Препод под прикрытием - Ульяна Николаевна Романова

тебе цветочек, — заржал я, протягивая блондинке букет.

Подмигнул ей, хмыкнул, когда заметил, что девчонка отвела взгляд, и расслабленно пошел к себе. Собрал вещи и отправился в служебную квартиру готовиться к новой встрече с блондинкой Варварой в образе препода.

Моя с ней игра вдруг начала мне нравиться…

Глава 9

Варвара

То утро снова началось не с улыбки, дзена, медитации и принятия бренности мира, а с цветов, которые было жалко выбрасывать и которые я заботливо поставила в вазу.

Полевые, мои любимые…

Цветы настроение поднимали, а вот личность дарителя, наоборот, бесила.

Ладно, если взять за аксиому тот факт, что Дамировичей-Самировичей двое, то тот, который жил сверху, бесил невероятно. Сначала белье, потом вдруг цветы принес…

Пристал, как второй носок к стиральной машине! Я ему что, игрушка, чтобы так меня нервировать? Зачем он приперся ко мне почти в полночь с цветами? Чтобы убедиться, что чайничек нерабочий?

Хотя чувство юмора Дамира я оценила, конечно. И, может, в другой обстановке я бы с удовольствием подискутировала на тему его богатого и очень ценящегося на черном рынке внутреннего мира.

Господи, у меня первый курс, самый важный для репутации, а я должна угадывать, что в очередной раз решит подарить мне сосед с припиской «на следующую встречу».

Злая и сонная, я выгуляла Каскадера, потому что мой любимый домовой снова отдавал долг Родине; покормила собаку, собралась и, решительная, поехала в университет.

Решительная — потому что решила последовать совету моих новых подруг и не спеша понаблюдать за преподом. За соседом я решила наблюдать активно, да и встречный подарок ждал своей очереди.

Главное, чтобы Дамир снова не решил, что он мне понравился. А с другой стороны, пусть решает что хочет, это не мои проблемы!

Пока ехала в автобусе, строила в голове кучу догадок, которые, разумеется, относились к соседу и к преподу. А если он один, а если их двое…

Может, мне стоит попить успокоительные?

В университете бурлила жизнь. Студенты собирались в кружки по интересам. Кто-то зевал, кто-то болтал, старшекурсники, не стесняясь никого, курили.

Я нашла своих и присоединилась к обсуждению. Конечно же, нового криминалиста!

— Второй курс говорит, что он очень строгий, — рассказывала всем Милана, — а внешне так и не скажешь, кажется, что он такой душка.

Скрип моих зубов, кажется, мог услышать даже «душка» препод.

— А по-моему, он симпатичный. Если всю эту бабушкину одежду снять, вообще красавчик получится, — вставила Марья.

Я закатила глаза так далеко, словно пыталась проверить, не дымится ли мой мозг от вечных разговоров о Самире Муратовиче и его точной копии, которая жила этажом выше.

Если судить объективно, то да, Муратовичи в нормальной одежде были очень даже симпатичные, особенно кентавр Дамир. Но рассказывать одногруппникам, что у препода есть нахальная копия и что я знаю, где она живет, я поостереглась.

— Сними, — хмыкнул Васечкин, — потом нам расскажешь.

— Я боюсь, — засмеялась Марья.

— Угу, — поддакнула я, — вдруг покусает.

Или, хуже того, у второго тоже чайник не рабочий, расстроится, что все узнали, и мы опять останемся без учителя. Может, второй ботанистый брат — ранимый парень?

У мужчин вообще эго очень хрупкое…

О чем я думаю?!

Я тряхнула головой и первая пошла на пару. Криминалистику нам сегодня поставили последней, и я решила сосредоточиться на учебе.

На пару по криминалистике шла так, словно иду на прямые боевые действия. Сегодня по расписанию был семинар, поэтому занимались мы в маленькой аудитории.

Подумав, я села за первую парту, подавив в себе желание включить камеру и записать каждый жест Самира Муратовича, чтобы потом найти десять отличий от соседа.

Кажется, разобраться в личности этих двоих стало идеей-фикс на грани навязчивого состояния. Додумать свой диагноз мне не дали.

В аудиторию степенно вошел Дамир-ботаник, он же Самир Муратович, не глядя на меня, устроился за столом, что-то достал из большой сумки и включил экран.

Когда прозвенел звонок, он поднял голову и важно осмотрел всю группу. Мазнул взглядом по мне и начал:

— Тема сегодня «Место преступления. Как невидимые улики становятся свидетелями». Забываем все то, что вам показывали по телевизору, и внимательно слушаем меня.

Он снова говорил немного в нос, суетливо дергал плечами и наклонял голову чуть вправо.

Дамир же всегда держал голову высоко поднятой и вечно ухмылялся. А слова «стеснение» в его лексиконе не было.

— Представьте, вы первые входите в квартиру, где было совершено преступление. Ваши действия, — Самир Дамирович обвел взглядом всю группу, ожидая ответа.

— Найти тело, — предположила Любава.

— Тело уже до вас нашли, иначе бы вас там не было. Ваша задача — найти следы преступления. С чего начнем?

— С прихожей, — осмелела я, — осмотреть на предмет отпечатков ботинок или других следов.

— Неплохо, — уважительно протянул препод, — дальше… Фамилия ваша?

— Тихая.

— Почему тихая? — не понял Самир Дамирович.

— Потому что фамилия такая, — пожала я плечами.

Дамир слышал мою фамилию, меня лейтенанты ему представили, а препод так натурально удивился, что я немного растерялась.

— Понял, прошу меня простить, леди, — галантно склонил он голову.

Прям как вчера, когда ржал и дарил цветы от сердца и от почек.

Учиться, Варя! Сосредоточиться на занятиях. Отличия искать я буду потом.

— Следы обуви в прихожей, Тихая. Дальше? — мягко напомнил Самир Муратович.

— А где конкретно лежит тело? — уточнила я.

— Допустим, в ванной, — подумав, решил он.

— Мужчина или женщина? Одет или без одежды? Как конкретно тело умертвили? Самир Муратович, а правда, что в теле человека четыре литра крови? — ляпнула я, вспоминая наш вчерашний диалог с Дамиром.

— От четырех до шести, — благосклонно ответил он.

— Угу, — с умным видом закивала я, словно именно эта информация могла мне помочь, — а как узнать, как давно тело лежит в ванной?

— По характерным признакам и трупным пятнам, — ответил мне Самир Дамирович, которому явно нравился наш диалог.

Отвечал он точно с удовольствием.

— А вот вопрос не совсем по нашему телу, но мне очень любопытно: могут ли трупные пятна исчезнуть при восстановлении кровообращения? По сути — это ведь что-то сродни синякам, которые проходят…

Обе брови преподавателя оказались на лбу, а губы он сжал в линию и часто заморгал. Вся моя группа тоже молчала и ждала его ответа.

— Тихая, а вам это зачем? У вас есть труп, которому вы хотите восстановить кровообращение? — с живым любопытством наконец спросил Самир Муратович.

— Пока нет, — уклончиво заметила я, слыша смешки однокурсников за спиной.

— Но будет? — азартно уточнил препод.

— Все возможно.

— Очень любопытно, очень, — замотал он головой. — Вас уже