Ирен Беллоу - Любимец женщин

— Слава богу, дети такие жизнерадостные! — продолжил Стил. — Жизнь — это такая штука, что иногда ее трудно понять, вы согласны с этим? — вопросительно взглянул Трэвис на Сильвию. — Меня до глубины души возмущала моя сестра, которая держала Джейка на расстоянии и не уделяла ему достаточно времени. — Он покачал головой. — А сейчас, после того, что произошло, кажется, что это было и к лучшему — мальчик не слишком привязался к ней.

— Что вы имеете в виду? — обернувшись, спросила Сильвия.

— Достаточно сказать, что моя сестра не была прирожденной матерью. Красивая, умная, — да. Однако безумно устававшая от детей.

— Даже от Джейка? — в голосе Сильвии слышалось недоверие.

— Вам трудно в это поверить? — спросил Трэвис. — Вы думаете, что у каждой матери автоматически возникает всепоглощающее чувство любви к своему ребенку?

Сильвия не просто думала так, а знала это по собственному опыту. Когда родилась Кэти, и она в первый раз взяла ее на руки, увидела ее неправдоподобно крошечное личико, подержала хрупкую ручонку… Сильвия тряхнула головой, отгоняя щемящие душу воспоминания, и уставилась на снег. Виражи жизни действительно трудно понять. Как она могла сидеть здесь вот так, с этим человеком, и обсуждать проблемы материнства?

— Моей сестре это было просто неинтересно, — продолжал Трэвис. — Мне кажется, она по-своему любила Джейка, но особенно не показывала этого.

— Это ужасно, — прошептала Сильвия, посмотрев сначала на Трэвиса, а потом на мальчика, который что-то лепил из снега. — Разве она не понимала, какая она счастливая? Ей выпала огромная радость — иметь такого милого, такого ласкового ребенка!

— Все зависит от того, как на это посмотреть, — небрежно ответил Трэвис. — Говорят, что не приходится жалеть о том, чего у вас никогда не было. Если бы его родители были людьми, которые страстно его любили, проводили с ним много времени, то, представьте себе, как бы он чувствовал себя теперь!

— Это довольно странный взгляд на вещи, вы не находите? — спросила Сильвия напряженно.

— Вы так думаете? — засмеялся на секунду Трэвис, а потом, пожав плечами, сказал: — Возможно, я тоже странный человек.

— Приходилось ли вам раньше бывать с Джейком? Я имею в виду — до того, как погибли его родители? — поинтересовалась Сильвия.

— Почему-то мне кажется, что вы ждете отрицательного ответа, — сердито пробурчал Трэвис, и в уголке его губ заиграла несколько ехидная усмешка. — Простите, но я должен разочаровать вас! Джейк и я всегда были близки. К моему большому удивлению, я сразу понял, что мне нравится его компания. И вообще мне нравится общаться с детьми, — добавил он с явным смущением. — Среди моих друзей есть одна многодетная супружеская пара, и очень часто в компании детей я провожу больше времени, чем с их родителями.

Глаза Сильвии были полны боли, но Трэвис не замечал этого. А почему он должен был заметить, в конце концов? Что из того, что он хорошо относится к детям — подумаешь, какая важность!..

— Вам, очевидно, нравится ваша работа, — продолжал он. — Я наблюдал, как вы обращаетесь с Джейком, вы первая учительница из всех, бывших у него, кто разговаривает не свысока. Почему некоторые считают, что так следует поступать? — Молчание. Сильвия слышала, как снег падает на землю. — Что-нибудь стряслось?

— Извините? — переспросила Сильвия, очнувшись.

— Вы глубоко задумались. О чем?

Девушка не нашла, что ответить, и покраснела от смущения. Она думала о Кэти, понапрасну теряя время в размышлениях над вопросами, что было и что могло бы быть, хорошо понимая всю тщетность такого занятия. Главный, больной вопрос мучил ее, после некоторого колебания она решилась задать его:

— Я думала о том, что трудно представить себе вас с вашими собственными детьми! — произнесла она равнодушно, с равной долей скептицизма и сомнения.

— Моими собственными? Ну, это совсем другое дело! — Некоторое время Трэвис наблюдал, как Джейк играет, потом, покачав головой, ответил: — Осознанно бросить их в этот мир? Я не собираюсь делать этого, по крайней мере, в ближайшие несколько лет. Кроме того, возникает небольшой вопрос: кто будет эта женщина? Я никогда не придавал большого значения своим любовным связям…

— Слишком заняты, накапливая все это, — прервала его Сильвия, небрежно кивнув в сторону дома. При этом она отломила ветку, которая росла из старого пня. Все умерло, думала она, ты зря теряешь время! Брось эти мысли, береги свои силы!

— Мне кажется, что вы не любите деньги, — медленно проговорил Трэвис — Для вас это слишком грубая материя, не так ли, мисс Уолкер?

Она нарисовала веткой на снегу знак фунта стерлингов, а потом решительно стерла его носком сапога и почти яростно разломала ветку на мелкие части, давая выход своим чувствам.

— Лес прекрасен, — внезапно произнесла она, вставая с пенька и глядя на сияющие белизной деревья. Она собрала обломки ветви и втоптала их в снег, дав себе обещание больше не поддаваться слабости.

— Мы вновь выйдем на прогулку позже, когда Джейк отдохнет, — сказал Трэвис, — пока снег не растаял. — Он энергично поднялся с пенька. — А сейчас, я полагаю, пора домой.

Разве она не красива? Хотя, по-моему, все же, не стоит того внимания, которое ей уделяется!

Сильвия обошла вокруг елки, погруженная в свои мысли, но сохраняя на лице маску восхищения огромным пушистым деревом, которое величественно сверкало в углу зала.

Когда Сильвия безучастно посмотрела на Трэвиса, он, перегнувшись через перила лестницы, спросил:

— Ну, разве вы не похожи на философа, мисс Уолкер? Уже почти десять минут вы находитесь в каком-то трансе! Мне интересно знать, какие мысли бродят в этой прелестной маленькой головке?

Разумеется, он поддразнивал ее, рассчитывая, что она будет огрызаться. И она чуть не попалась на его удочку, но в последний момент здравый смысл победил в ней, и она заметила ироничную усмешку в уголках его рта. В раздражении она поджала губы.

— Вы идете?

— Куда? — спросила она, поправляя на елке ярко раскрашенную деревянную игрушку, и обернулась к нему.

— В лес. Помните, вы говорили, как там красиво и что вы хотели бы сходить туда? Нам надо спешить, а то станет темно.

С утра ей удавалось избежать встреч с Трэвисом: то она работала в классной комнате, пока Джейк еще спал, потом обедала на кухне с миссис Уайт, и вообще старалась не попадаться ему на глаза. Но она понимала, что это не может долго продолжаться.

— Я сейчас оденусь, — сказала Сильвия. — Джейк уже на улице?

— Да, — ответил Трэвис.

Однако Джейка на улице не было. Это стало девушке ясно, когда Трэвис широко шагая, устремился вперед. В нерешительности она отстала от него и остановилась, пытаясь понять, в какую игру собирался он играть.