Вирджиния Лавендер - Непрошенный гость

– Делаешь покупки? Успешно? Светильник просто чудесный…

Странно знакомый мужской голос неожиданно раздался прямо над ухом. Луиза даже подпрыгнула от неожиданности, но потом взяла себя в руки и оглянулась.

– Джеймс! А ты здесь с какой целью? – удивилась она, разглядев в оживленной толпе покупателей мощную фигуру своего нового знакомого.

– С той же, что и все остальные, – весело улыбаясь, ответил полицейский. – Пришел развеять дурное настроение.

– На распродаже?

– А где же еще? Может быть, прикажешь в цирк идти или в кино? Там, честное слово, ужасно скучно. К тому же цирка-то в вашем городишке нет.

– А здесь весело?

– Ну конечно. Посмотри, сколько вокруг интересных вещей. И у каждой – уже какая-то история.

Похоже, Джеймс искренне наслаждался этой пестрой толчеей и оглушительным шумом, окружавшим их со всех сторон. Слегка прищурившись, он с великим удовольствием созерцал почти новый пузатый шкафчик для посуды, который под толстым слоем лака был такого бодрого желтого цвета, что у Луизы даже в глазах зарябило.

– Вот эту штуку я бы купил, – с некоторым сожалением заметил Джеймс. – В точности такой же шкафчик имелся у моей бабушки. Я лазил туда в детстве за вареньем и пастилой, как сейчас помню. Ох и отлупила она меня как-то раз, поймав на месте преступления…

– И об этом рассказывает полицейский, хотя бы и бывший, подумать только! – немедленно фыркнула Луиза, пытаясь одновременно поддерживать непринужденный разговор и разглядеть свое отражение в крохотном потускневшем зеркале, вделанном в этот самый шкафчик: как-то внезапно она почувствовала необычайное беспокойство по поводу своей прически и одежды.

Странно, что этот Джеймс Митчелл оказывает на окружающих такое влияние. Сам-то он, ясное дело, о прическе не особенно заботится – просто стрижет волосы как можно короче, вот и весь уход. И опять нацепил рубашку необычайно веселой бирюзовой расцветки, на сей раз с изображением пляшущих дельфинов. А из расстегнутого ворота рубашки непринужденно выглядывает краешек белой майки.

Да, Джеймс, по всей видимости, не из тех людей, которые даже спать ложатся в английских костюмах и не мыслят своей жизни без рубашки от Хьюго Босса с запонками от Тиффани… Хотя, может быть, ему просто до смерти надоело носить форму или что-то в этом роде…

Что же такое в нем есть, в этом бывшем полицейском, приехавшем из Флориды, что заставило меня проникнуться к нему мгновенной симпатией и даже озаботиться своим внешним видом? – подумала Луиза. Вот, случайно ведь встретились на дурацкой ярмарке вещей, а мое сердце уже бьется быстрее, а губы сами собой складываются в улыбку.

Можно подумать, что мне опять шестнадцать лет и я совсем-совсем не знаю мужчин…

Может быть, в этом виноваты веселые лучики-морщинки в уголках глаз Джеймса? Или его спокойная и непринужденная манера общения? Знакомые мне мужчины обычно вели себя совершенно иначе.

Эти самые мужчины обычно пытались всеми правдами и неправдами выяснить, не готова ли одинокая женщина к какому-нибудь любовному приключению, для чего постоянно норовили рассказать неприличный анекдот или просто нависали над бедняжкой, как водонапорные башни, неизменно вторгаясь в ее личное пространство и доводя этим до белого каления. Они были нудными, самовлюбленными, скучными до оскомины и наводили жуткую тоску даже на самих себя.

Джеймс же никакого амурного интереса не проявляет, просто стоит, небрежно опершись на тот самый ярко-желтый шкафчик, вызвавший у него столь ностальгические воспоминания, что-то непринужденно говорит, рассеянно улыбается, не переставая оглядывать все пространство ярмарки вещей – должно быть, профессиональная привычка.

Похоже, я его совсем и не интересую, он просто рад поболтать со случайной знакомой, так же случайно встреченной в интересном месте.

Да, и все-таки злосчастная прическа оставляет сильно желать лучшего… Отчего же, выходя из дому, я не удосужилась соорудить из своих в общем-то длинных и красивых волос что-нибудь приемлемое, а просто небрежно сколола их в конский хвост какой-то идиотской и невзрачной пластмассовой заколкой.

Внезапно Луизе снова до слез стало жалко себя. Почему, ну почему всегда так получается: только встретишь интересного, приятного во всех отношениях мужчину – и тут же оказывается, что или колготки порваны, или одета кое-как, или прическа никуда не годится… Что за отчаянное невезение!

А ведь могла бы накраситься, разодеться как картинка и выглядеть просто великолепно, по крайней мере не хуже, чем Лилиан в ее обтягивающих твидовых брюках и розовой блузке, которая так отчаянно не сочетается с рыжими волосами… Хотя ей непостижимым образом такой наряд к лицу.

Неумолимый внутренний голос не преминул заметить, что выглядеть хорошо нужно всегда, даже дома с утра в собственной спальне, тогда, по теории вероятности, даже когда на дороге жизни повстречается тот самый интересный и привлекательный мужчина, велик шанс оказаться во всеоружии и сразить его своей красотой наповал. А не повстречается, так что ж, разве самой не приятно полюбоваться на свое отражение в зеркале?

Луиза привычно заглушила и без того негромкие речи внутреннего голоса и немедленно скисла. Если нет красивой прически, значит, жизнь не удалась, что тут говорить! Нужно быстренько исчезнуть – может быть, в другой раз повезет больше…

Луиза уже изобразила на своем огорченном личике извиняющуюся улыбку и начала было потихоньку отступать от груды вещей, рядом с которой остановился Джеймс, ничего не подозревающий о душевных терзаниях своей знакомой, но тут из недр мебельного завала вынырнула Лилиан. Всегда она не вовремя!

– Ты еще не потерялась, моя дорогая? – начала было подруга и тут же углядела зорким глазом смирно стоявшего Джеймса. – Ух ты, а это кто? Ну-ка познакомь!

– Джеймс Митчелл, он недавно приехал в наш город из Флориды, – кислым голосом промямлила Луиза. – И сразу же спас меня от сотрясения мозга и газовой гангрены. По крайней мере, он так считает.

– Неужели? И как это я ничего не знаю? – вполне резонно удивилась Лилиан, с которой Луиза обычно обсуждала все события своей монотонной жизни.

Действительно все, даже самые незначительные, вроде появления пары разбойничающих опоссумов в ее аккуратном садике и разорения оными опоссумами мусорного ведра. Вот уж было разговоров на всю неделю… Однако про свое неожиданное и бурное знакомство с Джеймсом Луиза почему-то предпочла промолчать.

– Как-то к слову не пришлось, – нехотя промямлила она. – Вот встретились тут случайно. Джеймс, позволь представить: моя лучшая подруга Лилиан. Мы вместе работаем.