Его любимое оружие - Мария Киселева(Литнет)

на звук. Блять, не дай бог Форс сожрал кошку.

Но прибежав в гостиную, мы видим другое. Форс лежит на белоснежном ковре, а на его пасти распласталась кошка, призрачно не давая ему возможность рычать или съесть ее. Он поднимает на меня свои темные глаза и жалобно скулит, пока кошка зевает.

— Я не понимаю, что происходит, но… — берет податливую кошку на руки — Это Хайли. Смотри, она вся белая, но на ушке пятнышко-сердечко и черный хвост. — впервые со вчерашнего вечера улыбается, но затем становится серьезнее и опускает животное — Я опять много болтаю, прости.

— Нет, это и вправду…мило.

Мило? Последнее из возможных слов в моем лексиконе.

Смотрю на пса, севшего около меня. Кажется, обе женщины нас приручили.

Ариэлла готовит зеленый салат, и я пытаюсь всем видом не показать, насколько он тошнотворен, пока она ест его с большим энтузиазмом.

— Так ты не расскажешь, почему согласился на брак? Знаешь, это довольно жутко…ты либо помешан на мне, либо без памяти влюблен. — смеется, опустив голову в миску.

— Я обещал — ты обо всем узнаешь до клятв.

— И я тебе верю, правда. Но мне так интересно. — наклоняет голову и ее пушистый хвостик перекатывается за другое плечо, но взгляд бегает по сторонам.

— Ариэлла. — зову я.

— Мм?

— Посмотри на меня.

Она поднимает глаза и кусает свои пухлые губы.

— Мы можем обо всем забыть.

Говорю это как человек, ненавидящий ее семью, желающий причинить им и ей боль, потому что собираюсь солгать. Я отказываюсь забывать прошлую ночь.

— Это было бы по-детски.

Ариэлле двадцать шесть, мне — тридцать пять.

— Так что да, мне стоит уже переварить случившееся. То есть не просто случившееся, а то, что между нами было. Ты понимаешь, я имею в виду, что между нами была близость… — суетится.

— Секс, чудо. — усмехаюсь — Между нами был горячий секс на барбекю зоне.

Она краснеет до кончиков ушей, словно не просила себя трахнуть.

— Верно.

— Повтори.

— Вчера мы занимались сексом.

— И? — испытываю ее.

Она раздраженно вскакивает и бьет по столу, мы сидим напротив друг друга.

— И… — изгибаю бровь — мне было действительно хорошо, Морган. А теперь мы закроем эту тему.

Черта с два.

— Ложись. — сдвигаю все с длинного стола.

Ариэлла как завороженная забирается сначала на стул, а затем садится на столешницу, перекинув ноги в кедах на мою часть. Все это время она не отрывает от меня глаз.

Легко перемещал ее ближе к своей стороне, чтобы оказаться между ее ног.

— Морган. — с чуть испуганной интонацией.

— Расслабься.

Мне жизненно необходимо доставить моему чуду удовольствие. Ариэллу стоит расслабить после вчерашнего.

Я закидываю ее ноги себе на плечи, скидываю обувь и тяну за штанины. Ее тяжело вздымающаяся грудь и всхлипы подстегивают меня, когда спускаю ее джинсы чуть ниже колен и вновь вижу, насколько Ариэлла мокрая. Для меня. Я чуть отстраняюсь, чтобы полюбоваться этим зрелищем. Блять. Идеально. Так я подумал о ней при первой встрече. О женщине семьи Торрес. Я сильнее сжимаю внутреннюю сторону ее бедра и провожу языком по всей длине. Ариэлла цепляется руками за другую сторону стола, на нем возможно останутся следы ногтей. Ее стоны переросли в настоящий крик — ласкаю пальцами ее клитор при том трахаю языком. Я увеличиваю интенсивность, чтобы получить больше реакции, приблизить ее к удовольствию.

— Морган. — звук моего имени переходит в хныканье.

Она сжимает мои волосы, а мышцы бедер напрягаются.

В сравнении с зеленым салатом вкус Ариэллы — божественное вино, пусть я уже десять лет как не был пьян. Я хочу выпить каждую чертову каплю и вряд ли когда-либо смогу насытиться.

Я скольжу двумя пальцами внутрь и понимаю голову, чтобы видеть Ариэллу.

— Ты такая красивая, мое чудо.

Она смотрит на меня сверху вниз, полуприкрыв глаза от желания. Это окончательно лишает меня рассудка, член уже пульсирует.

Я вставляю пальцы глубже: внутрь, наружу, внутрь…Ариэлла дрожит всем телом, а затем выгибается над столом. Ее мышцы бьются в коротких конвульсиях от мощного оргазма. Она кончает на моих пальцах и на языке. Через несколько секунд ее крики превращаются в хриплое дыхание, девушка растянулась на столе, продолжая дрожать.

— Ариэлла? — поглаживаю ее бедро и помогаю сесть.

Она не сразу фокусирует на мне взгляд, но как только ей это удается, говорит:

— Знаешь, ты официально мой герой.

ГЛАВА 6

АРИЭЛЛА

Происходящее — полное безумие, сон при высокой температуре, галлюцинации во время трипа. Последнее только предположение.

Ни один мужчина не мог подарить мне удовольствие, у Моргана же это в крови, чертов Казанова.

Я отвлекаюсь от этих мыслей и оцениваю реновации в закрытом на неделю Балансе. Здесь все стало куда современнее, новее и ярче, действительно здорово, но пропало что-то…родное. Наверное, это нормальное чувство.

Охаю, когда слышу грохот и звук раскола, это не только легкие горшки, но и мое сердце. Над главным залом висели растения-лозы. Три года назад я сама отщипывала ростки в городском парке, делала расчеты, как надежно и безопасно повесить растения. Теперь они лежат в рассыпанной земле, светлые корни торчат, а витки лоз спутаны и перекошены. Я даже не знаю название этой травы.

— Мисс? — равнодушно рабочий — Нам сказали убрать каждую деталь, которой нет в новом дизайне.

Ну конечно, я его едва согласовывала, но все же принимала участие. И теперь из Баланса уберут девяноста процентов предметов, меня тошнит от этого, но молчу.

— Да, я понимаю, вы выполняете свою работу. Не трогайте их пару минут, хорошо?

Реновации еще не дошли до кофейной стойки, достаю из-под нее самые крупные крафтовые пакеты и осторожно собираю свои драгоценности. Не хочу слушать о помощи рабочих, я сама виновата, что согласилась на это.

Приезжаю и захожу в свою половину дома Моргана. Было принято решение жить у него, большую роль сыграл Форс, которому нужно пространство на улице. Животные разбрелись по своим сторонам, думаю, так безопаснее.

После одинокого ужина я сижу в саду и пытаюсь реанимировать растения. Улыбаюсь домработнице, покидающей дом, и худо заканчивая с лозами. Аккуратно убираю их с тропинки. Не знаю, сколько пробуду здесь, но нужно придумать, куда повесить растения.

Единственная комната на моей половине, в которой горит свет — небольшая гостиная.