Ненси Фрэзер - Незадачливый ухажер

Подбежавший к ним Пайк потянулся к пистолету, но Дэйн, извернувшись, уже был наверху. Борьба длилась еще несколько секунд, и в конце концов преступник обессиленно распластался на асфальте.

— Скажи маленькой… — В следующее мгновение он уже закрыл глаза и захрапел.

— Молодец девчонка, до чего додумалась!.. — пробормотал Пай к.

— Я бы не хотел, чтобы роль Джесси в этой истории стала известна широкой публике и журналистам, — твердо сказал Дэйн.

— Но…

— Ты слышал меня. Этот парень угрожал Джесси. Я не хочу, чтобы его дружки решили отомстить.

Пайк кивнул.

— Теперь давай свяжем их и передадим полиции штата.

— Ты куда-то торопишься?

Дэйн посмотрел на часы и покачал головой:

— Я уже опоздал на ужин.

— К Джесси? — поинтересовался его помощник.

— Нет, к Абелю и Эрлин.

— Жаль.

«Да, жаль». — согласился про себя Дэйн.

Дэйн встал под душ, с удовольствием подставляя тело обжигающе горячим струям воды. Он хотел позвонить Эрлин и извиниться за свое отсутствие, но сначала надо было смыть с себя дорожную грязь.

Поимка преступников, заполнение бесконечных бумаг и передача беглых заключенных полиции штата не оставили ему времени для звонка.

Дэйн наклонил голову под воду и закрыл глаза. Его мысли тут же вернулись к Джесси. Он вспомнил их поцелуи — его мгновения в раю. Он мог бы целовать ее часами, если бы не служебный долг.

«Лжец, — оборвал себя Дэйн, — твои обязанности могли бы и подождать. Ты просто запаниковал, вот и все».

Он покачал головой в молчаливом отрицании.

«Она же не Мэрилин, — подсказывал ему внутренний голос. — Джесси очень нежная. Невинная. Джесси никогда не бросит тебя ради работы в Нью-Йорке».

Может быть, и нет, но она не останется здесь навсегда. Она сама сказала, что уедет из Брант-Милза, когда закончит свою кулинарную книгу.

— Мне очень жаль, — отозвалась Эрлин в ответ на его извинения, — мы так хотели увидеть тебя. И должна сказать, ты пропустил отличный ужин.

— Я…

Но тут Эрлин оборвала его:

— Джесси приготовила необыкновенный десерт. «Карамельно-яблочный сюрприз», так он называется.

— Джесси была у вас? — удивленно спросил Дэйн.

— Она все еще здесь. Мы как раз думаем, не выпить ли нам еще по чашечке кофе. Может, ты присоединишься к нам?

— Ну…

«Иди к ним, — настаивал его внутренний голос. — Ты же хочешь этого».

— Разумеется, — сказал Дэйн, — буду через десять минут.

Яркий свет струился из окон дома Паттерсонов, освещая всю улицу. Дэйн решил прогуляться пешком, а в результате прошел почти километр всего за пять минут. Дверь ему открыла Эрлин.

— Я так рада, что ты пришел, Дэйн.

Дэйн прошел за ней в гостиную. Абель уютно устроился в кресле и внимательно слушал женщину, которая сидела на софе рядом.

Джесси!

Джесси с Абелем с интересом разглядывали какие-то буклеты с заманчивыми пейзажами.

— Я бы очень хотела побывать там, — услышал Дэйн ее голос.

«Куда ты собираешься, Джесси? Как долго нам еще оставаться рядом?»

Ома подняла зеленые глаза от ярких обложек, и они загорелись уже знакомым Дэйну огнем.

— Привет, — пробормотал он, жалея, что не может придумать что-нибудь пооригинальнее.

— Привет, — ответила она тихо.

— Абель, — Дэйн кивнул хозяину, — как прошел ваш отпуск?

— Отлично, Дэйн. Рыбалка — лучше не бывает.

— Надеюсь, ты принес пару рыбок для тех, кто не может найти время отдохнуть?

Через час Дэйн проводил Джесси к двери ее квартиру. Его рука по-хозяйски лежала у нее на плече.

— Твой «Карамельный сюрприз» был восхитительным, Джесси.

— Спа…

Прикосновение его губ заставило ее замолчать. А когда он добавил: «Но не вкуснее, чем ты сама», — Джесси растаяла, как карамель в ее рецепте.

— Дэйн?

— М-м?

— Что ты имел в виду, когда говорил, что наши поцелуи слишком правильные?

Дэйн обхватил ее руками за талию и притянул к себе. Джесси в ответ обняла его за шею.

— Я не знаю, Джесси, что в тебе такого особенного. Я только знаю, что хочу обнимать тебя, целовать и…

— Заниматься со мной любовью? — с надеждой спросила Джесси.

— Э-э, — промямлил Дэйн, — и заниматься любовью.

— Но не до конца? — догадалась Джесси.

— Джесси, — прошептал он, кивнув в сторону лестницы, — сейчас не самое подходящее время или место, чтобы обсуждать…

— Ты можешь зайти, — предложила она.

— Нет, не могу.

— Не можешь?

— И не буду! — твердо сказал он.

— Почему?

— Потому что я не доверяю себе.

— Но я тебе верю.

Ее глаза подсказали ему, что она готова заняться с ним любовью прямо сейчас и по собственной воле отдать ему то, что, как он знал, она до сих пор не дарила ни одному мужчине.

— Не стоит доверять мне.

Его слова заставили Джесси занервничать.

— Почему?

— Потому что я хочу тебя.

— А я хочу тебя, — призналась Джесси.

— Извини, Джесси, но я не готов к серьезным отношениям. — «Как бы сильно я ни был влюблен».

Джесси расправила плечи и в отчаянной попытке сохранить хоть немного гордости тихо сказала:

— А я и не говорила о чем-то «серьезном».

Дэйн не мог не восхититься ее мужеством. Он чуть наклонил к ней голову:

— Я старомоден, Джесси, и считаю, что некоторые вещи лучше сберечь до медового месяца.

— Некоторые вещи?

— Твою невинность и мой рассудок.

— Но…

Он прижал палец к губам Джесси, заставив ее замолчать.

«Когда-нибудь я потребую у тебя очень много, Джесси. И получу это все».

На следующее утро Джесси отправилась в городскую школу. Ее там уже ждали Карен и два учителя начальных классов — Салли Паркер и Ральф Спаркс. Позже должны были подойти трое студентов-добровольцев.

— Доброе утро, Джесс, — приветствовала ее Карен. — Хочешь кофе с пончиками?

— Угощайся, — сказала Салли Паркер. — Мы только приступили к составлению расписания занятий для детей.

Ральф Спаркс добавил:

— Пока мы сошлись только на обучении плаванию. Карен настаивает на прикладном искусстве и требует себе помощника.

— И мне тоже в мой класс для уроков по домоводству, — сказала Салли.

— Но у нас есть деньги только на трех студентов. Вам с Джесси придется делить одного на двоих, — сказал Ральф. — А чем бы ты хотела заняться, Джесси?

Джесси бросила встревоженный взгляд на Карен и, ободренная ее кивком, сказала:

— Спортивной гимнастикой.

— Я так понимаю, у тебя есть некоторый опыт? — с любопытством спросила Салли.