Невинная для командора - Эллу Лотри

рачителен. Порой даже жадноват. Но он верный человек. А ты как оказалась в магазине?

– Я осталась сиротой, без дома. Подрабатывала, жила… Как-то так.

– Ты немногословна.

– Не хочу вспоминать прошлое. Больно.

– Прости.

Наше общение прервала пожилая чета, что подошла к нам.

– Лорд Сандлер? Вы ли это? – воскликнула женщина, протягивая руку в перчатке с меховой опушкой, чтобы коснуться Аарена.

– Я, герцогиня. Вы не ошиблись.

– Но каким чудом? – удивился её спутник, сухой, чванливый старик.

– Милостью Светлой.

Неужели Аарену после ранения было так плохо, что его уже не ожидали увидеть живым?

Сейчас он чувствовал себя лучше, однако… я надеялась, что мой дар исцелит его скорее. Но главное, что исцеляет…

– Ты улыбаешься, Сладкая. Я рад, что прогулка тебя развеяла. Будем чаще выбираться. Где бы ты ещё хотела побывать?

Мы зашли в кофейню, из окон которой лилась музыка.

Управляющий, увидев на пороге Аарена, засуетился.

– Лорд Сандлер, мы рады, что вы снова посетили нас!

Пока он сопровождал нас к лучшему столику, я заметила, какие восхищенные взгляды бросали официантки на Аарена.

Они так жадно на него глазели, что когтистая лапа ревности сковала моё сердце.

– Сладкая, что ты хочешь? Выбирай, – Аарен раскрыл меню и положил передо мной.

«Крови нахалок!» – хотелось пошутить. Но он прочитал по моим глазам. Наклонился и, накрыв своей рукой мою, прошептал:

– Не ревнуй. Я верный.

Невозможно оставаться равнодушной к его широкой улыбке и счастливому взгляду.

Другая бы ликовала, строила мечты. Но я не могла, потому что проклятый Галахар, знавший мою сокровенную тайну, стоял за спиной и не давал спокойно дышать.

Потому что одно дело связаться с простолюдинкой, а другое – с дочерью казнённого изменника.

Это как клеймо. Оно навсегда, и кто свяжет со мной свою судьбу – тоже запятнается.

Счастливый Аарен не сводил с меня глаз, много шутил.

Я решила отринуть свои страхи и просто радоваться, чтобы запомнить миг, когда я была счастлива.

Возвращалась в особняк с тяжестью на душе.

Забравшись в постель, чтобы продлить светлый вечер, попросила Аарена побыть со мной ещё немного. Он остался, я перебирала его прядки, и он сам не заметил, как уснул.

Утром я надела новое платье, красиво собрала волосы. Всё же счастье никак не скрыть. Оно читалось в моих глазах, улыбке.

Окрылённая, я спустилась в зал, познакомиться с новой продавщицей.

Магда оказалась приятной женщиной. Но среди покупательниц, заглянувших в магазин в этот день, мне запомнилась одна неприятная особа.

Она так и зыркала на меня. Зло, с неприязнью.

Сердце сжималось в дурном предчувствии. И оно не обмануло.

Глава 11

Когда эта неприятная женщина ушла, я выдохнула с облегчением.

После неё хотелось уйти в уборную и умыться.

Я дождалась, когда покупательницы разошлись, и так и сделала.

Стало немного легче.

– Ну, Каська, ты совсем стала неженка, – улыбнулась я своему отражению в зеркале, вытирая лицо пушистым, мягким полотенцем.

Я гнала волнение, заставила себя вернуться в зал. С Магдой делала вид, что чувствую себя отлично. За обеденным столом старалась улыбаться, но Аарен заметил, что мне нехорошо.

– Сладкая, в чём дело? – Он подался вперёд и взял мою руку в свою. – Я же обещал тебе, что всё будет хорошо. Никто не посмеет обижать тебя. Я не позволю.

Ох, как забилось моё сердце. От счастья и боли, от нежности и страха потерять Аарена.

Будь в нём недостатки, мне было бы легче думать о предстоящей разлуке, но великодушный, заботливый, красивый, смелый. Я всю жизнь, до последнего дыхания буду помнить его. Помнить и каждого мужчину, который встретится на моём пути, буду вольно или невольно сравнивать с ним.

Это моё счастье, что он стал моим первым мужчиной, что встретился мне. И моя боль – потому что нам не суждено быть вместе. Рано или поздно, Аарену захочется иметь законных наследников, и он должен будет жениться. А я никогда не смогу делить его с другой. От одной мысли об этом мне становилось так тошно, что начинало заходиться сердце и дрожать руки.

– Сладкая, я всегда рядом.

После общения с Аареном мне стало легче. Мы ещё поболтали немного, обсудили свежую прессу, следующую вечернюю прогулку к целебным водам Ауриса, новую работницу, после чего я пожелала Аарену хорошего дня и снова спустилась вниз.

Магда улыбнулась мне, рассказала про смешную ситуацию с покупательницей, и я окончательно развеялась. Зря.

Я присела на стул и стала записывать продажи, которые сегодня были в первой половине дня, когда нервно звякнул колокольчик и громыхнула входная дверь.

Не поднимая головы, я отметила про себя, что вошедшая женщина явно не в духе и достаточно сильна. Потом краем глаза заметила, что Магда подозрительно вытянулась в струнку. А потом за спиной раздался яростный, визгливый вопль:

– Шлюха! Потаскуха!

Я вздрогнула от ора Галахара. Он орал, как будто его резали. Хотелось заткнуть уши, но я сдержалась и, чтобы не смотреть на него снизу вверх, встала.

Мерзавец воспользовался этим, протянул свою длинную руку – хотел вцепился в мои волосы, но я чудом увернулась. Вот только убегать некуда, я зажата в крохотном закутке.

– Грязная девка! – Он снова попытался добраться до меня. Я прижалась к стеллажу спиной и боялась шевельнуться. От страха перед глазами встала пелена.

– Думала, не узнаю! Да я тебя в порошок сотру, дочь преступника! Ах ты… – Он перегнулся через прилавок, чтобы ударить меня наотмашь, но прежде по залу разнёсся чёткий, жёсткий, суровый голос:

– Довольно!

Я перестала дышать, ожидая, что вот теперь Галахар точно выложит Аарену как на духу мою сокровенную тайну. Однако прежде чем мерзавец успел открыть свой грязный рот, трость с серебряным набалдашником обрушилась на спину Галахара. Он согнулся и завизжал как женщина.

Ему на помощь бросились два бугая. Трусливый Галахар прихватил их с собой, чтобы усмирить Аарена. Но просчитался. Трость пролетела по воздуху, обрушила на первого верзилу пугающего вида, одним махом лишив его всех передних зубов. А затем могучий кулак обрушился на второго, который успел добежать до Аарена.

Верзила сложился пополам и рухнул на пол.

Всё произошло столь молниеносно, что я не успела ахнуть, а Магда даже пискнуть.

Но на этом дело не закончилось.

Аарен дохромал до трясущегося, ссутулившегося, словно побитая собака, Галахара, схватил его за шкирку и поднял в воздух.

– Я