Холли Уорнер - Новая прекрасная жизнь

– Ну да, – пробормотал Дэвид, понемногу приходя в себя.

– Это будет здорово: отец и сын в небе над Эверглейдом! Давно пора мне растрясти старые кости. Знаешь, Дэйв, я теперь понимаю, что это и есть настоящая жизнь, и жалею, что потратил молодость на битву с квартальными отчетами.

Дэвид негромко кашлянул.

– Кстати, об отчетах, отец...

Гейбрил презрительно вздернул седую бровь.

– Тебе еще не надоела эта канцелярская рутина? Честно говоря, я был уверен, что ты сбежишь на второй день.

– На самом деле все не так ужасно, как я опасался, – признался Дэвид. – Я уже кое в чем начал разбираться и даже обнаружил нечто интересное в прошлогодних отчетах.

– Интересное – в отчетах? – фыркнул Гейбрил. – Не смеши меня, сын. Что интересного ты мог найти в этих бумажках?

– Ты когда-нибудь обращал внимание, – начал Дэвид, радуясь, что ему представилась наконец возможность продемонстрировать отцу свои успехи, – что мы ежемесячно тратим довольно крупные суммы на поддержание вентиляционных систем в «Королеве Анне» и «Королеве Елизавете»? Эти отели были построены раньше других, и оборудование в них давно устарело. Я подсчитал, что если произвести полную реконструкцию систем и установить современные кондиционеры, то расходы окупятся всего за три года. Причем нам не обязательно закрываться на время реконструкции...

– Послушай, Дэйв, – перебил его отец с выражением явного неудовольствия на лице, – у меня выходной, и я не намерен заниматься делами. Если тебе непременно хочется поделиться с кем-нибудь своими идеями, поговори с Родом. Он как раз из тех людей, которые не умеют разделять работу и развлечения. У меня на сегодня другие планы.

У Дэвида опустились руки. Может быть, вообще вся эта затея с вхождением в семейное дело – пустая трата времени? Отец ясно дал понять, что не нуждается в его помощи.

– Конечно, отец. Как скажешь, – пробормотал он в спину уходящему Гейбрилу.

Пестрый буклетик с самолетами остался у Дэвида. Во время разговора он, не отдавая себе отчета, теребил его в руках. Оставшись один, Дэвид бросил еще один взгляд на картинку и, досадливо вздохнув, швырнул на самый верх громоздящейся посреди пола кучи. Падая, буклетик раскрылся, и небольшой черно-белый квадратик бумаги, очевидно кем-то забытый между страниц, вылетел и, мягко кружась, спланировал к ногам Дэвида.

Он наклонился и поднял его. Перед ним была фотография молодой девушки с красивым кукольным личиком, которое не портило даже застывшее на нем капризное выражение. Белокурые волосы были уложены в замысловатую прическу, а глаза и губы ярко накрашены. Надпись под фотографией гласила: «Диди Картер». На обороте чернильным карандашом, с росчерками и завитушками было написано: «Чтобы милый Гейб не слишком скоро забыл свою Диди». И несколько цифр, по-видимому означавших номер телефона.

Дэвид недолго вглядывался в лицо своей будущей мачехи. Ему доводилось встречать немало девушек, похожих на Диди, и он не питал иллюзий на их счет. Все, что нужно этим маленьким хищницам, – это деньги, деньги и еще раз деньги.

Он повертел фотографию в руках и сунул в задний карман джинсов, дав себе зарок обязательно познакомиться с мисс Картер поближе.

Через полчаса все собрались в опустевшей столовой вокруг коробок с пиццей. Дэвид словно в первый раз вглядывался в лица родных, с удивлением отмечая в них черточки, на которые раньше не обращал внимания.

Оказывается, у Рода уже серебрятся виски, а вокруг глаз заметны морщинки. Говорят, он много работает, пишет статьи в экономические журналы и еще успевает помогать отцу в конторе. Вся его жизнь в работе, и вряд ли он уже когда-нибудь женится. Дэвид всю жизнь считал своего брата скучным занудой, а ведь на самом деле тот просто на редкость самодостаточный человек, твердо знающий, чего он хочет и стоящий обеими ногами на земле. Есть над чем задуматься.

А вот Роз внешне мало изменилась за последние годы. Великолепная фигура, чудесный цвет лица, стремительная походка, уверенный взгляд... В Лос-Анджелесе у нее муж и двое детей. Говорят, все трое обожают Роз и слушаются ее беспрекословно. Ничего удивительного. Сестричка всегда умела добиваться своего.

А он, Дэвид?

До сих пор он считал себя сильным и целеустремленным человеком. Еще в пятнадцать лет он составил свой список «Дел-Которые-Я-Должен-Сделать-Прежде-Чем-Умру» и с тех пор вот уже двадцать лет пункт за пунктом выполняет его.

Может быть, пришла пора сменить приоритеты?

– Что ты думаешь о Кэрол, Дэйв? – неожиданно поинтересовался Родни, который до сих пор молчал, углубившись в очередные бумаги.

– Кэрол? Кто такая Кэрол? – тотчас же вмешалась Роз, которая терпеть не могла, когда в ее присутствии говорили о чем-то неизвестном ей.

– Кэрол работает в нашей компании, – терпеливо объяснил Родни. – Она очень славная девушка.

– Славная девушка? – подал голос старший Мэттьюс. – Она просто отличная девушка! Никогда еще у меня не было такой толковой секретарши. Даже странно, что при этом она еще и более-менее симпатичная.

– Что ты хочешь этим сказать? – немедленно повернулась к нему Роз.

– Ну, ты же знаешь, – объяснил отец, откусывая большой кусок пиццы, – Бог дает женщине либо красоту, либо мозги, но не то и другое сразу. А мисс Тернер, учитывая ее ум, могла оказаться жуткой уродиной.

– Типично мужское заблуждение! – фыркнула Роз. – Вы так стремитесь принизить женщин потому, что боитесь конкуренции с их стороны! Просто слушать противно!

– А слушать придется, девочка моя, – ехидно заметил Гейбрил. – Во-первых, потому, что я гражданин свободной страны и могу говорить все, что захочу. А во-вторых, я пока еще твой отец!

– Я бы не сказал, что мисс Тернер подходит определение «более-менее симпатичная». – Дэвид наконец-то сумел вставить слово в завязавшуюся перебранку.

– Ну, она, конечно, не красотка с журнальной обложки, – добавил Родни. – Я бы сказал, что она... в порядке.

В порядке! С точки зрения Дэвида, Кэрол была более чем в порядке. Ее глаза, такие глубокие и сияющие, когда она не прячет их за стеклами очков. И волосы... у нее роскошные волосы, он понял это вчера, когда увидел их распущенными. И отличная фигура! Впрочем, упоминать об этом в присутствии Роз было бы по меньшей мере неразумно. У той всегда наготове колкое замечание о низменности мужских интересов.

Эта последняя мысль заставила Дэвида заняться едой и не привлекать ненужного внимания к своему личному мнению о внешности Кэрол Тернер.

Тут Родни откашлялся и постучал ножом по краю своего стакана.

– Если все готовы меня выслушать, – сказал он, – я хотел бы сделать объявление.