Кристина Ролофсон - Снега Колорадо

.

Она выключила радио, прежде чем гитара успела сыграть три первых аккорда. Эта песня принесла ей кучу денег, сделала знаменитой, но Джесс до сих пор смущалась, слыша себя по радио К тому же, подумала она с уже ставшим знакомым щемящим чувством, неизвестно, сможет ли она написать еще хоть одну песню.

— Пойдем, Анна. Папе пора на работу. — Дэн сверился с настольными часами. И папа опоздал. Опять.

Девочка взяла в руки плюшевую собачку.

— Идем.

Дэн открыл дверь, и они вышли в тихий коридор в той части гостиницы, где располагалась их квартира. Спустившись по черной лестнице, они миновали шумную кухню и вышли на улицу. Деревянные фасады старинных домов по Главной улице сияли в лучах солнца, но ветер был холодный и напомнил о надвигающейся зиме.

— Я буду принцессой. Или чудовищем.

— Замечательно, — согласился Дэн, беря девочку за руку.

Они прошли вниз по улице два квартала до детского сада. Открыв входную дверь, Дэн остановился.

— Поцелуй меня, — сказал он, наклоняясь к маленькому круглому личику. Девочка чмокнула его в нос и рассмеялась, когда он скосил глаза.

— До свидания, папа.

— До вечера.

Дэн вернулся к центру города. Гостиница «Золотой слиток» стояла между зданием Оперного театра и баром «Беглый преступник» в самой высокой части Голд-Сити. Сделав петлю на вершине холма, улица спускалась вниз по противоположному склону и меньше чем через милю оканчивалась там же, где и начиналась, — в нижней части города. Из Голд-Сити выходила лишь одна ухоженная дорога, которая, попетляв двадцать миль среди гор, выходила на автомагистраль, пересекающую Колорадо с востока на запад.

В хорошую погоду до Денвера езды меньше двух часов, но Дэн редко наведывался туда. В этом не было необходимости.

Он посмотрел на горы, которые скоро засыплет снег. Уже октябрь… снова октябрь. Годы летят. Анне уже четыре. И скоро она начнет задавать вопросы, на которые будет нелегко ответить.

Может быть, ему надо поставить на проигрыватель «Снега Колорадо» и попытаться найти ответ на то, чего он сам не понимает? Дэн пожал плечами, недоумевая, почему сегодня с самого утра не находит себе места. Возможно, надвигается буран. Ускорив шаг, Дэн поспешил наверх, к чашке горячего кофе.

Закусочная стояла заброшенная, с заколоченными окнами.

На двери висела броская табличка «Сдается». Джесс долго смотрела на закусочную, прежде чем вышла из машины. Возможно, Дэн до сих пор живет в домике сзади.

Она прошла по узкой дорожке, усыпанной гравием. Домик остался таким же, каким она запомнила его, но теперь вокруг него пышно разрослись сорняки. В тот раз белый от снега, теперь он казался мрачным и угрюмым.

Джесс заглянула в окно. Пусто… Что ж, она поежилась от холода, вот и все. Дэн Макадаме уехал Бог знает куда, а у малышки Джейн, должно быть, новая семья и новое имя. Джесс заморгала, борясь со слезами. Чего еще она ждала? Что Дэн будет ждать ее у двери?

Глупые мечты. Всего-навсего глупые мечты.

Вернувшись в машину, Джесс изучила захваченные в Денвере карты. Она пролистала туристские проспекты в надежде, что ее что-нибудь привлечет. Ей не хотелось второй раз оказаться застигнутой ночью в этих горах.

«Голд-Сити. Окунитесь в Золотую Лихорадку в самом сохранившемся поселке старателей Колорадо! Остановитесь в гостинице „Золотой слиток“, поиграйте в барах и салунах на Главной улице, насладитесь захватывающей жизнью Дикого Запада».

Джесс всегда хотелось побывать в таком городке. На цветных снимках Голд-Сити выглядел так, словно на улице вот-вот появится Малыш Билли. И, судя по карте, он достаточно близко, чтобы успеть туда до ночи. Если, конечно, она не заблудится. Можно остановиться и в Денвере, но Джесс устала от больших городов. По крайней мере, сегодня вечером ей хочется чего-то иного.

Джесс отвернулась от закусочной, пытаясь отогнать разочарование. Внезапно она почувствовала себя очень-очень усталой.

Слава Господу, день выдался таким, как и предыдущие. Гостиница заполнена меньше чем наполовину, что характерно для октября. Позднее, с наступлением горнолыжного сезона, по выходным она будет заполняться до отказа. Но пока Дэн был не против затишья. Можно разобраться с бумагами и навести порядок в кабинете.

Он сдвинул стопку бумаг на край стола. Обшитая темным деревом комната заросла пылью. Дэн унаследовал этот кабинет, как и всю гостиницу. На стенах висели фотографии его брата Уэйда и его жены Сюзи. Дэн посмотрел на часы. Если он хочет успеть зайти за Анной, надо поторопиться.

— Закончил на сегодня? — спросила Грейс, когда он вышел в вестибюль.

— Уже пять часов. — Дэн окинул взглядом зал. Устроившись в удобных креслах, разговаривали две пары, из бара доносился звон стекла. Он мысленно отметил, что надо ограничить число игральных автоматов тремя — наверняка постояльцы оценят эту тихую гавань, совершенно непохожую на шумные салуны на Главной улице. — Кажется, все тихо. Есть что-нибудь, заслуживающее моего внимания?

— Приехали двое, по предварительной договоренности и без. Портеры решили остаться еще на день. Мери починила пылесос, а Марк приготовил на вечер форель.

— Анна будет рада.

— Анна будет рада чему угодно, — заметила Грейс. — Ну и аппетит у этого ребенка!

— Я сейчас за ней. — Дэн заглянул в обеденный зал. Неуютное чувство, с которым он проснулся, в течение дня только усилилось. — Точно ничего не случилось?

— Мне ничего не известно, — ответила Грейс. — А что?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Какое-то необъяснимое предчувствие.

— По-моему, тебе неплохо бы отдохнуть.

— Да я не устал. Просто почему-то не по себе. — Пройдя к широким застекленным дверям, Дэн взялся за бронзовую ручку и обернулся. — Вьюгу на сегодня обещали?

— Нет. Прогноз погоды передавали двадцать минут назад. — Она махнула рукой. — Выбрось из головы дурные мысли, иди за ребенком.

— Бесс ничего не передать?

— Нет. Только скажешь мне, как она выглядит. Она очень плохо переносит беременность.

— Ладно.

Выйдя на улицу, Дэн набрал в легкие побольше воздуха. Начинало подмораживать, но непогодой и не пахло. Он направился в противоположный конец города — домой к Бесс, чтобы забрать у нее Анну. Неизвестно, что бы он делал без дочери Грейс. Бесс каждый вечер забирала Анну из детского сада и отводила к себе домой. Ей были очень кстати деньги, которые она зарабатывала, сидя с ребенком, а Дэн мог посвятить работе целый день. Сочетание обязанностей управляющего гостиницей и местного шерифа требовало много времени, даже при том, что у него были помощники.