Здравствуй, пышка, новый год! - Инга Максимовская

тут и вправду. Так случается, подарки дед мороз дает людям разные. Порой не те, что они просят. Мне он подарил иллюзию того, чего у меня нет, и не будет никогда. Егору – возможность освободиться. – Ваша Дина не умела, да?

– Он у нее получался ужасный. А Барбос просто уже не помнит… Все, что он о ней знает намечтано и додумано. И песню про щенка ему пела няня, а книжку про кролика нарисовала моя мать. Дина предпочитала ему компанию удовольствий.

– Но он же волшебный, – я улыбаюсь, вздрагиваю. Мы давно не проверяли малыша, вдруг он проснулся. Или повязка слезла. – Егор, я схожу, посмотрю Ванюшку.

Он молча поднимается и идет за мной. Я слушаю шаги за спиной, размеренные и спокойные. И точно знаю, что в этом доме все будет правильно, пока его хранит огромный великан.

Глава 13

И вывихнуто плечико у бедного кузнечика…

– А я давно не сплю. Лю приходила, печенье принесла с пожеланиями. Красивое. Но невкусное. И буковки в нем непонятные были. Я знаешь, испугался вставать. Подумал, вдруг ты исчезла, – Ванюшка вдруг обнял меня порывисто и резко, чуть поморщился от боли.

– Я не могла уйти. Мы танцевали, прошептала я в сладкую макушку.

– Папа танцевал? – задохнулся малыш. – Ты точно волшебная.

– Я обычная. У волшебников все правльно, а у меня…. Даже подарка для тебя у меня нет, – вздохнула я. И Дед Мороз из меня получился фиговенький. Даже проклятый ксилофон не уберегла.

– Как это? Ты же мой подарок. Я же загадал? Наш с папой, – улыбка у Ванюшки такая открытая, светлая. А я сама себе становлюсь противной. Приперлась в чужой дом, дала надежду маленькому мальчику. Сама того не желая. И этот бородатый Варвар, который, кстати, копия Дед Мороз, только в молодости. Наверняка добрый волшебник был вот таким: огромным, сильным и бородатым. Только не сломанным… И мне его несказанно жаль, хотя, жалость моя, наверняка, ему нужна, как Бантику пятая нога или второй обрубок хвоста. И во всем виновата только я. Потому что дура невнимательная и растыка. Права моя мама, я только всегда все порчу. И уклад этой волшебной избы я нарушила, вот так просто, потому что…

– Лучший мой подарочек, это ты, – хмыкнул Егор, стоящий за моей спиной. Тоже мне, серый волк. – Слушай, Ника. Или как там тебя…

– Ляся, – ну не дура, а? Нашла кого жалеть. Он же меня проглотит не подавится. А я сижу, сопли развесила.

– Там метель то кончилась.

– Намекаете, что мне пора? – в глазах Ванюшки гаснут искорки. Того гляди заплачет.

– Намекаю, что скоро куранты бить начнут. И предлагаю выйти на улицу и посмотреть, как Дед Мороз летит по небу на санях, из которых ты вывалилась, – он не злой сейчас. Наоборот, в глазах пляшут снежинки, наверное. Искристые и совсем не колючие. Странный он, ночь странная. Только маленький мальчик в этом безумии как оплот нормальности.

– А Ванюшке можно? Ну… После ранения, и вообще, – пролепетала я, не зная, куда деться от этого взгляда мужского. Оценивающего и задумчивого.

– Можно, конечно можно, – заскакал на диване малыш. Он такой красивый и трогательный. Он настоящее чудо, жаль что не мое. И такого счастья у меня не предвидится, если только добрый волшебник, за то что я ему помогала всю эту новогоднюю ночь, не свершит чуда какого-нибудь. Но на это надеяться глупо. Деда Мороза же не бывает.

– Нужно, – пробасил Егор, и натянул на голову подпаленный малахай. Боже. Что у него за тяга к этой шапке ужасной? – Лю, Лю, твою… снежинку. Где ты шляешься? Уволю к чертовой бабушке, – проорал он оглушительно. – Барбоса собери на прогулку. И шапку его фамильную не забудь. Лю…

Тень появилась из воздуха, взяла за руку недовольного мальчика и утащила куда-то. И мне страшно стало, что эта женщина странная его забрала. Захотелось следом броситься. Не понимаю ничего, чужой ребенок, а я готова за ним идти на край света и…. О, нет. Не надо таких фантазий опасных. Бородатый огр утром не превратится в душку принца. И я из тыквы не стану Золушкой. Как это ни прискорбно. Ночь закончится и все закончится. Так и будет.

Я вздрогнула, но не от странно радостного великаньего вопля, а от вибрации телефона в моем кармане. Ну да, я убрала мобильник в карман, чтобы всякие там огры не распоряжались моей жизнью. Я бездумно достала трубку. Нажалана зеленую трубку и…

– Ты где? Что там творится у тебя? – впился мне в ухо голос мамы. Черт, зачем я ответила? Может, был прав хозяин лесной избы, когда отключил мой телефон? Он был точно прав, как это ни погано признавать. – Николетта. Что молчишь?

– Мама, я… так вышло, что я не могу приехать, – я снова мямлю, как и всегда, когда говорю с мамой. Ненавижу себя за это. Но ничего не могу поделать.

– Ты завела мужика? Без брака? Предпочла его общество семье? Так, все, это пора прекращать. Ты катишься по наклонной. И квартиру бабушкину превратишь… В общем, после нового года Дима переезжает в твою нору, а ты будешь жить у меня. Хватит уговоров, мне надоело. Ты непутевая. Превратила бабушкину квартиру в вертеп. Вся в отца своего поганца. Слава богу Димочка…

– Мама, я просто… И квартиру эту мне бабушка… И…

Я жалкая. И сейчас варвар смотрит на меня с жалостью. Пусть засунет свою жалость… Черт. На него то я почему злюсь?

Он куда пошел? Почему так близко сейчас стоит? Он что, все слышал? Черт, я же на громкой связи. Оооо, еще глупее я не могла бы выглядеть.

– Вы что себе позволяете, – зашипела я, вцепилась в телефон, который он легко вырвал из моей руки. – Не смейте, или…

– Или что? Зальешь меня соплями? Или съедешь из своей квартиры? Слушай, ты зубы то хоть раз покажи. Ты же печка, мать твою, а ведеь себя как пирожок с «поветлой», – тихо прорычал Егор, зажав трубку огромной лапищей. Оскалился, приложил мой дурацкий розовый телефон к уху. Аппарат в его руке смотрится словно кукольный, ей-богу.

– Здравствуйте, мама, – рявкнул так, что у меня от страха волосы дыбом встали по всему телу. Псы под елкой зарычали и напряглись. – Мы вот тут решили, что квартира для вашего сына жирновато. Да, мы с Никой. Нет, не Николь, она Ника. Правда? Ну это ничего, решаемо. Так вот, мы решили квартиру то продать. Да. Что? Ну да. Непосредственно под мостом. А что? Куда деньги? Я из проиграю в казино, наверное. Нет? А я в подпольном. Ну и что, что Димочка… Засудите? Да пожалуйста, под мостом то брать все равно с меня нечего.

– Что вы творите? – простонала я, попыталась выхватить трубку у варвара. Который сейчас смешливо зол. Аж кипит как чайник. Он отмахнулся от меня как от мухи, выронил мобильник, который разлетелся на мелкие осколки. Я свалилась на пол на колени и всхлипнула. Нет мне не было жалко телефона. Я вдруг увидела со стороны свою чертову жизнь.

– Я теперь понял, почему ты такая, – рявкнул огр, совсем не зло. – Не рыдай, телефон я тебе куплю, а вот самооценку…

Глава 14

– Вы, вы, ты… Полная шапка… – я задохнулась от яростного негодования. Да кто он такой. Чтобы вот так лезть своими грязными унтами в мою чертову омерзительную жизнь. И самое поганое, что он ведь прав.

– Ну, ну, продолжай, даже интересно, чего я полный малахай, – хмыкнул этот нахальный мерзавец, глаза сузил, и веселится, гад такой, хотя ситуация то совсем не располагает к веселью. Я лично сейчас просто лопну от чувства какого-то идиотского бессилия.

– Злости и ехидства вы полный малахай, – ну вот, я снова блею. Сдулась, как пробитый воздушный шарик. И усталость навалилась, как и всегда, когда я опять не отстояла свои убеждения.

– И чего ты к шапке моей примоталась, не баба? Я то зло, но как бы этого особо и не скрываю. Я не притворяюсь зайкой, и не обманываю глупых печек. А вот