Элизабет Эштон - Великодушный деспот

Девушка повернула Пегаса к дому, и тот пустился в легкий галоп, спеша к родной конюшне и сену.

И лошадям она тоже нужна, сейчас зависит от ее решения и их судьба. Что ж, она все решила: она должна научиться быть сдержанной и отстраненной, покорно принимать выговоры и без вопросов подчиняться приказам своего хозяина. Это будет нелегко, но она заставит себя, и тогда, может быть, в награду ей их школа верховой езды начнет процветать.

Глава 3

Полина подгадала так, чтобы не оказаться дома, когда Энтони Марш приехал к ним в следующий раз, но потом она узнала, что новый владелец долго обсуждал с тетей Марион свои планы. Гостиную предполагалось отремонтировать и обставить, предоставив в его исключительное пользование, так же как и две спальни в длинном крыле, одну из которых он собирался переделать в дополнительную ванную комнату. Как только покупка будет оформлена и начнутся работы по переделке дома, Энтони собирался нанять садовника. Он оставил для Полины целую стопку бухгалтерских книг, на которые она посмотрела почти с ужасом.

— Тут ничего страшного нет, — жизнерадостно успокоил ее Майкл, открывая книгу для учета наличных. — На одной стороне пишешь, сколько денег мы получили, а на другой — все расходы…

— Да я все это знаю, — раздраженно перебила брата Полина. — Но мне нужно еще высчитать, сколько фуража нужно каждому животному в год и сколько раз его выезжают. Боюсь, здесь у бедного Пегаса будут низкие показатели — никто не может на нем ездить, кроме нас с тобой.

— Тогда тебе придется использовать все свое очарование, чтобы убедить мистера Марша оставить его на довольствии.

— О, ну ради бога, Майк, давай больше не будем об этих глупостях!

— Хватит пререкаться, — утихомирила их тетя Марион. — Не забывайте, что вы оба должны постараться и показать себя преданными и честными работниками, раз он был так щедр к вам.

Темные брови Полины негодующе сдвинулись.

— Если кто-нибудь еще хоть раз заговорит про щедрость мистера Марша, меня стошнит! — выпалила она. — Вы так говорите, словно мы нищие, которых он облагодетельствовал!

— А что, — весело откликнулся Майкл, — так и есть.

Несмотря ни на что, Полина твердо решила как можно лучше выполнять свои новые обязанности. У ее хозяина не должно быть никаких поводов для недовольства. Работа в конюшне, уход за восемью лошадьми и пони, не составит никакого труда, она занималась этим почти всю жизнь, с учениками у нее тоже доставало терпения, причем многие из них не имели никаких задатков будущих наездников или наездниц — в большинстве это были девушки — и учились верховой езде только затем, чтобы «было», но вот работа с документами была для нее совершенно нова. Раньше, при отце, корма для лошадей доставлялись в основном в кредит и никто не смотрел на цены. Теперь, когда Полине приходилось вести точный учет своих закупок, расходы на фураж, который предстояло купить, вырастали в пугающе большую сумму, и ей всегда приходилось бегать за братом и следить, чтобы он отдал деньги, полученные за уроки. Раз в неделю она ездила на автобусе в Мэлфорд и клала в банк выручку, не доверяя это никому. Но как она ни старалась, записи в книге ее большим разлапистым почерком почему-то никогда не сходились с реальным количеством наличных.

Август перешел в сентябрь, и все бумаги о покупке дома были должным образом оформлены. Энтони позвонил и сообщил, что приедет в следующую субботу принять свои новые владения. Субботнее утро выдалось солнечным, на траве лежала обильная роса, и ранний утренний туман еще плыл вдали жемчужной дымкой. Ветра не было, деревья стояли тихие, в густой еще листве. На полях, где уже убрали урожай, торчала белесая стерня, кроме тех почерневших полос, где солому сожгли на корню. Последние цветы роскошного лета: золотые шары, астры, кореопсисы и далии самых восхитительных оттенков — пестрели в саду, казалось, вся природа цвела и улыбалась, приветствуя нового владельца.

Тетя Марион пекла и жарила, убирала и чистила, ей помогала Линетт, которая нарвала в саду цветов и поставила их в комнату Энтони. Полина угрюмо просматривала свои бухгалтерские книги, потом с шумом захлопнула их и пошла заниматься более приятным ее сердцу занятием — чистить лошадей. Проходя мимо кухни, она заметила, что тетя надела безупречно чистый фартук, и Линетт принарядилась в свое единственное праздничное платье, шелковое, с узорами. Обе с укором посмотрели на ездовые штаны Полины и желтую старую футболку, не особенно к тому же чистую.

— Разве ты не переоденешься? — робко спросила сестренка. — Майкл, между прочим, надел чистую рубашку и даже побрызгался одеколоном.

Полина нахмурилась:

— Нет, а зачем? Суббота у меня рабочий день, мистер Марш хотя бы сможет убедиться, что я работаю. — Она недовольно посмотрела на платье младшей сестры, и та виновато покраснела.

— Я… просто мне хотелось красиво выглядеть. Ведь первое впечатление всегда очень важно, не правда ли?

— Первое впечатление он уже получил, — заметила Полина, — я не собираюсь прихорашиваться в его честь.

Он въехал на «ягуаре» прямо на двор конюшни. Майкл ждал у ворот, чтобы сразу открыть их. Услышав звук подъезжающей машины, Полина, чтобы ее не было видно, вошла в двери открытой конюшни. Хлопнула дверца машины, Энтони заговорил с Майклом, и снова девушку поразило, как прекрасно поставлен и модулирован у него голос. Даже Джордж иногда неправильно говорил по-английски. Полина принялась яростно чистить каурую кобылу, прячась за ней. Она чувствовала, что ее сердце бьется слишком сильно, лицо горит, и не могла успокоиться до той минуты, пока не убедилась, что приезжий скрылся в доме, после чего подошла к открытой двери, надеясь, что прохладный воздух освежит ее горевшие щеки.

Майкл вышел во двор и закричал:

— Эй, Лина, он хочет тебя видеть!

— Я не могу сейчас. — Она обернулась, чтобы оседлать кобылу. — Ты же знаешь, что Дрейтонам назначено на одиннадцать, а сейчас уже без пяти — а вот и они!

«Форд» с откидным верхом въехал во двор и остановился рядом с «ягуаром». Подростки, все в безупречных костюмчиках для выездки, стайкой высыпали из него и закричали, что они приехали.

— Слушай, они могут подождать, пока ты хотя бы зайдешь и поздороваешься с ним, — шепнул ей подошедший Майкл.

— Нет, не могут, — вспылила Полина. — Они наши лучшие клиенты. Помоги мне оседлать лошадей.

Пока они спешно седлали шесть лошадей и сажали на них учеников, Полину точила лишь одна мысль: как бы поскорее отправиться в путь, не дожидаясь, когда Энтони выйдет искать ее. Поставив младшего в компании, десятилетнего всадника, впереди колонны, девушка вскочила на гнедую кобылу — на учебные прогулки она никогда не брала Пегаса — и вывела всю кавалькаду через боковые ворота, которые Майкл открыл им, и только тут вздохнула с облегчением. Ей удалось избежать встречи с ним.