Алекс Вуд - На расстоянии поцелуя

– Но мы не сидим, сложа руки, не думайте, – вдруг загадочно произнесла она. – Вот сейчас найдем Айрин и устроим вам экскурсию. Наша леди Пэддингтон – молодчина.

Миссис Симмонс говорила о жене Сэсила с такой любовью, что желание Генри познакомиться с новой леди Пэддингтон возросло стократ.

– Но почему Сэсил живет не с женой? – осмелился спросить Генри, когда экономка вела его в единственное приличное помещение замка – кухню.

Этот вопрос не давал Генри покоя с того самого момента, как он узнал об этом.

– Мне об этом не сообщили, – неодобрительно откликнулась миссис Симмонс. Она не хотела сплетничать о хозяевах, хотя по обмолвкам самой Айрин уже успела понять, в чем тут дело. Бедную американскую девочку заманили красивым титулом и бросили одну-одинешеньку в старинных развалинах.

Миссис Симмонс не думала, что когда-нибудь будет презирать члена семьи Пэддингтонов с такой силой. Они всегда казались ей образцом добродетели. Лорд Сэсил жестоко разочаровал ее.

– Она живет здесь уже больше трех месяцев? – тихо спросил Генри, прикинув, сколько времени прошло с момента свадьбы Сэсила.

– Да, – ответила словоохотливая экономка. – И скажу вам по секрету, мистер Генри, я очень рада, что она появилась в Холиуэе. Возможно, благодаря ей мы выберемся из этой ямы…

– Миссис Симмонс, мне не терпится познакомиться с леди Пэддингтон лично, – немного бесцеремонно прервал экономку Генри.

Он чувствовал, что ее похвалам в адрес Айрин не будет конца. А он уже выпил обязательную чашку чая с молоком, съел вкуснейшее песочное печенье и отдохнул после долгой дороги. Теперь Генри желал воочию убедиться в том, что новая леди Пэддингтон – действительно чудо.

– Уж не сомневаюсь в этом, – лукаво улыбнулась миссис Симмонс.

Генри вздрогнул. Почему экономка так многозначительно посмотрела на него?

– Айрин где-то в доме, – сказала миссис Симмонс. – Мы пытаемся своими силами сделать ремонт, и она постоянно что-то красит или чинит. Я даже не знаю, где ее сейчас искать. Она обычно появляется к обеду, который, кстати, будет через полтора часа.

– Что? – Генри не мог поверить собственным ушам. – Жена лорда Паддингтона занимается ремонтом? Красит? Чинит?

– Именно так, – заметила миссис Симмонс с удовлетворенной улыбкой. – Но она леди Пэддингтон пока только на бумаге. А ее американские родичи научили ее многим полезным вещам. Девочка толковая, и руками работать умеет, и головой…

Миссис Симмонс посмеивалась про себя, наблюдая за растерянным лицом Генри.

– Знаете что, – вдруг сказал он. – Я не в силах ждать целых полтора часа. Вы занимайтесь обедом, а я отправлюсь на поиски леди Пэддингтон.

– Как хотите, мистер Генри, – пожала плечами экономка. – Только не заблудитесь.

– Я знаю Холиуэй как свои пять пальцев, – самонадеянно ответил Генри и вышел из комнаты.

– Удачи, – донеслось до него не совсем понятное пожелание миссис Симмонс.

Экономка немного постояла на месте, прислушиваясь к шагам Генри. Она всегда относилась к нему хорошо. И он, и Сэсил выросли у нее на глазах, но открытый живой характер Генри был ей милее, чем высокомерие и сдержанность лорда Пэддингтона.

Удачи тебе, дорогой, мысленно еще раз подумала она, мешая длинной ложкой густую подливку к мясу.

Несмотря на свою уверенность в том, что в замке Холиуэй невозможно заблудиться, Генри очень быстро перестал ориентироваться в извилистых коридорах и многочисленных комнатах, похожих друг на друга как две капли воды.

Он шествовал мимо полусгнивших дверей, портретов, покрытых плесенью, потрескавшихся стен и рваных гобеленов. Генри уже начал потихоньку ненавидеть кузена, допустившего, чтобы его родовой замок превратился в склеп. Но, с другой стороны, Холиуэй стал приходить в упадок задолго до рождения лорда Сэсила. Генри, отличавшийся деловым подходом к жизни, подозревал, что восстановление замка потребует огромных средств и усилий.

Неожиданно интерьер стал меняться, и Генри понял, что именно здесь леди Пэддингтон и пытается навести порядок. Пыль была тщательно сметена, стены заново покрашены. То и дело встречались плотницкие инструменты и малярные кисти. Генри догадался, что хрупкая женщина вряд ли способна заменить строительную бригаду. Скорее всего, она нанимает рабочих…

Генри подивился тому, что Айрин, впервые приехавшая в страну три месяца назад, уже развернула такую активную деятельность в замке, в то время как Сэсил и пальцем не пошевелил, чтобы как-то спасти Холиуэй от разрушения.

Какая энергичная девушка, подумал Генри. И, видимо, с деньгами. Неужели Сэсил женился на ней только ради них? – осенила его до гениальности простая мысль.

Генри встал как вкопанный. Причина столь загадочного поведения кузена наконец разъяснилась. Заполучить богатую американскую жену и засунуть ее подальше в дыру вроде Холиуэя, чтобы под ногами не мешалась…

Печальный ход его мыслей был внезапно прерван какофонией пронзительных звуков. В замке Холиуэй была потрясающая звукоизоляция, и этим объяснялось то, что он до сих пор ничего не слышал. И только свернув в очередной коридор, Генри чуть не оглох.

Протяжно гудел непонятный прибор, по звуку похожий на допотопный пылесос. Душераздирающе мяукал кот, которому, казалось, хотели оторвать хвост. Кто-то усердно двигал мебель, и она противно скрежетала по полу. Звучала громкая музыка. Возглавлял этот адский хор женский голос, который выкрикивал непонятные команды.

– Аккуратнее, там гобелен шестнадцатого века…

– Правее, я сказала, правее…

– Перестать орать, Пушок, я же тебе помогаю, глупое создание…

– Мистер Симмонс, не могли бы вы сделать музыку чуть потише?

К великому облегчению Генри, последняя просьба была незамедлительно выполнена. Он сделал еще несколько шагов и очутился перед широко распахнутыми дверями парадного замкового зала.

Генри боязливо заглянул внутрь. Судя по доносящемуся оттуда шуму, там могло происходить все, что угодно. Один беглый взгляд убедил его в том, что в зале идет всего-навсего заурядный ремонт. Правда, очень масштабный.

Трое высоких мужчин в рабочей одежде стояли на приставных лестницах и осторожно отдирали от стены потемневший от сырости и времени гобелен. Мистер Симмонс, супруг экономки, вбивал в стену огромный гвоздь. У его ног стоял маленький магнитофон, который только что оглушительно ревел. В левой стороне зала была навалена огромная гора мусора, там же аккуратно сложена вся мебель. На полу валялись инструменты, тряпки, газеты.

На первый взгляд создавалось впечатление, что в зале царит абсолютный хаос. Но это было не так. Приглядевшись, внимательный наблюдатель мог бы заметить, что все действуют слаженно, согласно намеченному плану. Каждый выполнял определенную работу и не мешал другим.