Тереза Саутвик - Ты – мое cолнце

Согласиться вести дело о завещании его отца – серьезный шаг. Это означает убить в себе эмоции. Как часто ей придется встречаться с ним? Сколько времени понадобится, чтобы решить вопросы, связанные с недвижимостью, оставшейся от Брэда? Хватит ли ей сил, чтобы удержаться от искушения броситься в его объятья? И в какой момент она сообщит ему, что у них будет ребенок?

Она заметила, что он выглядел более спокойным, чем при ее появлении, словно на душе у него стало легче, и это по-настоящему ее порадовало.

Люк даже улыбался. Господи милосердный, она не может выбить почву у него из-под ног новостью о ребенке. Она сообщит ему об этом после того, как завещание будет оглашено.

Он нежно взял ее за подбородок.

– Где ты, Мэдди? Вернись на землю.

Она просила называть ее Мэдисон, но он ни разу не выполнил ее просьбу. Люк всегда нарушал правила. Это заставляло сомневаться в том, что он выполнит свое обещание сохранить их отношения чисто деловыми.

– Эй, Адвокатиха.

Она встряхнула головой, чтобы прийти в себя.

– Извини. Что ты сказал?

– Давай закончим ужин. В конце концов, это ведь ты жаждала китайской кухни.

– Хорошо, давай.

– Ты почти ничего не съела. Что-то не так? Ты случайно не заболела?

– Нет, все отлично. – В какой-то степени он не ошибался. Чувствовала она себя действительно неважно. Мысль о еде вызывала у нее отвращение. Ей предстоял визит к гинекологу. В книгах, которые она читала, было написано, что при первой стадии беременности состояние, похожее на хроническую простуду, – это нормально. И как она сможет скрыть свое состояние от него, если он будет рядом и она постоянно будет чувствовать его внимание, которое кружит голову? И все-таки, несмотря на все обстоятельства и недомогание, а также вопреки своему правилу относиться ко всему рационально, она была счастлива, что у нее будет ребенок.

Люк угрюмо посмотрел на нее.

– Несмотря на свой эгоизм, я заметил, что ты выглядишь немного бледной. Или, если процитировать утверждение кое-кого, к кому я отношусь с большим уважением, ты выглядишь ужасно.

– Спасибо, – ответила она. А еще говорят, что беременность делает женщину прекрасной и заставляет ее светиться особым светом. – Это чисто женское. Поверь, тебе это не интересно.

Он ведь не хочет иметь детей! Они вернулись на кухню, и он отодвинул стул, чтобы она села.

– Ты просто джентльмен.

Он сел рядом с ней, и глаза его потемнели.

– Эти правила внушил мне мой отец, я имею в виду Тома. Нас, меня и моих полубратьев, научили открывать перед женщиной дверь, пододвигать стул, нести сумки. Почему я никогда не замечал, что я не такой, как мои братья?

– В каком смысле?

– Помимо цвета глаз, были и другие отличия.

– Например?

– Прежде всего, репутация закоренелого холостяка, которая полностью подтвердилась.

– О чем ты говоришь?

– Мы всегда подшучивали над этим. Дело в том, что в отличие от меня Ник, Джо и Алекс всегда искали свою пару. У них были связи до того, как они встретили своих теперешних жен. У Ника – с официанткой, когда открылся новый ресторан в Фениксе и он жил там. Он даже тайно женился на ней, когда узнал, что она беременна от другого мужчины. Потом, правда, та вернулась к отцу ребенка, и они расторгли брак.

Мэдисон кивнула.

– Я об этом слышала. А Алекс расстался со своей возлюбленной в колледже, а потом понял, что это была его единственная любовь.

– И другой не будет.

– Пока не появилась Франни, – напомнила она.

– Правильно. И Джо тоже искал, но боялся влюбиться, потому что в детстве видел, как плакала мама, в то время у нее с Томом как раз и возникли проблемы, – добавил он. – Джо видел, как распадаются браки его друзей, и боялся привязаться к женщине.

– Пока не появилась Лиз, – прокомментировала Мэдисон.

– Правильно. Но в отличие от моих братьев, которые шли по этому пути, разговоры, которые они вели, были мужской демагогией. Думаю, я действительно закоренелый холостяк. Я никогда не встречал женщины, с которой мне захотелось бы сделать следующий шаг. – Он встретился с ней взглядом, и от напряженного выражения в его глазах ей стало жарко.

Он старался ей что-то сказать? Что она не должна ждать от него привязанности?

– Я не такой, как они, Мэдди. Может быть, я просто не могу привязаться к женщине. Очевидно, что все мужчины Марчетти способны на это. Не говоря уж о моей сестре Рози, которая влюбилась в Стива Шефера, когда они были еще детьми. Но я не похож на них, потому что я не один из них.

– Тебе что-нибудь говорят слова «среда», «окружение», «атмосфера»?

– Конечно.

– Тебя растили так же, как твоих братьев и сестер. Твой отец учил тебя навыкам джентльменского поведения вместе с понятиями о любви и семейными ценностями. Независимо от того, какие проблемы были в браке у твоих родителей, они их преодолели и с тех пор были преданной друг другу парой. Твои братья с детства впитали уважительное и нежное отношение к женщине, и поэтому, когда они встречали близкого им человека, происходило чудо. С тобой это тоже обязательно случится.

Про себя она такое сказать не могла. Даже если бы ей удалось влюбиться в Люка, на пути к общему счастью им пришлось бы преодолеть слишком много препятствий. Умнее пойти окольным путем.

Казалось, это его не убедило.

– Я так не думаю. Здесь дело в химии. Видимо, я унаследовал от своего биологического отца неспособность влюбляться и связывать себя долгосрочными обязательствами.

– Я все-таки поставила бы на влияние окружающей среды.

Кому, как не ей, это знать! Она сама была продуктом окружающей среды, в которой выросла и в которой нежные чувства и бурное проявление эмоций были не приняты. Всем ее воспитателям и нянькам платили за то, чтобы они заботились о ней. Это была их работа. Мэдисон много раз убеждалась, что она не способна взрастить в своем сердце настоящую любовь, поскольку просто не знала, что это такое. Хотя в ней уже появилось предчувствие любви к своему будущему ребенку, и она понимала, что это будет усиливаться с каждым днем. Но любовь к ребенку совсем не то, что чувства женщины к мужчине.

– Том и Фло любят друг друга, – сказала она, – и души не чают в своих детях. Выросший в атмосфере любви, ты не мог остаться к ней равнодушным.

– Я смог.

– Ты решил не обращать внимания на чувства?

– Давай сменим тему, – предложил он, потирая рукой шею.

– Хорошо.

Это ее вполне устраивало. Любовь сейчас не та тема, которую ей хотелось бы обсуждать. Особенно с единственным мужчиной, который никогда не бросал ее. Единственным, с кем она потеряла контроль над собой. Она подозревала, что это очень легко может произойти снова. Как? Почему? Чем он отличался от других мужчин, которые пытались завязать с ней любовные отношения?