Дженни Адамс - Большое сердце маленькой мышки

— Ты больше не должен прикасаться ко мне.

— Что ты имеешь в виду? ― Его лицо помрачнело.

— Никаких прикосновений, никаких поцелуев, никаких томных взглядов. Мы коллеги. Я хочу, чтобы у нас были профессиональные отношения, и ничего больше. ― Крисси устремила на Нейта решительный взгляд. ― Ты можешь дать мне слово?

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

― Маргарет использовала Дженис Динн, чтобы получить информацию о компании, ― проворчал Нейт, когда они стояли у лифта. Любой разговор, даже о жене Генри, подходил бы, лишь бы не молчать.

Прошло четыре дня с тех пор, как Нейт дал ей слово не дотрагиваться до нее, пока она сама не попросит. Он полностью отдался работе.

Детективы ничего не обнаружили в доках. Генри извел Нейта своим ворчанием, и тот согласился перевезти деда домой под неусыпное око медицинской сестры. Слава богу, что Маргарет внезапно укатила в Тасманию.

— Надеюсь, ты был снисходителен к Дженис, ― слова Крисси вернули его на землю. ― Она хороший, преданный сотрудник. Не верю, что она встала на сторону Маргарет и участвовала в какой-то афере.

Хотя Крисси с виду оставалась спокойной и невозмутимой, но внутри вся кипела.

— Я уже подумывал о замене.

— Ты же не уволил Дженис?

— Нет… ― Мужчина запнулся, размышляя над поведением жены деда. ― Дженис без моей помощи осознала, куда клонит Маргарет, и прекратила так называемую дружбу.

— О, ― голос Крисси потеплел. ― Прекрасно, что Дженис осталась с нами.

При последних ее словах Нейт встрепенулся. Голос Крисси звучал бодро, и все же он чутким ухом уловил намек на усталость. Девушка задвигалась, и от ее волос разнесся приятный аромат трав.

— Слава богу, день закончился. Я очень устала. ― Снаружи раздался раскат грома. Нейт почувствовал, как напряглись мускулы. Он тоже устал.

— Похоже, гроза.

— Ненавижу грозу. ― Крисси содрогнулась. Если бы он мог поцеловать ее еще раз… Только поцеловать.

— Все из-за чертовых волос, ― раздраженно проворчал он себе под нос и снова нажал на кнопку лифта.

Одиннадцать часов вечера, уборщики придут только утром, за исключением его и Крисси в здании ни души. Нейт представил свой теплый, уютный дом с горячей водой и мягкой постелью.

Допустим, ты предложил бы Крисси разделить с тобою душ и постель… ― не в первый раз предательски прошептал внутренний голос.

Словно почувствовав его мысли, Крисси бросила на него быстрый взгляд. Большие совиные очки сползли на кончик носа, волосы сбились и напоминали птичье гнездо. Чем дольше он смотрел на нее, тем больше заводился.

Девушка подняла руку к голове.

— Что-то не так с моими волосами?

— Нет, ― ответил Нейт, а про себя чертыхнулся. Только и думаю, как пропустить их сквозь пальцы, намотать на кулак. ― Кажется, они наэлектризованы, вероятно, от грозы. ― Он с удовольствием сыграл бы роль громоотвода. ― Я и забыл, что погода в Мельбурне капризна, как женщина.

— Как пресыщенный любовник, ― перебила она его. ― Я имею в виду…

— Я понял, ― резко оборвал он, не желая представлять ее в объятиях любовника.

Если бы только этим любовником был ты, опять шепнул вкрадчивый голос.

Мужчина молча смотрел, как краска заливает лицо девушки, шею и кожу на груди, видневшуюся в треугольном вырезе блузки, и страдал от неудовлетворенного любопытства, томясь желанием узнать, как далеко распространяется румянец.

— Твои замечания, Кристиана, можно интерпретировать по-разному. ― Нейт сам не знал, почему дразнит ее. Вероятно, ему доставляло удовольствие мучить себя. ― Требуешь профессиональных отношений и бросаешь двусмысленные реплики.

— Единственные отношения с тобой, которые меня устроят, это отношения коллег по работе, ― холодно пояснила она. ― Рабочий день закончен, наши дороги разошлись в разные стороны, все остальное ― нервный бред.

— Я не хотел тебя нервировать. ― Нервировать ― нет, но заставить выкрикивать его имя в момент безумной страсти ― пожалуй, да.

Тебе хотелось бы прожить с ней размеренной жизнью в загородном коттедже еще лет пятьдесят?

— Черт, нет, ― вырвалось у него так неожиданно, что Крисси подпрыгнула. ― Извини, мысли вслух.

Лифт прибыл, двери разъехались, и они вошли внутрь. Девушка поежилась, как только двери закрылись.

— Я нервничаю не из-за тебя, а из-за грозы.

Она была одета в блузку, теплый кардиган и толстое крапчатое пальто и все равно дрожала.

— Скорей бы очутиться дома. ― Подальше от тебя, потому что меня не тянет па скоротечные романы с предателями.

Нейт вдруг почувствовал, как воротничок от рубашки врезался ему в шею, и он пальцем оттянул его.

— Спасибо за работу и извини за большую нагрузку.

Они вышли из здания и направились в большой гараж.

— Ты же знаешь, я привыкла.

В гараже лишь их машины тосковали по своим владельцам.

— Ты имеешь в виду, что привыкла к большой ответственности в «Монтбанк Шипинг»?

— Да, ― Крисси нахмурила брови. ― А что еще я могу иметь в виду?

— Дед сильно нагружал тебя? ― губы задали один вопрос, а мысли ― другой.

— Не могу сказать, что он не хотел работать, ― девушка улыбнулась. ― Генри всегда был занят по горло. ― Ее улыбка стала шире. ― Просто его работа не всегда касалась деятельности фирмы. И когда он уходил в свои идеи с головой, мне приходилось заботиться о фирме, пока он не спускался на землю.

— Так было с кроссвордом. ― Приятные воспоминания о совместно проведенном вечере над решением лингвистических задач захватили обоих.

— Мы думаем закончить кроссворд на следующей неделе.

Над их головами разнесся раскат грома, и Крисси машинально присела.

— Софи и Белла мне очень помогли. Надеюсь, его кроссворд примет участие в конкурсе.

Снова загрохотал гром. Сверкнула молния. Он обеспокоенно посмотрел на девушку.

— Погода портится. Позволь, я отвезу тебя домой.

— Со мной «Герти». ― Она посмотрела в сторону машины. ― Впрочем, спасибо за предложение.

Предложение скорее смахивало на настоятельную просьбу, но желание защитить ее от всех бед было сильным и искренним.

— Тогда я отвезу тебя на твоей машине, а сам доберусь до дома на такси.

— Я прекрасно…

— Прекрасно? ― Словно поддерживая его, погода разгулялась не на шутку: грянул продолжительный раскат грома и потоки воды низверглись с неба. ― Видишь? Ты не можешь ездить в такую погоду.

— Могу. ― Ее голос дрогнул, но девушка упрямо выдвинула подбородок вперед. ― Другие могут. Почему мне нельзя?