Оркестр - Мира Форст

− Да были признаки, просто он маскировался тщательно, − припомнил я несколько случаев странного поведения со стороны Ефима.

− Будем спасать, − сильно встряхнул Олег товарища.

Спящий лишь причмокнул и продолжил спать дальше.

Олег стал трясти его еще сильнее. Ефим распахнул глаза, непонимающе оглядел нас, затем расплылся в безумной улыбке, скрючил пальцы правой руки и саданул ими по лицу Олега.

− Обезьяна меня нашла, − хохотал Ефим, − А я обезьяне не сдамся.

− Сейчас я тебе покажу, кто тут обезьяна, − вызверился Олег.

Он грубо схватил парня поперек туловища и потащил в ванну. Тот пытался сопротивляться, но барабанщик намного превосходил его по силе. Уже через пару минут, Ефим стучал зубами под холодным душем. А после чашки крепкого кофе, его взгляд приобрел осмысленное выражение.

С трудом разместившись на маленькой кухне, мы какое-то время молчали. Ефим тоже не торопился каяться.

− Что будем делать? – начал разговор Олег.

− Парни, я в порядке.

− Ты совсем не в порядке, − сурово произнес Савелий. – И ты подвел группу.

− Простите. Сорвался. Друга из прошлой, доармейской жизни встретил. Он предложил, а я не удержался.

− Какой он тебе друг, если наркоту предлагает? – грозно смотрел я на Ефима, хотя в душе жалел его.

− Простите, − опять извинился он. – Этого больше не повторится.

− Мы поверим тебе единственный раз. А эту дрянь уничтожим, − потряс найденную под кроватью коробку Олег.

− Хорошо, − совсем нехорошо смотрел Ефим на коробку. – Только Антонине Васильевне не говорите ничего.

− Что еще за Антонина Васильевна? – удивился Савелий.

− Бабуля, соседка по квартире, − разъяснил Ефим. – Она хорошая, не хочу, чтобы волновалась зря.

− Не скажем, − пообещали ему.

После этого случая мы внимательно следили за Ефимом, старались не оставлять его без присмотра, и какое-то время нам казалось, что все под контролем. До того момента, как нас пригласили выступить на большой концертной площадке.

− Парни, − заглянул однажды к нам в гримерку администратор «Демонического ангела», − сейчас на сцене «Биты». Их фронтмен, Архип Торопов, хотел с вами пообщаться. Дождитесь его.

Группу «Биты» мы уважали. Музыканты, чьи песни неизменно становились хитами, добились славы исключительно упорством и трудолюбием. Они гастролировали с концертами по всей стране, а совсем недавно их пригласили выступить за рубежом на одной из крупных площадок.

− Ребят, у «Битов» через две недели выступление в «Галактике». Коллектив, который должен был выступать у нас на разогреве, отвалился. Их солист разбился на мотоцикле и находится в реанимации. Мы посовещались со своим менеджером и хотим пригласить вас, − объяснил Архип свой интерес к «Оркестру».

− Это же круто! – не удержался Савелий.

А когда Архип озвучил гонорар, не удержались от возгласов и все остальные.

Определенно, нам еще стоит поучиться выдержке и набиванию себе цены.

И вот мы на сцене концертного зала «Галактика». Пятнадцать тысяч зрителей. Наэлектризованная атмосфера. Адреналин растекается по венам.

Удивительно, но в зале находились не только поклонники «Битов». Тут были и те, кто уже знал именно «Оркестр» и скандировал название нашей группы. В первых рядах танцевальной зоны одна девушка держала приделанный к небольшому шесту самодельный плакат с фотографией Кирилла. Я узнал ее. Дочка Владимира Сергеевича, преподавателя из музыкальной школы. Между танцполом и рядами кресел, уходящих высоко вверх, располагалась стойка для фотографов и видеооператоров. Там уже приготовилась к съемке Катя Скворцова. Сейчас ее коротко стриженный ежик волос был выкрашен в зеленый цвет, поэтому девушку нетрудно разглядеть среди коллег по цеху. А неподалеку от нее расположилась Галя. В отличие от сестры Савелия, держащей фотоаппарат в руках, моя подруга установила камеру на штатив, всячески демонстрируя, что она находится тут не просто так.

За пару дней до концерта у нас с Галей произошла размолвка как раз из-за съемки. Мы пристроились у барной стойки «Демонического ангела», где с любопытством наблюдали за барменом, жонглировавшим бокалами.

− Галя, для проведения съемки между музыкантами, телеканалами и прессой подписывался коллективный договор. «Оркестр» дал разрешение на размещение своих фотографий, сделанных Екатериной Скворцовой, − предупредил я ее.

− Рома, ты не можешь так поступить со мной! – пнула она ножкой, обутой в туфлю на высоченной шпильке, табуретку, на которой устроился я. – Почему я не могу фотографировать своего парня!?

− Можешь. Но не для размещения в прессе.

− Но это же мой заработок!

− Галь, не сердись, − попытался поцеловать я ее.

Но девушка увернулась, поднялась с вертящегося табурета и ушла от меня. Не стал ее догонять. Пусть успокоится.

− Я все равно там буду! – явилась она ко мне домой следующим вечером. – Мне разрешили фотографировать «Битов»!

Галя выглядела такой самодовольной, что я засмеялся. А еще она пришла в кофточке с глубоким вырезом и неприлично короткой юбке. Я понял, что она пришла мириться.

В «Галактике» нам предстояло исполнить пять своих песен. Это двадцать минут времени. Удастся ли удержать внимание публики? Все-таки это не клубная сцена, а большая концертная арена.

«Звездное небо», одна из первых и самых моих любимых песен. Мой хрипловатый голос усиливается мощными гитарными партиями Савелия. Зал бурно аплодирует. Вторую песню «Берегись» принимают также хорошо. Следующая, «Магнат», неподражаема за счет виртуозной игры Ефима. И вот тут у нас происходит сбой. Когда в мелодию вступают ударные, Ефим… сваливается в оркестровую яму. В зале воцарилась тишина. Олег не видит, что произошло, и продолжает стучать барабанными палочками. Кирилл за синтезатором тоже не останавливается. Водится за ним такая особенность, во время игры смотреть лишь на клавиши. У меня перехватило дыхание и только я собираюсь бежать к оркестровой яме, как оттуда показываются мощные руки одного из секьюрити. На вытянутых руках он кладет невредимого Ефима на сцену. Тот улыбается, крепко прижимая к себе гитару. Я понимаю, что он под кайфом.

Зал взорвался бурей эмоций. Либо публика радовалась, что гитарист остался невредим, либо решила, что так было задумано. Хорошо, что у Ефима хватило мозгов подняться и продолжить игру. Мы доиграли «Магната», исполнили «Легкодоступные девушки». После последней песни «Посвящение матерям» нас накрыло оглушительными овациями.

− Боюсь, вы нас переиграли, − за сценой дружелюбно пожал мне руку Архип.

− Только не в этот раз, − кивнул я в сторону нашего ритм-гитариста.

− А разве так не было задумано? – удивился солист «Битов».

Неопределенно пожал