Патриция Притчард - Сладкие мечты

Лекси и Бриттани уже поняли, что дядя шутит, и с хихиканьем протянули ему свои ладошки.

— Вы двое проходите, — сказал Джесси и, смягчив выражение лица, обратился к Бекки: — А вы, мисс Сойер? Нет ли у вас шоколадных крошек, липких клякс мороженого, которые ждут возможности перебраться на новенькие сиденья?

Бекки видела, как веселились подружки, смущенно улыбнулась и протянула свои ручки для проверки. Джесси кивнул и пропустил девочек на заднее сиденье.

— Теперь вы, женщина. — Он окинул Ренни взглядом. — Похоже, тут проблемы. На вашей одежде следы мороженого и растаявший шоколад. — Джесси сделал вид, чторазмышляет. — Ладно, надеюсь, на сиденье ничегоне попадет. А иначе пришлось бы укладывать вас в багажник или, еще хуже, громоздить на крышу.

Девочки покатывались со смеху, а Ренни старательно хмурила брови:

— Оставьте мою одежду в покое, сэр. Я не имею привычки осквернять сверкающие автомобили.

Джесси оглянулся на девочек, которые с живейшим интересомнаблюдали за происходящим.

— Ну, хорошо, поверю вам на слово, — заявил он.

Ренни свирепо зыркнула на всех. Ее возмутило, что вся компания дружно потешалась над ней, однако развеселившейся четверке не было стыдно. Поэтому Ренни села на переднее сиденье и пристегнула ремень.

— Мамочка, ты рассердилась? — робко спросила Бекки.

— Нет, детка, я не сержусь, — поспешила успокоить дочкуРенни. — Я провела с вами прекрасный вечер. Только не говори об этом мистеру Дэниельсу, ладно?

— О чем не надо мне говорить? — поинтересовался Джесси, садясь на водительское место.

— Это женский разговор, дядя Джесс! — хихикнула Бриттани.

— Четверо против одного? Как же так? Простой бедныйчестный парень только старался немного развлечь своих дам. — Он хотел изобразить уныние, но потерпел неудачу.

— Хоть женщинам и не следует поощрять в мужчинах лишнюю самонадеянность, — вмешалась Ренни, — полагаю, большого вреда не будет, если я скажу, что дамам сегодняшний вечер очень понравился, мистер Дэниельс.

Фарывстречной машины осветили его лицо, и темные загадочные глаза вспыхнули, когда он зашептал, слышала только Ренни:

— Следующая встреча не будет столь многолюдной. Я хочуухаживать только за вами.

Она не нашлась, что ответить, поэтому сочла за лучшее промолчать. Джесси свернул к школьной стоянке и притормозил на въезде.

— Что случилось? — удивилась Ренни.

— Я просто жду, когда вы мне скажете, какая из этих машин ваша, — улыбнулся он.

— Ой, простите. Вон тот фургончик в самом конце. Джесси подъехал ближе.

— По-моему, слишком большая машина для двух хрупких девушек.

— Мне такая в общем-то и не нужна, но я часто подвожу детей, если меня просит учительница Бекки. Например, на спортивные соревнования, в музей.

Ренни чувствовала, что мысли у нее разбегаются, речь стала бессвязной. Такой чудесный вечер, и как трудно оказалось закончить его в столь же непринужденной манере. Она повернулась к девочкам:

— Лекси, мне очень понравилось, как сыграл ваш оркестр, а твое соло просто великолепно. Бриттани, скрипка у тебя сегодня пела. Встретимся завтра на собрании в клубе. Бекки, поблагодари мистера Дэниельса за мороженое. Нам пора.

Она потянулась к ручке, но Джесси уже выскочил из машины и распахнул перед ней дверцу.

— Вам не обязательно было выходить, Джесс, — сказала она.

— Знаю, просто я стараюсь убедить вас, какой я отличный парень, — улыбнулся тот, но его тон был серьезным.

Пока Бекки забиралась в фургон, устраивалась на своем месте и пристегивала ремень, он подошел к Ренни, которая стояла возле дверцы.

— А вы, миссис Сойер? — тихо спросил он. — Вы поблагодарите меня за мороженое?

— Спасибо, мистер Дэниельс, — послушно ответила она.

— Неужели я заслужил только эти несколько слов?

— Подойдите ближе, Джесси, — проговорила она страстным голосом.

Он сделал шаг, и, к его немалому удивлению, Ренни энергично пожалаему руку.

— Вы этого хотели?

Он поднял глаза и обнаружил, что племянницы с интересом наблюдают за взрослыми.

— Нет, чертпобери, не этого. Но, учитывая нашу аудиторию, следовало поступить именно так.

— Еще раз спасибо вам, Джесси, — сказала она, прежде чем сесть в машину. — Кстати, после собрания в клубе вы заберете Бриттани или она вернется самостоятельно?

Кажется, на этот случай Вики не оставила ему никаких инструкций.

— А как обычно поступают?

— Когда рано темнеет или дождливо, Вики приезжает за ней, а так Бриттани сама идет домой.

— Поскольку я временный заместитель родителя, то выбepy безопасность и приеду сам. — Он не стал добавлять, что это даст ему законную возможность хоть ненадолго увидеть Ренни.

— Тогда до встречи.

Джесси вернулся к своей машине, пытаясь не думать как приятно будет завтра увидеться с Ренни, а лучше поскорее уложить племянниц спать. Может, еще останется время немного поработать.

Джесси взглянул на часы. Двенадцатый час, пора заканчивать. Ему удалось немного поработать над контрактом, но слишком уж часто мысли о делах сменялись о некой длинноногой особе.

Вечер прошел отлично. Иногда он даже чувствовал себя женатым счастливым человеком. Смышленые дети, любимая женщина рядом смогли бы придать его жизни полноту и законченность. Сейчас он этого лишен.

В отличие от Марка. Но ведь он никогда не позволял себе расслабиться и думать, что подобное возможно и для него. Мать всегда обожала Марка, была с ним заботливой и нежной. Но как только дело касалось Джесси, она становилась холодной и равнодушной. Много лет он лез вон из кожи, чтобы сделать нечто великое, порадовать ее. Однако мать ничто не трогало. Наконец, устав от материнского безразличия к его лучшим порывам, Джесси решил посмотреть, как на нее подействуют его мерзкие выходки.

Он усмехнулся. Почти год он пытался быть дьяволом, большую часть времени проводил не в классе, а в директорском кабинете, где изучил каждую трещинку на потолке, каждое пятнышко на стене. Теперь, оглядываясь назад, Джесси понимал, что на самом деле не вытворял ничего особенного и заслужил только репутацию нарушителя спокойствия.

Мать спокойно реагировала на постоянные звонки из школы, никогда не казалась расстроенной или удивленной и в конце концов просто собрала вещи Джесси и отправила его к Марку, решив, что если ей не удается справиться с младшим сыном, то, может, старшему, хорошему, сыну удастся его образумить. Джесси не показывался из своей новой комнаты два дня, а когда мрачный и угрюмый все же вышел, то узнал, что мать уехала.