Ищем маму. Срочно! - Саша Черникова

хотелось вызвать у неё отторжение с первых минут совместного проживания. Подумает ещё, что я неряха какой-то, и замуж выходить за меня перехочет. Или цену так взвинтит, что мне мало не покажется.

Когда я лёг в постель, мои девочки уже спали, и слава богу!

Я укрылся одеялом до пояса, чтобы не смущать Диану своими труселями, и с блаженством закрыл глаза. Не было у меня печали, жил себе, не тужил. А теперь целых две барышни в доме, и с обеими надо сю-сю, му-му. Только попробуй что-то не так сделать...

Неужели такой стресс у меня теперь каждый день будет? Как выяснилось, то были цветочки. Что такое настоящий стресс, я познал уже ночью.

10. Марк

10. Марк

Засыпал, любуясь нежными чертами Дианы. Такая красотка в моей постели...

Повезло мне с женой, пусть и с фиктивной. Если бы не ребёнок, я бы дал жару!

Если бы не Машенька, то и Дианы бы тут не было. И вообще, у нас с ней договорные отношения, нужно закатать обратно губищи, чтобы не расстраиваться потом, что она меня послала.

Не знаю, сколько прошло времени, как я уснул, когда рядом со мной раздалось громкое:

– Уа-а, у-а-а!

Спросонья не понял сначала, что к чему, перепугался даже немного. Вскочил с кровати как ошпаренный, и только потом вспомнил, что у меня ребёнок дома.

– Машуня, ну ты чего? – сонно пробормотала Диана, тоже проснувшись. Ещё бы ей не проснуться, Машенька орала так, что весь район, наверное, разбудила своей сиреной. – Господи, почему вы в трусах? – сморщилась девушка, мазнув по мне взглядом.

– Это всё, что тебя волнует? Могу снять, – недовольно буркнул я, но штаны натянул на всякий случай, а потом и футболку.

Девочка всё плакала и плакала. Мы проверили памперс, попытались её покормить ещё раз, потом около часа укачивали по очереди на руках – ничего не помогало.

Я был в полнейшем отчаянии, встревожился не на шутку. Что с ребёнком? Может, она заболела?

– Я вызываю скорую! – не выдержал я. – Подержи её, пока звоню! – вручил орущую девчушку Диане.

– Думаешь, Машенька заболела? – перепугалась она не меньше моего. Взяла ребёнка на руки, да как заревёт тоже. – Это ты во всём виноват! Мы ребёнка угробим, и нас в тюрьму посадят!

Теперь у меня в доме были две ревущие девочки!

Я за голову схватился, не зная, кого первее успокаивать. И как?

Потом взял себя и мобильник в руки и принялся звонить в неотложку. Пришлось выйти в коридор, потому что из-за плача ни фига не было слышно. Диспетчер сказала мне ожидать, и счёт пошёл на секунды.

Даже возвращаться в спальню было страшно. Они же там обе ревут?

Потом собрался и пошёл успокаивать обеих. Сел рядом с Дианой, забрал у неё Машеньку, а её саму обнял свободной рукой.

– Дианочка, не плачь, – пытался я приободрить девушку, как умел. – Сейчас скорая приедет, и всё будет хорошо!

Господи, я и сам был готов разреветься от бессилия. Бедные мои девочки! Я впервые видел, как плачет моя помощница. Она всегда держалась молодцом, словно железная леди, а теперь ревёт не хуже ребёнка. Конечно, это я виноват, что она плачет, ведь это я приволок домой младенца, а её перед фактом поставил, даже не посоветовавшись с ней.

Пусть она и согласилась мне помогать только из-за денег, плакать ей я запретить не могу. Думал всегда, что я мразь, а сейчас мне сердце рвали на куски и без ножа резали прямо по живому какие-то девчонки!

Через сорок минут ада приехала скорая. Увидев врачей, Диана немного успокоилась, но шмыгать носом не перестала. Пока осматривали Машеньку, я ходил, как заведённый, из угла в угол и молился только об одном – пусть с ней всё будет хорошо, пусть это будет что-то несерьёзное, а не рак или что-то такое же ужасное и неизлечимое.

Задав несколько вопросов нам с Дианой, врач помассировал животик Машеньки и вынес свой вердикт:

– У малышки обычные колики. Смените смесь и капельки попейте.

– И всё? – удивился я. – Вы уверены?

Разве может ребёнок так орать из-за каких-то колик? Надо было в платную больницу ехать. Что с этих бюджетных докторишек возьмёшь? Они же за три копейки работают.

Хотя бы ребёнка успокоили, и на том спасибо!

– Мужчина, вы меня удивляете! – возмутился врач. – Вы как будто первый день, как папашей стали? Ну, а вы, мамочка? – он цокнул языком и осуждающе покачал головой, заставив Диану смутиться и снова расплакаться.

Я его убить был готов за это. Чего он до Дианы докопался, сволочь?

Впрочем, таким говном, как сейчас, я себя никогда не чувствовал. Надо литературу какую-то на досуге почитать про малышей, что ли.

Скорая уехала, Машенька начала дремать, и мы с Дианой тоже. Я так обрадовался, что всё обошлось, что я не живодёр, а наша дочь не умрёт, что спать захотелось пуще прежнего.

– Иди в аптеку, Марк! Ты чего разлёгся? – зашипела на меня Диана, стоило мне устроиться удобнее на кровати.

– Я?

– Ну, не я же? Ночь, вообще-то!

– Прямо сейчас? Может, утром сбегаю?

– Машенька скоро кушать захочет. Чем мы её кормить будем? Хочешь, чтобы она опять плакала?

Конечно, я этого не хотел, поэтому молча собрался и пошёл искать аптеку. Я в ней не был никогда – водитель мой Сеня ездил, если мне что-то нужно было. Не стану же я его среди ночи будить? Ему за руль завтра, меня возить. Пусть выспится хоть кто-то этой ночью.

Побродив ещё около часа, я нашёл аптеку и купил всё, что было нужно. Слава богу, в наличии была и смесь, и капельки.

Только задремал снова, будильник зазвенел. Господи, я только что глаза закрыл!

Громкость на телефоне я, естественно, забыл убавить, поэтому проснулся не только я, но и Машенька с Дианой.

Приготовил новую смесь для малышки, выкинув старую за ненадобностью. Пока такая же невыспавшаяся, измученная Диана кормила Машеньку, я кое-как собрался на работу.

Как же я был рад, что у меня она есть! Поскорее бы на неё свалить из этого дурдома!

Наспех рассказал Диане, где и что находится, пообещав прислать ей на подмогу няню. Повар уже пришла и вовсю готовила завтрак, так что