Марта Гудмен - Люби меня такой

Шарф… Надевай шелковый полупрозрачный шарф с тигровой расцветкой, наверняка подсказали бы сестры. Она так и поступит.

— Я быстро, — выдавила из себя Кэт и метнулась в спальню. Сердце ее бешено колотилось. Она даже не подумала о том, чтобы пригласить гостя войти, так и бросила его на пороге. Шарф, шарф, шарф, словно молотком стучало у нее в мозгу. Так ей легче было отвлечься от других мыслей. Но Кевин и сам не растерялся. Несмотря на то, что она обернулась за минутку, не больше, он успел войти в квартиру и теперь с интересом осматривался.

Просторно у тебя, — заметил он. — И потолки высокие. Теперь в современных домах редко такое увидишь.

— Дом построен в тысяча девятьсот тридцатом, — объяснила Кэт, решительно направляясь к дверям.

Она не рассчитывала на вторжение и не собиралась позволять ему расхаживать по ее жилищу. Мой дом — моя крепость.

— Ты снимаешь или купила эту квартиру? — поинтересовался Кевин.

— Не совсем купила, — покачала головой Кэт. — До сих пор выплачиваю банку ссуду.

— Хорошее вложение капитала, — одобрил Кевин.

— Мне тоже так кажется. Хотя сначала мне хотелось собственный дом, а не квартиру.

— Большинство женщин и так получают дом, когда выходят замуж, — с легким цинизмом заметил Кевин.

Или разводятся, усмехнулась про себя Кэт. Интересно, сколько денег и недвижимости удалось оттяпать при разводе, его прежней жене. И не этот ли опыт заставил его отвернуться от всего человечества? Но вслух она сухо сказала:

— Я решила не дожидаться такой возможности.

Она распахнула дверь и сделала приглашающий жест рукой. Весьма красноречивый жест, как ей показалось. Тем не менее, Кевин сделал вид, что не понял его.

— Ты высоко, ценишь свою независимость? — Он иронично поднял брови, вопросительно глядя на нее.

Она пожала плечами.

— Я об этом не думаю. Просто привыкла рассчитывать на себя, вот и все. Если я сама не добьюсь, чего хочу, никто не подаст мне это на блюдечке.

— Нелегкий опыт, — с сочувствием отозвался Кевин. — Я тебя понимаю.

Понимает ли? — усомнилась Кэт. Неужели он тоже пережил подобный опыт?

Он, наконец, вышел вслед за ней и ждал, пока она запрет, дверь. Она возилась с замком дольше обычного, недоумевая, что бы значил этот необычный разговор. Слишком личный, не характерный для их отношений с боссом. А может, ничего личного в этом разговоре и нет? Просто она слишком привыкла к сдержанному поведению Кевина? К тому, что он никогда не произносит лишних слов?

Но чувство, что он перешел границу официальных деловых отношений, никак не желало, отступать. И ее это беспокоило. К счастью, он не произнес ни слова, пока они спускались на улицу по ступенькам. К счастью ли? Его молчание заставляло ее еще сильнее чувствовать магнетическую силу его присутствия. Она с облегчением перевела дыхание, когда они вышли, наконец, на свежий воздух.

Утро и впрямь было прекрасное. Воздух был еще свеж и прохладен, но прозрачное синее небо, без единого облачка, предвещало теплый и солнечный день. У Кэт сразу же улучшилось настроение.

— Как хорошо, что в такое утро нам не нужно сидеть в конторе! — с чувством воскликнула Кэт.

Она не сдержалась и широко улыбнулась.

— Неожиданный подарок, — согласился он.

— А мне казалось, что работа для тебя — начало и конец мира, — заметила Кэт, искоса взглянув на него. Он прищурился.

— Ты ошибаешься. Моя жизнь не ограничивается работой.

И в его глазах заплясали искорки. Кэт остолбенела. Неужели он флиртует с ней? Возможно ли это?

Нет. Конечно, нет. И в его словах нет никакого подтекста. Ей просто показалось.

— Разумеется, не ограничивается, — кивнула Кэт. — Я ведь знаю, как ты привязан к матери.

— Разумеется, — кивнул Кевин с той же чуть ироничной улыбкой. — Но это совсем не то, о чем думал я.

От его многозначительного взгляда Кэт бросило в краску. Досадуя на саму себя, она с вызовом спросила:

— А что имел в виду ты?

Он засмеялся. Засмеялся! Он, Кевин. Только теперь Кэт осознала, что она никогда не видела, как он смеется. За все три года работы — никогда не видела! И теперь эта картина повергла ее в смятение. Неожиданно он показался ей совсем молодым, непривычно беспечным и… очень и очень привлекательным. Пронзительные знакомые глаза смотрели на нее с непривычной теплой улыбкой, и Кэт почувствовала, что краснеет.

— Не вижу ничего забавного, — с вызовом выпалила она.

— Да просто… ты и я… Но вот мы и пришли. — Он не закончил фразу, лишь сделал жест, в сторону.

Повинуясь его жесту, она перевела взгляд туда, куда он указал.

Что ж, экипаж открытый, как он и сказал. Но… Почему-то Кэт думала, что это будет респектабельная машина, какая и положена человеку его общественного и финансового положения. Может, «мерседес» или «роллс-ройс». Респектабельные, в сдержанном классическом стиле авто. Такие же, как его деловые костюмы от самых известных дизайнеров.

Но то, что Кэт увидела перед собой… Невозможно, чтобы это сверкающее черным лаком и никелем, длинное, распластавшееся по асфальту, словно стрекоза перед полетом, шикарное творение автомеханики принадлежала ее боссу. Тому боссу, которого она давно знала, к которому привыкла.

Словно во сне, она обошла мотоцикл спереди. Она видела такой в каком-то фешенебельном журнале. В журнале про кинозвезд и поп-див. А Кевин, забавляясь произведенным эффектом, сделал приглашающий жест рукой.

— Ты что, ездишь на мотоцикле? — слабым голосом спросила она.

— Угу, — с улыбкой подтвердил он и еще добавил какое-то длинное слово. Название модели, по-видимому. — А что тебе не нравится?

Она только ошеломленно покачала головой. Сначала непривычная, сексуальная черная кожа, а теперь еще и сверкающий монстр.

— Это так неожиданно… Такая ошеломляющая смена образа.

— Тебе под стать, — насмешливо бросил он.

— Что? — округлила глаза Кэт.

Она растерялась, не зная, чего ожидать от совершенно нового, незнакомого Кевина, который предстал теперь перед ней. Босс и раньше ставил перед ней непростые задачи, но у нее ни разу не возникло сомнения в том, что она справится.

Теперь же… теперь она вовсе не была в себе уверена.

— Ты ведь не станешь отрицать, что на этой неделе тоже меня удивила, не так ли, Кэт? — спросил он. — И заметь, это было на работе, а не на досуге.

Он что, признается, что она на него произвела такое же неизгладимое впечатление? Она почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног.

— Значит, вот ты какой на досуге, — проговорила она.

Это была последняя попытка вернуть события в знакомое русло.