Джуди Кристенбери - В безотчетном порыве

— Иногда. И особенно в непогоду — бывает, так хочется назад домой. Но мне нравится мое дело.

— Наверное, это главное.

— А ты чем занималась?

— Я работала специалистом по связям с общественностью. И мне это нравилось, хоть больших денег там и не заимеешь. А потом в целях экономии руководство распорядилось сократить эту должность.

— А где именно ты работала?

— В страховой компании. — Она рассмеялась, увидев, как он завращал глазами. — Я же сказала, что эта работа не была денежной, но… мне нравилась.

Брэд помолчал, потом произнес:

— В качестве домработницы ты должна будешь заниматься детьми, готовить, стирать и делать уборку в доме. Не возражаешь против таких обязанностей?

— Все то же самое я всегда делала дома, кроме основной работы в офисе.

— Разве мама тебе не помогала?

— Помогала. Но после рождения Дейви она начала пить вместе с моим отчимом. А потом вообще бросила заниматься домом.

— Наверное, трудно было…

— Потому-то место домработницы кажется мне прекрасным. Я все это умею делать.

— Да. Но если это окажется тебе не по силам, дай нам знать.

— Все будет в порядке.

Брэд прожевал кусок мяса и сказал:

— Похоже, ты понадобишься на ранчо не только на три месяца. Не возражаешь?

— Не возражаю. Хорошо, если дети останутся в этой школе подольше.

— Ну и отлично. Наверняка Эбби понадобится помощь. Мама говорит, что после рождения близнецов выздоравливать придется долго.

— У твоей мамы были близнецы?

— Нет, зато ей пришлось воспитывать шестерых детей. По-моему, это ничуть не легче.

Она снова рассмеялась:

— Если не еще тяжелее. Расскажи мне еще о своей семье.

— Ну, Джулия — единственная девочка, она живет в Шайенне. Чарли учится в колледже. Мэтт и Джейсон живут с мамой и Майком. Они все еще учатся в школе. — Он покачал головой и улыбнулся: — Не могу поверить, что мама до сих пор имеет дело с двумя подростками. И с новым мужем.

— Когда они с Майком поженились?

— Около года назад. Мама переехала в новый дом. Они с Майком построили поблизости коттедж. Ей хотелось, чтобы Ник и Эбби жили отдельно. Она взяла с собой младших мальчиков. И, — он лукаво прищурился, — подозреваю, что она просто хотела пожить в уединении.

— Кейт — потрясающий человек.

— Да, она очень хорошая. Именно мама настояла на том, чтобы Эбби и Робби остались у нас дома. Ник был помолвлен с жуткой стервой. Не знаю, о чем он думал!

— Что с ней было не так?

— Во-первых, она была такой высокомерной грубиянкой, каких еще поискать. Она преподавала домоводство, но сама никогда не готовила и отказывалась делать уборку. Один раз она все-таки взялась стряпать, но для этого ей понадобились все кастрюли, какие были на кухне. И мы так и не наелись.

— Кто же делал уборку?

Брэд со смешком ответил:

— Ник. Он этому здорово научился!

Сара не удержалась и фыркнула:

— Наверное, ему было трудно.

— Да. Но он разорвал помолвку и женился на Эбби. В итоге получил не только отличную хозяйку, но и прекрасную мать, и замечательную жену.

— Это хорошая история, Брэд. А ты не собираешься жениться?

— Не хочу рассказывать о том, как тоже привел домой сумасшедшую женщину, которая оказалась неряхой и ужасной стряпухой. Но… да, я намерен жениться и завести детей. Особенно если они будут похожи на Робби.

Внезапно он представил себе, как приводит домой некую девушку с каштановыми волосами и карими глазами и знакомит ее с матерью.

С какой стати ему пришла в голову такая мысль?..

Глава пятая

После прокурорского допроса Сара чувствовала себя разбитой. Когда они с адвокатом вышли из кабинета, ей вдруг так захотелось, чтобы рядом оказался Брэд и обнял ее.

Конечно же, он был здесь.

Словно прочитав ее мысли, Брэд подошел сзади и положил ей руки на плечи:

— Молодец!

— Я бы хотела уйти, — прошептала она.

— Идем со мной!

Она сомневалась, что он понял ее состояние, но покорно последовала за ним.

Они уселись в машину и поехали в пригород под названием Голден. Когда дорога пошла в гору, Сара подумала, что, может быть, он действительно лучше знает, что сейчас ей нужно. Наконец Брэд остановил машину — на утесе, откуда открывался вид на город.

— Зачем мы сюда приехали?

— Чтобы ты увидела Денвер таким, каким ты его еще не знала.

— Как красиво…

— Кроме того, здесь похоронен Баффало Билл.[1]

— Вот как?

— Да. Идем. Я покажу тебе.

Они вышли из машины и зашагали к обелиску.

— Здесь еще есть музей. Если хочешь, можем туда пойти, — объяснил Брэд. — Но мне показалось, что полюбоваться живой красотой для тебя сейчас важнее.

— О, да. Мы можем здесь посидеть несколько минут?

— Конечно. — Он подвел ее к скамейке и сам сел рядом.

— Как ты догадался, что мне нужно именно это? — спросила она через несколько минут.

— Мне показалось, что ты удручена. Поэтому я подумал об этом месте. Здесь так спокойно и безмятежно. Как-то летом отец привозил меня сюда в каникулы на полдня. Он не хотел оставлять ранчо без присмотра.

Сара чувствовала, как напряжение, сковывавшее ее все это время, постепенно спадает.

Они молча посидели еще несколько минут.

— Что мы будем делать завтра? — наконец спросила она.

— Ну, я подумал, что мы можем пойти на экскурсию на монетный двор, где печатают деньги.

— Вот как? Это интересно?

— Конечно. Я так много трачу! Хочу быть уверенным в том, что их печатают достаточно.

Она расхохоталась:

— О, да, разумеется!

— Когда ты увидишь столько денег, ты перестанешь думать о четверге.

— Наверное, ты прав.

— Потом мы можем пойти на ленч. А после вернемся сюда или отправимся куда-нибудь еще.

Она глубоко вздохнула.

— Отличный план.

— Прокуроры тебя сильно мучили?

— Нет. Но они хотели, чтобы я много раз повторила показания. Под конец мне уже стало просто невмоготу говорить одно и то же.

— Все равно ты их удивила: вела себя так решительно и… и жестко.

— Да. Это мой долг перед мамой. Я не смогла спасти ее от него, но позабочусь о том, чтобы его наказали.

— Главное, тебе удалось добиться того, что слушание дела об опеке состоится. В четверг днем все и решится. Ты довольна?

— Еще бы! Поскорее бы сказать Анне и Дейви, что они останутся со мной. Это их успокоит.

— Конечно. Представляю, каково им сейчас, наверное, от одной только мысли, что их снова отправят к отцу, становится страшно. Такое испугало бы даже меня.

— Бедная Анна, она была бы в отчаянии. А Дейви… ну, сейчас он мало что понимает. Может, это и к лучшему.