Снежинка для шейха. Украденная дочь - Роза Александрия

я отбираю девушек в гарем хозяина! — гордо заявляет женщина. — Но тебя бы я не выбрала! Ты слишком худая и бесцветная! Погоди, я еще выясню, действительно ли Карим тебя захотел или это все твои проделки!

— Какие еще проделки? Я сюда не хотела! Меня похитили! — обессиленно выкрикиваю я.

Я так устала, что у меня не осталось сил даже стоять. Мне хочется упасть прямо тут и уснуть навсегда.

— Ага, как же! К Кариму хотят все! Не прикидывайся бедной овечкой! Сумку можешь не брать, все равно тебе выдадут новые вещи!

Хафифа пинает мои вещи башмаком и хмурится.

— Ладно, пошли!

Меня приводят в огромную комнату, где из-за пара практически ничего не видно. Чуть пройдя, я замечаю большие купальни с водопадами и живыми цветами. От бурлящей воды исходит пар, а вокруг пахнет цветами и влагой.

Если бы не ситуация, мне бы понравилось это место. Но я оглядываюсь на женщину из-подо лба и тихо вздыхаю.

— Нечего сопеть, полезай в воду! — бурчит она. — Одежду давай сюда, я сразу выброшу!

— А что мне надеть? — спрашиваю я, оглядываясь в поиске халата.

— Ох, зачем только хозяин тебя взял? Глупая как чайка! — недовольно шипит Хафифа. — Я же сказала, все выдадут! Сейчас позову одалиску, она тебе поможет!

С этими словами женщина удаляется, а я нехотя стягиваю с себя одежду.

Помыться и правда очень хочется!

Аккуратно попробовав воду пальцами ног, я спускаюсь по гладким ступеням в одну из купален и тут же слышу торопливые шаги за спиной.

Вижу перед собой девушку, низко опустившую голову.

— Я Леция. Меня прислали вам в помощь! — сообщает она по-русски, так и не глядя на меня.

А их здесь много, оказывается. Тех, кто понимает мой язык.

Это потому, что Карим специально таких отбирает?

— Мне не нужна помощь… — выдыхаю я, но девушка уже подходит ко мне и берет в руки длинные волосы. Налив на них приятно пахнущей жидкости она намыливает их и аккуратно массирует.

Я уже не сопротивляюсь.

Вымыв голову, она помогает мне сполоснуться, а потом убегает за одеждой.

Развернув сверток, я вижу длинное платье из шелка, нежно-голубого цвета и серебряный поясок к нему.

Из обуви мне предложили кожаные туфельки без задника.

Надев все предложенное, мы идем в комнату, где меня ждет Хафифа.

Ее вид уже не такой недовольный как был вначале, но все же настороженный.

— Я поговорила с хозяином. Он действительно тебя купил! Правда я до сих пор не понимаю зачем. Вот ты вроде чистая, но красоты это тебе не добавило! — едко замечает она и поворачивается к Леции. — Ты можешь быть свободна! Я все сама объясню!

Я прохожу в комнату, отделанную пестрыми коврами и шторами и становлюсь посередине.

— Как тебя зовут?

— Снежана… — отвечаю я тихо.

— Значит так, Снежана! Мне не нужно с тобой проблем! Ты будешь слушаться меня и хозяина. Все, что я тебе скажу — выполнять сразу! А слово хозяина — вообще неприкосновенный закон. Поняла?

— Да! – киваю я, опуская голову.

— К тебе будет приставлена — Скажите, меня сегодня позовут к нему в спальню?

Этот вопрос мучил меня с самого приезда, и сейчас я просто не могу молчать.

Я поднимаю взгляд на женщину, а та начинает смеяться. Так зло и противно, что у меня бегут мурашки по коже.

— Ну ты и спросила! Вполне возможно, Карим к тебе вообще не прикоснется! У него двадцать наложниц! И одна красивее другой! Поверь, он забудет о тебе уже сегодня ночью, в объятиях одной из девушек!

Я выдыхаю с облегчением, но Хафифа сбрасывает на меня очередную новость.

— Но прежде чем ты вообще покажешься на глаза хозяину, тебя нужно осмотреть! Сегодня придет повитуха, она осмотрит тебя! Если ты порченая…

— А если хозяин так и не обратит на меня внимания? Меня отпустят домой?

— Нет! — отрезает женщина. — Если за девять лет он ни разу к тебе не притронется, то ты станешь одной из служанок. Вроде Леции.

С этими словами Хафифа удаляется, закрывая за собой тяжелую двустворчатую дверь.

Я оглядываюсь и, увидев большую кровать, падаю на нее, умываясь слезами.

Мне не выбраться отсюда. Я даже не знаю как добраться до рынка и кто такая та женщина, которой я отдала свой паспорт.

Сама того не понимая, я исключила возможность побега для себя навсегда. Не знаю сколько я плачу, но вскоре дверь открывается и на пороге показывается еще одна девушка с подносом в руках.

Не глядя на меня, она ставит поднос на столик и молча удаляется.

Я сначала не хочу притрагиваться к еде, но учуяв запах горячего, все же решаюсь. Нужно набраться сил. Мне не станет легче, если я потеряю сознание прямо перед Каримом.

Поужинав, я отставляю поднос и подхожу к окну. Красивый двор уже утопает в темноте, но все же у меня получается рассмотреть бьющий фонтан, обвитый розами, окошки других спален, занавешены разноцветными шторами и множество башенок, выглядывающих то тут, то там.

Я оглядываюсь и вижу зеркало. Подойдя к нему, я впервые оглядываю себя с головы до ног. Красивое, довольно скромное голубое платье немного велико мне в груди, но довольно хорошо смотрится на мне. Волосы уже высохли и теперь лежат на плечах небрежными волнами.

Если бы не заплаканные глаза, я действительно бы себе понравилась.

Тут дверь комнаты открывается и на пороге появляется угрюмая женщина, очень маленького роста.

Врач…

— Тут! — указывает она мне на кушетку и я безропотно ложусь туда.

Ну вот, сейчас меня снова будут осматривать самым постыдным образом.

Глава 7

Глава 7

Врач молча осматривает меня, а потом так же молча и хмуро моет руки в тазу.

Как только она встает с кушетки, я натягиваю платье и закусываю губу, чтобы не разреветься.

Врач же просто кидает на меня недовольный взгляд и уходит, а я отворачиваюсь к стене и даю волю слезам.

Незаметно приходит утро. Я просыпаюсь на той же кушетке, где уснула вчера от громкого покашливания.

Вскакиваю, поправляя помятое платье и смотрю на злую Хафифу.

— Действенна, значит! Уж точно не думала!

— К сожалению… — шиплю я сквозь зубы.

— Поздравляю, ты не отправишься в бордель!

Я молчу, громко дыша. Лишь бы не сказать чего-то такого, за что потом накажут.

— И что теперь? — спрашиваю я.

— Пошли! Нужно сделать из тебя подобие человека, а не бледной моли!

Хафифа фыркает, и идет с комнаты, но я остаюсь стоять на месте.

— Я и так выгляжу хорошо! Или вы меня намажете сажей, чтобы я была похожа на одну из вас? — рычу все же я, не выдержав.

— Надо будет — намажем! — огрызается та и хватает меня за