?

— Нет. Завтра сниму со счета деньги. Но если возьму их сегодня, то останусь без гроша на два дня на следующей неделе.

Я посмотрела на него повнимательнее:

— Ты похудел. Обедал? Чай пил? Ради всего святого, мальчик, ты хоть завтракал? Чем?

— Молоком. Выдул целую пинту, такой уж я.

— Жить надоело? Или тебя устроит туберкулез? — Я разложила бекон на гриле. — Одного молока для растущего мужского организма недостаточно. Куда подевались деньги? Ты обычно ухитряешься растянуть их надолго.

— Некоторые цыпочки обходятся дороже, чем ты рассчитываешь.

Я еще не встречалась с Мелани. Она присутствовала на вечеринке. Катриона описала ее как очень миловидную брюнетку с огромными круглыми очками. Джемми посчитала ее настоящей интеллектуалкой. Уилф сказал: «Чертовски сексуальна». За исключением очков с круглыми линзами, образ соответствовал всем подружкам Басси, начиная от детского сада и до сегодняшнего дня.

— Мелли не нравится платить за себя?

— Ей-то нравится. Я не позволяю. Уровень ее интеллекта превышает мой. Сорить деньгами — это утешение для моего самолюбия.

— Твоему самолюбию не пойдет на пользу, если Мелли придется носить тебе фрукты и цветы после того, как ты сляжешь от какого-нибудь противного микроба. А именно так и случится, если будешь продолжать в том же духе. — Я добавила еще одно яйцо в сковороду. — Туберкулы под контролем, но они все еще существуют.

— Расслабься, Кассандра. Это моя жизнь и мои гроши.

— Не обманывай себя! Налогоплательщики плюс папино содержание.

— Чепуха! — парировал он с раздражением, которое в основном объяснялось голодом. — Когда отец выдает нам деньги, это уже наше дело, на что их потратить. Да и налогоплательщики не благотворительностью занимаются. Моя стипендия — это вложение, выгодное к тому же. Я будущее страны. Без моих мозгов она, скорее всего, развалится.

— Какой страны? Шотландии или Англии?

— Без разницы.

— Вот тут, — возразила я самодовольно, — ты ошибаешься. — Я пересказала ему большую часть нашего с Чарльзом Линси разговора.

— Когда он успел нарассказать тебе такое?

— В тот вечер, когда я пропустила вечеринку. — Я поведала брату о миссис Томпсон. — Я не говорила тебе раньше, потому что не была готова. Я никому не говорила.

Басси слез со стола и взял себе стул.

— Пит видел тебя в машине Линси.

— Который Пит? Большой медик или маленький парень из Кента с угрями, который живет с тобой?