Пенси Вейн - Медальон с бирюзой

— Можешь быть спокойна, — заверила ее Бетти. — Твой Артур меня не интересует.

Руби недоверчиво посмотрела на нее, она не могла представить, чтобы кого-то мог оставить равнодушным такой красавец. Но Бетти никогда не нравились мужчины с приторной внешностью. В Кевине ее привлекла его незаурядность… а может быть, его внешний блеск, несокрушимая уверенность, победительная манера? Какое теперь это имеет значение…

— Хочу съездить в город, пройтись по магазинам, — сказала Руби. — Поедешь со мной?

— Нет, спасибо. Мне нездоровится, — отказалась Бетти, которой вдруг вспомнился летящий прямо на нее лыжник в шлеме, закрывавшем лицо. По ее спине пробежал озноб.

Руби побежала наверх одеться, а Бетти села в углу холла на диван. Никто не обращал на нее внимания, люди входили и уходили, жили своей жизнью, занимались своими проблемами.

Вот в вестибюль вошла большая компания, должно быть, вернулся автобус с туристами, и все взволнованно обсуждали аварию, которая случилась на шоссе. Как поняла Бетти, какой-то человек ехал на машине и, не вписавшись в поворот, сорвался с обрыва. По-видимому, он ехал из этой самой гостиницы.

— Машина разбилась вдребезги, — взволнованно говорила женщина в зеленой куртке, отороченной мехом куницы. — Мы проезжали мимо, когда полицейские пытались достать тело. Зрелище было ужасное.

На самом деле это быстрая и не самая страшная смерть, подумала Бетти. И вдруг замерла. Руби сказала, что Джек Моран утром поехал куда-то на машине. Что, если речь сейчас идет о нем? Что, если эта авария случилось с ним?

Она впилась глазами в женщину, рассказывавшую о несчастье, стремясь услышать новые подробности. Может быть, человек остался жив?

А была с ним собака? — едва не вырвалось у Бетти. Ей вдруг страстно захотелось, чтобы беда приключилась не с этим мрачным и не слишком любезным Джеком Мораном, спасшим от злого хозяина сенбернариху Лотту, а с кем-то другим.

Она стиснула руки, превратившись в слух, и даже не заметила, как рядом с ней сел какой-то человек. Только когда ей в колени ткнулся холодный нос, она очнулась и вздрогнула. И тут же ее сердце радостно затрепетало. Перед ней стояла целая и невредимая Лотта и смотрела на нее своим ласковым и печальным взглядом. А рядом на диване сидел ее хозяин.

Бетти испытала мгновенное облегчение, которое сменилось возмущением. Этот человек заставил ее понервничать!

— Доброе утро, Бетти, — сказал он. — Вы, кажется, чем-то взволнованы?

— Тут говорили о том, как кто-то разбился на автомобиле, — ответила она. — Видимо, человек ехал из нашей гостиницы.

Ей показалось, что он посмотрел на нее как-то странно. Сегодня Джек Моран был одет по-другому, но его одежда снова не отличалась элегантностью. На вязаном кардигане табачного цвета одна пуговица висела на нитке, грозя вот-вот оторваться. Разве можно представить, чтобы у Кевина болталась пуговица? Его костюмы отличались свежестью и аккуратностью… Интересно, когда Кевин убегал от нее, то бросал их в чемодан как попало или же действовал неторопливо и методично, расправляя каждую складочку?

— Это так, — ответил Джек Моран. — Погибший останавливался здесь на ночь. Его фамилия Соретти. Может быть, вы его знаете?

Соретти? Внутри у Бетти все похолодело.

— Я его не знаю, но… мы разговаривали вчера. Он специально приехал сюда, чтобы передать через меня подарок для одной знакомой в Лондон, — пробормотала она.

— Вчера? В котором часу это было? — спросил Джек.

— Примерно… часов в семь. Но почему вы спрашиваете?

— Просто так. Но, может быть, кроме встречи с вами у него были еще какие-то дела здесь? Вы не обратили внимания, встречался ли он с кем-то еще? Может быть, здесь остановился кто-то из его знакомых? Тогда надо сообщить им о случившемся.

Бетти покачала головой. Она ничего больше не могла сообщить об этом человеке… Хотя кое-что ей вспомнилось.

— Утром Соретти разговаривал с кем-то у входа в отель, — сказала она. — Мне показалось, что его собеседником был Артур Зоннер, он тоже здесь живет, но, может быть, я и ошибаюсь.

Джек задумался над ее словами. Бетти в свою очередь подумала, что если Соретти — друг матери Бена, то, может быть, ей следует позвонить Мойре? Впрочем, можно написать об этом в письме, а письмо приложить к посылке, и печальное известие дойдет до них, когда им перешлют подарок Соретти. А заодно с этим Мойра узнает и о гибели своей подруги…

Бетти сжалась, горло сдавил спазм. Ей стало так страшно, словно врач только что сообщил ей о неизлечимой болезни. Завтра ее ждет неминуемое, но почему мысль о нем не приносит ей облегчения, а пугает? Стоп-стоп, в этом надо разобраться…

Джек что-то спрашивал ее, и Бетти встряхнула головой.

— Простите, я вас не расслышала.

— Я спросил вас, не хотите ли прокатиться в город? Я еду во Фрибург после обеда и могу вас захватить.

— Н-нет, я никуда не собираюсь, — слишком поспешно произнесла Бетти и добавила неожиданно для себя: — Если вам надо ехать по делам, вы могли бы оставить Лотту со мной…

Если с ней будет собака, она, возможно, решится выйти погулять.

— Спасибо, но я не хочу пока оставлять ее. Она только начала привыкать ко мне. Но все равно большое спасибо, — повторил Джек. Сегодня он был сама вежливость.

Бетти пожала плечами, а Лотта, которая явно прислушивалась к их разговору, внезапно встала, положила лапы на плечи Бетти и лизнула ее в лицо. Девушку обдало горячим дыханием. Она машинально отстранилась, но тут же невольный испуг сменился чувством тепла, которое разлилось в груди. Как приятно сознавать, что тебе сочувствуют, тебя жалеют. Пусть это лишь собака! Такое чувство, словно Лотта поняла ее мысли.

Бетти снова подумала, что будь рядом с ней человек, которому она могла бы открыть душу, тогда «несчастный случай» отдалился бы на неопределенное время… или необходимость в нем отпала бы совсем.

— Хорошая собака, — сказала она и благодарно погладила Лотту по голове.

Собака опустила лапы на пол, при этом она зацепила когтем пуловер Бетти и вытянула длинную малиновую нить. Теперь спереди, на груди, на самом видном месте зияли несколько спущенных подряд петель.

— Простите, ради бога! — воскликнул Джек Моран. — Фу, Лотта, лежать!

— Не ругайте ее, — вступилась Бетти. — Она хотела меня утешить. — Она тут же испугалась, вдруг Джек спросит, отчего это она нуждается в утешении? Опустив голову, она попыталась втянуть нитку на место, но вместо этого только растянула нежную фактуру дорогого пуловера.

— Не трогайте, дайте лучше я попробую! — Джек нагнулся к ней и принялся осторожно расправлять стянутые нити. Едва его руки коснулись груди Бетти под тонким кашемиром, как она сильно вздрогнула, по спине пробежал трепет. Бетти замерла, затем решительно отодвинулась.