Вера Армстронг - Серый воробышек

— А почему, интересно, ваша мамочка лезет из кожи вон, чтобы найти вам достойную партию? — намеренно вернулся к щекотливой теме Антонио, медленно растягивая слова для пущего эффекта.

Алисия вскочила со стула и вплотную приблизилась к нахальному гостю. Он сполна почувствовал ее агрессию, когда она, наклонив к нему свое красное от гнева лицо, прошипела:

— Запомните раз и навсегда, мистер Висенти, моя мать не ищет мне женихов, в этом нет необходимости! И впредь я попрошу вас держать при себе свое мнение о моей личной жизни, о которой, кстати, вы ничего не знаете! Мы лишь вчера познакомились, а вы уже пытаетесь рассуждать так, словно знаете меня по меньшей мере лет десять. Хотя понятия не имеете, что я за человек!

Антонио был в полном восторге от того, что ему удалось вывести ее из себя. Впрочем, это не потребовало особых усилий. Его наполняло чувство глубокого удовлетворения от постепенно осуществляемой мести. Прекрасно! Милая и рассудительная Алисия не сдержалась и проявила строптивые черты своего характера. В этот момент Антонио даже почувствовал к ней нечто вроде уважения.

Интересно, подумал он, что бы она сделала, если бы я прямо сейчас прижал ее к себе и поцеловал? Закрыл бы нежный сердитый ротик горячим и страстным поцелуем? Антонио представил себе, как она начнет сопротивляться, а потом растает в его жарких объятиях, покоренная умелыми ласками.

— Все. Вам пора идти, мистер Висенти!

— Антонио. Зовите меня Антонио.

— Как трогательно! — с издевкой произнесла девушка.

— Не стоит бросать в меня свои ядовитые стрелы, Алисия. Мы ведь теперь одна команда. Не так ли?

— Если вы думаете, что это поможет вам лучше узнать свою дочь, то я согласна, но…

— Но?

— Но это не дает вам никаких прав на меня…

— Прав? Каких прав? — Антонио удивленно приподнял брови.

Алисия и сама не знала, каких. Точнее, она знала, но не могла подобрать нужных слов, чтобы объяснить всю ту гамму чувств, которые вызывал в ней этот безумно привлекательный испанец.

— Вам действительно пора идти, — нетерпеливо повторила она. — Мне завтра рано вставать на работу.

Антонио посмотрел на часы и усмехнулся. Ему вовсе не хотелось уходить и лишать себя общества этой молодой особы, к которой его вдруг стало так неумолимо тянуть.

— Еще всего лишь четверть девятого. Ни один школьный учитель, даже с чересчур развитым чувством долга, не назвал бы это время поздним. Кстати, как насчет того, чтобы поужинать?

— Поужинать?! — Алисия была поражена его беспредельной наглостью.

— Послушайте, остыньте немного. Меня интересует все, что касается Хелен. Я ведь почти ничего о ней не знаю. — Антонио быстро нашел предлог, чтобы задержаться.

— Что же именно вы хотели бы узнать? — отстраненно спросила Алисия.

— А как вы думаете? — внезапно лицо Антонио исказил гнев.

Он подошел к Алисии и прижал ее к стене.

— Ну же, включите свое воображение. Представьте себя на секунду на моем месте. Что бы вам хотелось узнать, если бы вы вдруг узнали, что у вас есть дочь?

Алисии стало трудно дышать. Его лицо было настолько близко к ее лицу, что малейшее движение неминуемо привело бы к соприкосновению. А этого она никак не могла допустить, так как плохо контролировала себя. Этот мужчина буквально сводил ее с ума.

— Ну, хорошо, — пробормотала Алисия, пытаясь освободиться из его тисков. — Я приготовлю ужин, и вы сможете задать мне интересующие вас вопросы.

Но Антонио даже не пошевелился. И ей ничего не оставалось, как вежливо объяснить, что, пока он будет загораживать путь к плите, приготовление ужина будет весьма затруднено. И тут мистер Висенти поддался внезапному порыву и снял с нее очки. Без очков Алисия почувствовала себя очень незащищенной.

— Что вы д-делаете? — спросила она, запинаясь.

Антонио не мог объяснить своего поступка. Ему просто хотелось увидеть ее без очков.

У Алисии были светло-серые глаза с длинными густыми ресницами. Он не мог отвести от нее взгляда. Девушка резко повернулась и, выхватив у него очки, водрузила их на прежнее место.

— Когда она пошла в школу? — хрипло спросил Антонио. Он не мог избавиться от навязчивого желания поцеловать свою пленницу, однако напомнил себе, что его всегда оставляли равнодушным женщины подобного типа. И все же эта мысль не принесла ему желаемого облегчения. — Ей нравится учиться? У нее есть друзья?

Алисия вырвалась наконец, глубоко вздохнула и принялась отвечать на его вопросы, одновременно нарезая грибы и лук в сковородку. Она хотела приготовить легкий ужин, который занял бы по времени не больше часа, тогда у Антонио не останется повода задерживаться еще на какое-то время. Его присутствие будоражило ее, и чем раньше он уйдет, тем лучше…

— Была ли она счастлива, живя в этом доме с Кэтрин и вашим братом? — спросил он, разливая вино по бокалам. — Она когда-нибудь спрашивала обо мне?

— Я не знаю, поскольку жила отдельно от них.

— Полагаю, вы даже не задавались этим вопросом, — ядовито вставил Антонио. — Вы все очень хорошо устроились, вычеркнув меня из своей жизни.

— Мы ведь это уже обсудили, — устало напомнила Алисия.

— Я хочу услышать еще раз.

— Кэтрин чувствовала себя между двух огней. — Она подперла руками подбородок. — Вы думаете о жене, как о беспринципной женщине. Но она боялась, что, узнав о ее беременности, о родившемся ребенке, вы силой отберете у нее дочь. Она говорила, что вы страстно хотели иметь семью и что ни за что не позволите ей воспитывать малышку вместе с другим мужчиной. Эндрю очень ее любил и поэтому во всем с ней соглашался. Я знаю, вам неприятно это слышать, но вы сами спросили.

— Она настолько меня опасалась? — Казалось, Антонио был искренне удивлен.

Алисия колебалась: сказать ему правду или нет.

— Отвечайте же! — приказал он.

— Вы пугали ее. Или, точнее сказать, слишком давили на нее.

— Я почему-то уверен в том, что Кэтрин доверила вам все свои тайны, — горько усмехнулся Антонио. — Но почему она ни разу не поговорила со мной и не попыталась спасти наш брак? Ей легче было поплакаться в жилетку любому, только не мне!

— Перестаньте корчить из себя ангела, Антонио! — перебила его Алисия.

— Но я и был ангелом, — как ни в чем не бывало продолжал он. — Я тысячу раз мог завести себе любовницу. Не так-то легко жить с мыслью о том, что твоя жена, стиснув зубы, терпит твои ласки. Иногда это было просто невыносимо.

— Ну, прямо святоша! — пробормотала Алисия себе под нос.

— Простите, что вы сказали? — Мистер Висенти пристально посмотрел на девушку в ожидании ответа.