Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая - Ульяна Николаевна Романова

только меня, но и младшего товарища, который, несмотря на мою смертельную усталость и недосып, очень даже взбодрился.

Давно меня девчонки так не заводили.

Да и не смотрел я по сторонам, пока с Викой жил. На нее смотрел, а она — налево.

Впервые за пять лет я осознал, что меня девчонка зацепила. И сильно. Неправильная девчонка, не та, да и время неподходящее.

И пока я переваривал собственные мысли, Кас медленно двигался в сторону Хиросимы, подцепил-таки хвостик зубами, дернул и дунул прочь, довольный своей каверзой.

— Ах ты… Вор! — вспыхнула Серафима, потрясая розовыми ушами. — Леха!

— Что? Кас просто посчитал, что хвостик там лишний, да и сам костюм надо переделать, — хмыкнул я.

— Ах, лишний. Ах, переделать, значит, — зло процедила Юлька, обиженная в лучших чувствах.

— Не злись, Юлек, но юбку надо подлиннее! — Я поднял ладони вверх.

— Хвост верни, блюститель морали, — сквозь зубы процедило кудрявое наваждение моего друга.

— Зачем? Смотри, как хорошо играют, — улыбнулся я и взглядом указал на Хиросиму.

Кас, держа в зубах пушистый хвост, всем видом звал рыжую поиграть: то подбегал к ней и поддразнивал, то отбегал в сторону, припадая на передние лапы, и от счастья вертел всем задом.

Серафима ругалась, но в игру включилась и даже заулыбалась.

Красивая у нее улыбка. И сама она как яркое солнышко в хмурый день. И Каскадер к ней явно дышал неровно. С Викой он так не играл.

С бывшей женой мой пес в принципе контактировал немного, предпочитая компанию меня или Варьки. А Вика всегда ворчала, что его шерсть на всей ее новой брендовой одежде…

— Пришивать сам будешь, я его уже продала, для заказчицы фотки делала, — угрюмо грозила мне Юлька.

— Ну, хочешь, я у тебя его куплю? — предложил я. — Касу вместо новой игрушки.

— Ладно, дарю! Но не тебе, а Касу. И только потому, что в вашей компании он самый симпатичный!

— Да? А я думал, я в нашей паре красивее, — насмешливо ответил я, наблюдая, как рыжая перестала дуться и вовсю веселилась с Касом, играя в догонялки.

Каскадер далеко не убегал, кружа вокруг Хиросимы на расстоянии полуметра.

А я залип на ней.

И я бы еще смотрел, если бы к нам не присоединилась компания из двух придурков, которые сели на лавку и смотрели шоу.

Мне срочно захотелось сломать пару челюстей.

— Кас! — позвал я и протянул руку ладонью вверх.

Пес подбежал и вложил мне в ладонь хвостик.

— Сидеть! Рыжая?

— Что? — отозвалась Серафима.

— Пойдем, домой провожу.

— Зачем? Я сама…

— В таком виде ты никуда не пойдешь, — душевно сообщил я, взглядом показывая на двух озабоченных оленей на лавке.

— Я к Юльке пойду, там переоденусь, — отмахнулась она.

— Значит, провожу до Юльки. А если вы еще раз в таком виде в парк придете — расскажу Миру. Ясно?

— Предельно, — бросила мне рыжая. — Да нормальный костюм, в таких полгорода ходит. И еще откровеннее. Все же закрыто!

— Вперед и с песней! — не стал я продолжать занимательный диалог.

Жестом показал девчонкам, чтобы шли вперед, пристегнул Каса и пошел за ними.

И только у дороги понял, что взгляд мой так и не отлип от того места, откуда оторвали розовый хвостик, который я продолжал сжимать в ладони.

Плохо, Тихий, плохо. Тянет на серьезный залет и разборки с другом.

Мы с Касом проводили двух нимф до Юлькиного дома. Всю дорогу девчонки шли на шаг впереди и о чем-то перешептывались.

Я не прислушивался, другие мысли занимали.

У подъезда обе развернулись, а Юлька вежливо уведомила:

— Мы пришли.

— Идите, — махнул я рукой.

Две пары взгляд проследили за хвостиком в руке.

— Серафима, ты ничего не вспомнила? — напоследок уточнил я.

Просто на всякий случай.

— Нет, но я пытаюсь, правда, — она даже ладонь к груди приложила.

Я перевел на нее взгляд, сглотнул и решил: может, надо меньше работать и начать жить? Развлечься как-то, а то от невинного жеста в стойку встаю.

Кивнул, развернулся и пошел к себе.

Спать!

…Нет, для начала в холодный душ, а потом спать.

Глава 10

Леха

Родные пенаты встретили запахом еды. Мы с Касом переглянулись и дружной толпой устроили паломничество на кухню, где Вареник уже что-то кашеварила.

Запахи — умереть не встать.

— Может, тебя у меня на постоянку оставить? — задумчиво предложил я, когда сестра развернулась в мою сторону.

Кас скромностью не страдал и сразу ткнулся носом ей в ноги, намекая, что он голоден.

Варя достала мешок с его кормом, зачерпнула порцию миской прямо из мешка и поставила перед наглой мордой.

— А ты жди! — отрезала сестрица, сдувая с лица белобрысую прядь.

— Нафига ты покрасилась? — в который раз уточнил я. — Брюнеткой лучше было.

— Захотела и покрасилась, — задрала она нос.

Развернулась и стала перемешивать что-то похожее на мясное рагу.

У меня инфаркт слюнной железы приключился от голода.

— А вот одному тебе точно жить нельзя. Ты с голода умрешь. Или будешь с Касом его кормом хрустеть.

Пес услышал свое имя и «корм» в одном предложении и подозрительно уставился на меня, всем видом намекая, что кормом он делиться не собирается.

— Оставайся! — махнул я рукой.

Налил себе воды и залпом выпил, стараясь заглушить чувство голода.

— Как дела в универе? Никто не обижает?

— Нет.

— А этот ушастый, как там его? — припомнил я.

— Васечкин, — прыснула Варя.

— Васечкин тебя больше не достает?

— В любви признавался.

— А ты? — я поперхнулся воздухом.

— Леша, — укоризненно наклонила она голову вбок, — у него лицо, как будто по нему лопатой долго били, а еще он говорит он только о сексе. Думаешь, меня это волнует? И, знаешь, парни сейчас — обнять и плакать. Алкоголики, криптаны и перекупы. Или эти, которые опасные, что куда деваться. «Не влюбись в меня!» Думал, что впечатление произведет, а нафига он мне нужен, проблемный? Время еще на него тратить.

Варя бурчала, а я хвалил сам себя за то, что когда-то именно так ее и воспитал. Гордой, неприступной и с характером.

С детства знал, что Вареник из парней шнурки будет строгать.

— Я просто спрашиваю, — сдался я. — Блин, Вареник, просто расскажи мне что-нибудь, голову надо занять.

— Проблемы? Опять Вика с этим козлом тебе неприятности генерирует? — занервничала Варя, размахивая в воздухе лопаткой. — Я с ней сама поговорю.

— Так, Варя-воин, не лезь! — потребовал я. — Я сам разберусь. Давай про твои дела, в мои тебе лучше не соваться, помогать еще полезешь, я потом вообще не разгребу.

— Я тебя хоть раз подводила? — обиделась Вареник.

— Что в