Пола Хейтон - Инстинкт охотника

— Ты прекрасно в этом выглядишь. Я слышал, как ты ходила по дому, — его голос стал резким.

— Я смотрела, все ли закрыто на ночь, — пояснила Конни, недоумевая про себя, уж не думает ли он, что она шарила в его вещах.

— Конечно, закрыто. Главное, чтобы были противомоскитные сетки. Они везде есть?

— Кажется, да. — Она пожала плечами.

— Кажется или точно? — несколько раздраженно отозвался Берт. — Лучше пойти проверить.

— И пойду, — объявила девушка и прошла мимо него.

Она заглянула в комнату Эрика.

В спальне было темно. В проем между занавесками светила луна. Конни на цыпочках подошла к окну. Москитная сетка была на месте. Проходя мимо кровати, она остановилась. Эрик выпустил изо рта палец и свернулся калачиком. Прямо маленький щеночек из мультиков.

Бедняжка, подумала Конни. У него нет матери, которая любила бы его, ворчала бы на него, любовалась бы тем, как он растет.

— Удовлетворена? — спросил Гилберт, когда она вернулась в гостиную.

— Да. — Конни немного помолчала. — Может, тебе трудно в это поверить, но я здесь для того, чтобы помочь тебе, а не мешать.

— Видимо, да, — согласился Берт и пригладил свои густые волосы. — Я хочу выпить виски. Ты будешь?

Хотя Конни не слишком любила виски, она почувствовала, что это — предложение перемирия, и согласилась.

— Да, пожалуй, — сказала она. — Пополам с водой и со льдом.

— Лед? В такой прекрасный напиток? Это же святотатство, — запротестовал он. — Кроме того, я не знаю, есть ли здесь лед.

— В холодильнике полный лоток.

Он посмотрел на нее долгим взглядом.

— Ты, похоже, успела все осмотреть.

— Мне платят деньги и за то, чтобы я все знала.

Берт скрылся в кухне, но вскоре вернулся с двумя стаканами, один из которых протянул Конни.

— Ты хотела составить план и обсудить условия игры, — напомнил он.

— Да, но вначале я хотела бы знать, почему ты согласился на мое присутствие.

— Потому что встал вопрос о безопасности Эрика.

Конни увидела, как забилась голубая жилка на виске этого сильного мужчины, и у нее сжалось сердце от неприятного предчувствия.

— Эрика? — удивилась она. — При чем тут малыш?

Гилберт нахмурился.

— Помнишь, я говорил, что имею отношение к Мадригалу. Ты не обратила на это внимания. Наверно, думала, что я имею в виду фирму. Но дело в другом — мать Эрика была дочерью Чарли Мадригала, старик пытается забрать у меня малыша. Сначала он старался просто убедить меня, потом переманить на работу, а теперь использует свою вторую дочь, сестру Мэри — Эвелин. Она может просто приехать и увезти мальчика.

— То есть как «увезти»? — голос Констанции дрогнул. Она видела, как дорог ребенок Гилберту, и чувствовала, что в ней самой пробуждается желание уберечь этих двух мужчин — большого и маленького — от жизненных невзгод.

— Не надо нас жалеть. — Гилберт явно читал все мысли собеседницы. — Я сам могу о себе позаботиться, — добавил он тоном твердым, как кирпичная стена. — А ты здесь для того, чтобы какое-то время присматривать за моим сыном.

— То есть я должна следить за тем, чтобы ничего не случилось с Эриком? Тогда почему…

— Просто я передумал, — резко бросил Берт.

— И, таким образом, мое присутствие — это лишь уступка Филдстоунам?

Глядя в свой стакан, он нахмурился.

— Более или менее.

Конни встряхнула кубики льда в своем стакане. Если он не говорит ей правды, зачем она вообще здесь?

— Чтобы добросовестно выполнять работу, мне нужны все факты, — произнесла она.

— Ты ведь тоже передумала. Насколько я помню, это ты выражала решительное нежелание ехать со мной в Калифорнию. Ты говорила, что это последнее, чего ты хочешь. И все же ты здесь. — Он пригвоздил Конни взглядом. — Может, лучше обсудим план действий?

Конни взяла в рот кубик льда. Может, он действительно просто передумал?

— Где находится детский сад? — спросила она, возвращаясь к делу.

— На берегу океана, милях в пяти отсюда.

— Эрика нужно водить туда каждый день?

— По утрам, пять раз в неделю, начиная с завтрашнего дня. После обеда он будет играть здесь на пляже. По выходным, если у меня на работе не возникнет ничего срочного, я буду дома, и твои услуги не понадобятся.

— Значит, я должна провожать его в детский сад и обратно и присматривать за ним во второй половине дня?

— Да, пожалуй…

Конни еще раз пригубила виски.

— Как я понимаю, Эрик не должен знать о том, что он, возможно, в опасности?

— Никоим образом, — твердо сказал Берт.

— Персонал детского сада придется поставить в известность о цели моего присутствия. Можно сделать это конфиденциально и не вдаваясь в детали. Но остальным, по-моему, об этом знать незачем.

— Согласен. Завтра я поеду в детский сад вместе с вами обоими, — сказал он, — и все устрою.

— Хорошо. Ты сказал Эрику, что я его няня?

Берт кивнул.

— Это объяснение не хуже других. И своим родителям я тоже сказал, что ты решила поехать с нами в качестве няни.

— И они поверили?

— После того как ты меня гладила? Не думаю.

— Я только тронула тебя один раз за плечо, — запротестовала Конни. — Всего лишь один раз.

— Нет, ты провела ладонью вверх и вниз. Насколько я помню, это было очень соблазнительно. Я так…

— Не водила я рукой! — взорвалась она и тут же осеклась.

Искорки в его синих глазах говорили о том, что он ее дразнит… и у него это получается! Глупость какая-то!

— Значит, твоя мама предполагает иные мотивы? — спросила Конни, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно.

— Вот именно, и она в восторге, — сухо ответил Берт. — Тебя устраивает, что теперь ты только няня, а не фотошпион?

— Да, если ты полностью сознаешь, что моя единственная задача — быть рядом с твоим сыном, а это значит, что я не езжу с тобой в офис, ничего не печатаю, не составляю твой график встреч…

— Я это понимаю, — перебил Берт. — А, кстати, ты когда-нибудь работала в качестве настоящей няни?

— Нет, никогда. Но пару раз мне встречались дамочки, на которых я работала, пытавшиеся сделать из меня горничную или девочку на побегушках. Понимаешь, когда вместе живешь в одном доме, то, наверно, это кажется естественным — помощь в офисе переходит потом в помощь по дому.

Гилберт усмехнулся.

— Как я понимаю, свои попытки они быстро оставили.

— Правильно понимаешь.

— Тебе нравится твоя работа?

Конни неуверенно улыбнулась.

— В молодости — да. Понимаешь, постоянные разъезды, новые страны, люди — вначале очень интересно. Сегодня ты занимаешься банками, завтра картинами…