Фрэнсин Паскаль - Белая ворона

Когда все закончилось, Элизабет подошла к Энни, которая все никак не могла опомниться от своего триумфа.

— А что, классно у нас получилось! — воскликнула Энни.

— Не то слово! — подтвердила Элизабет, тоже улыбаясь.

— Ну как, показала я Джессике, на что способна, а?

— Показала, — с грустью согласилась Элизабет, а про себя подумала:

«Лучше бы не показывала…»

— Так ты думаешь, она это учтет? — не унималась Энни.

— Учтет, — согласилась Элизабет и снова подумала: «К сожалению, да».

Теперь шансы Энни войти в команду болельщиц стали равны нулю.

Глава 5

Как странно, что событие, которое человек считает своей победой, на самом деле может быть его полным поражением. Именно это случилось с Энни Уитмен. По ее мнению, если она танцует так же хорошо, как Джессика, значит, вступление в команду болельщиц ей обеспечено. А Джессика прямо заявила Элизабет, что «отвратительное кривляние Дешевки Энни в „Бич-Диско“ безоговорочно закрывает ей доступ в команду».

Это было в понедельник по дороге в школу. Элизабет вздохнула. Сколько можно! Ей и так все выходные пришлось выслушивать брюзжание Джессики.

— Ты хотя бы объясни, Джес, чем она тебе так не угодила?

— Неужели непонятно? Она показала себя полной идиоткой перед всеми! — огрызнулась Джессика.

— Чем? Тем, что танцевала лучше всех?

— Тем, что танцевала с Брюсом Пэтменом!

Элизабет внимательно поглядела в сердитые глаза сестры.

— Джес, неужели ты злишься только из-за того, что Энни танцует не хуже, чем ты?

— Чушь собачья! — взбеленилась Джессика. — Не хуже, но и не лучше! Просто всем в новинку было посмотреть, как она танцует. И все были удивлены.

— Это не правда, — ответила Элизабет. — Энни шикарно танцевала.

— Да ты только вспомни, с какой наглостью она лезла из кожи вон, делая вид, что так же хороша, как и я! — взвизгнула Джессика. — Так же хороша, как ты или кто-либо другой!

— А разве она хуже?

— Да! Сто раз да! Тысячу раз! Ты же прекрасно понимаешь, что Дешевку Энни нельзя терпеть в приличном обществе! Нет, нет и нет!

Близнецы были уже почти у самой школы, а их перепалка все не утихала. Сегодня предстоит конкурс полуфиналисток — кандидаток в команду болельщиц. То есть, решающий для Энни. Но все попытки Элизабет смягчить Джессику были тщетны. Наоборот, от ее уговоров та еще больше ожесточалась.

— А вдруг она провалит остальные экзамены? — с надеждой сказала под конец Джессика. — И останется в группе отстающих? Тогда уж мы точно от нее избавимся.

— Не думаю, что она провалит.

— Не могу понять, — пожала плечами Джессика, — с чего она так поумнела в последнее время? Она же всегда была непроходимо тупой.

— А я повторяю тебе, Джес, что она решила начать новую жизнь. Она вовсю готовится. И, понимаешь, команда болельщиц очень бы ей помогла. Это так важно для нее сейчас.

— С чего ты взяла, что она готовится? Каждый вечер ее видят с новым парнем. Брюс Пэтмен, Рик Эндовер и еще невесть кто.

Элизабет промолчала. Что тут возразишь! Энни и не думает прекращать таскаться на свидания, продолжая ежедневно закреплять свой «успех в обществе».

Сестры шли уже между зеленых газонов у парадного входа, а Джессика все не унималась.

— Неужели тебе не понятно, Лиз, что ее присутствие в команде просто унизит нас всех!

— Но ведь она станет другой, Джес!

— Какой «другой»? Как видишь, она продолжает быть той же самой Дешевкой Энни!

С этими словами она бросила сестру и в полном раздражении убежала вверх по ступенькам крыльца и затем в раздевалку. Торопливо переодеваясь у своего шкафчика, она окончательно решила провалить сегодня Энни на конкурсе полуфиналисток. Пускай в первый раз ей повезло. Но сегодня она вряд ли удержится. Ей столько пришлось заниматься в последние дни, не говоря уже о постоянных свиданиях, что у нее скорее всего не было времени на тренировки. Можно почти не сомневаться, что она не готова к конкурсу. Второй тур должен сократить количество претенденток с двадцати пяти до восьми. Кара Уокер и Сандра Бэкон, конечно, пройдут, а Энни Уитмен, конечно, нет. И не из-за того, что Джессика к ней пристрастна, а просто потому, что на этот раз ей не удастся выйти победительницей.

Тем временем Элизабет села в редакции «Оракула» печатать очередной выпуск «Глаз и ушей», поздравляя себя, что ухитрилась помочь Энни с учебой и осталась вне подозрений. Короче говоря, Джессика ни о чем не догадалась, а это огромная удача.

Элизабет вносила последние поправки в статью, когда в редакцию явилась Джессика собственной персоной и подала список восьми финалисток.

— Как, уже? — изумилась Элизабет. — А я думала, конкурс будет после уроков.

— Они и будут после уроков, — ответила Джессика. — Но если ты будешь ждать до вечера, то не успеешь сегодня закончить статью. Поэтому я принесла тебе список сейчас.

Элизабет пробежала глазами фамилии.

— Джессика! — недовольно сказала она.

Глаза Джессики Уэйкфилд широко раскрылись — олицетворение самой наивности!

— А что? Я принесла тебе сенсационный материал, Лиз.

— Я возьму его, — сказала Элизабет. — После соревнований.

В этот момент в редакцию «Оракула» в величайшем возбуждении влетела Энни Уитмен.

— Сдала! — крикнула она Джессике. — Четыре с минусом по математике! Ой, Лиз, как мне благодарить тебя за помощь!

Вихрем налетев на Элизабет, она обняла ее и тут же кинулась вон, торопясь на следующий урок. Успела только крикнуть Джессике:

— Увидимся в спортзале!

— Так, — зловеще произнесла Джессика, когда Энни исчезла.

Элизабет снова взялась за статью.

— Предательница!

Элизабет продолжала неистово стучать на машинке.

— Я так и знала, что ей кто-то помогает! — кипела от злости Джессика. — Но я и представить себе не могла, что это моя собственная сестра!

Элизабет перестала печатать и умоляюще взглянула на сестру.

— Помоги ей и ты, Джес, ладно?

Вместо ответа Джессика резко развернулась и вышла из комнаты. Элизабет сняла пальцы с клавиш и подперла голову руками.

— Какое нелепое совпадение, — пробормотала она. — Ну что стоило одной из них прийти пятью минутами позже!

— Это что — беседа с глазу на глаз, или простому школьному учителю можно поприсутствовать? — раздался сзади шутливый голос, и Элизабет вздрогнула.

— Что?

Обернувшись, увидела у двери мистера Коллинза. Симпатичный куратор газеты ответил ей приветливой улыбкой.

Если бы ее застал за разговором с самой собой другой учитель, она бы очень смутилась. Но мистер Коллинз — совсем другое дело. Все девочки Ласковой Долины знают, что Роджер Коллинз — человек особенный. Ему еще нет и тридцати — почти самый молодой из учителей. Хорош собой и элегантен: высок, стройная фигура, мягкие светлые волосы, превосходного покроя спортивный пиджак.