Ли Уилкинсон - Недоверчивый жених

Джоэл улыбнулся, но улыбка была жесткой.

– Что ты намерена делать?

– Возьму такси и вернусь в Лондон.

– Почему ты изменила свое решение?

– Я не хочу, чтобы обо мне думали, будто я сплю с кем попало. И не надо ничего отрицать. По этой причине ты ушел тогда утром из гостиницы, не сказав ни слова.

– Это не так, – решительно ответил Джоэл. – Я не хочу, чтобы меня считали последним негодяем. Только законченный подлец после проведенной вместе ночи мог бы уйти без единого слова.

Надежда возродилась, как птица Феникс из пепла. Бетани поспешно спросила:

– Тогда почему…

– Случилось кое-что непредвиденное. Я объясню тебе позже, сейчас нет времени. Нас уже приглашают на регистрацию.

Их почтительно приветствовали симпатичный молодой человек и его помощник, который взял вещи Бетани и Джоэла. Вскоре все формальности были улажены, они прошли на борт частного самолета, где их встретил стюард, человек среднего возраста, говорящий с французским акцентом, которого Джоэл называл Генри. Бетани и Джоэл заняли свои места, пристегнулись ремнями, и самолет вырулил на взлетную полосу. Когда набрали высоту, Джоэл отстегнул ремень и сказал, что ему необходимо поговорить с пилотом.

– Ты можешь пока осмотреться здесь. Да, если что-нибудь нужно, просто скажи об этом Генри.

Джоэл ушел в кабину пилотов, а стюард проводил Бетани в великолепный салон для отдыха. Она никогда не летала на частных самолетах прежде, поэтому, взяв предложенную чашку кофе, с любопытством огляделась. На роскошном ковре стояли диван и два кресла с кофейным столиком между ними, справа расположились стереосистема и экран видео. Напротив, на стене, висела картина Моне, краски которой перекликались с деликатной голубой, розовой и лиловой цветовой гаммой ковра. Единственными практичными вещами здесь были некое подобие письменного стола с компьютером и черное кожаное кресло. В конце салона, рядом с душевой и туалетом, находилась небольшая, но роскошная спальня. При виде кровати Бетани нахмурилась. Зачем бизнесмену нужна кровать с простынями из черного шелка, если только он не совмещает регулярно бизнес с удовольствием? Скорее всего, он так и поступает, а Бетани – лишь одна из тех, кто «сопровождает» его в деловых поездках. Хотя она и знала, что он опытен в сексуальном плане, ему был присущ некоторый аскетизм. И она так же знала, или думала, что знала, что он способен проявлять сдержанность и контролировать себя. Однако не является ли все это ширмой для распутной души? Ну какая же она дура, что согласилась лететь с ним! Но спать-то с ним меня никто не заставит, успокаивала себя Бетани.

Через некоторое время в салоне появился Джоэл и заметил ее невеселое настроение.

– Что-то не так? Я вижу, ты чем-то расстроена.

– Нет, все в порядке. Как раз сейчас я думала, зачем здесь кровать?

Он удивленно поднял бровь.

– Чтобы спать на ней.

– Ты используешь ее только для этого?

– Я использую ее для отдыха, но, должен признаться, надеялся, что это путешествие будет другим. Как правило, я очень строго разделяю бизнес и развлечения. Ты – исключение из этого правила и единственная женщина, которую я когда-либо вывозил за границу.

– Но разве мужчина сам может выбрать черные шелковые простыни? – удивилась Бетани.

– Нет, это не моя идея. Такими вещами занимается Генри. В любом случае, если тебя это так смущает, я попрошу его заменить их белыми льняными.

– Не стоит, я не собираюсь…

Стук в дверь заставил ее замолчать на полуслове, стюард закатил в салон тележку с едой.

– Спасибо, Генри, дальше мы справимся сами, – коротко поблагодарил его Джоэл и обратился к Бетани: – Что предпочитаешь: морепродукты, цыпленка, салат?

– Я не голодна. – И это была чистая правда.

Бетани занимали совсем другие мысли, и о еде она не думала.

– Я отказываюсь есть один и настаиваю, чтобы ты присоединилась ко мне. – Бетани промолчала, тогда Джоэл, вздохнув, заметил: – Ну что ж, я не могу заставлять тебя… Но после совместного обеда мы могли бы заняться кое-чем еще.

Бетани вскочила.

– Ты не посмеешь силой уложить меня в постель!

– А я бы на твоем месте не спешил с протестом. – С этими словами Джоэл крепко обнял ее, так что она могла чувствовать запах его кожи, смешивающийся с пряным ароматом лосьона после бритья.

– Если ты сейчас не отпустишь меня, я позову Генри.

Джоэл рассмеялся.

– А ты не думала, что такой распутник, как я, выбрав черные шелковые простыни, мог нанять глухого стюарда?

– Ты говорил, что простыни – не твой выбор.

– А ты поверила?

– Нет. – Бетани безуспешно попыталась высвободиться из его объятий.

Джоэл коснулся губами ее шеи.

– Но это – правда. Хотя я считал, что, согласившись провести со мной уикенд, ты переживешь и черный шелк.

– Из твоих слов следует, что я регулярно провожу выходные с мужчинами… А это не так.

Джоэл отпустил ее.

– Значит, я – исключение? – Он рассмеялся. – Скажи, почему ты согласилась поехать, а спать со мной отказываешься?

– Потому что ты считаешь, будто я сплю со всеми подряд! – взорвалась Бетани.

Джоэл улыбнулся.

– Я уже говорил, что вовсе так не думаю.

Бетани покачала головой.

– Нуда, ты просто отрицал, что бросил меня в гостинице.

– И это правда, а ты опять не веришь.

Она изо всех сил хотела ему верить.

– Я жажду услышать твои объяснения.

– Тогда давай объявим перемирие, и после обеда я подробно расскажу, что произошло.

– Даже если я поверю тебе, это ничего не изменит. Это не изменит твоего мнения обо мне, это не изменит того, что ты говорил в машине.

Невинным тоном Джоэл спросил:

– А что же я говорил в машине?

Его циничные слова до сих пор жгли ей душу.

– Ты сказал, что я не знала о вашем с Майклом родстве и могла спать с обоими.

– Я провоцировал тебя, ждал заявлений, что ты не такая… что у тебя есть честь…

– И ты бы поверил этому?

– Может быть, если бы не одна вещь…

Бетани хорошо знала, о чем он говорит. Она согласилась провести с ним уикенд, хотя еще не дала окончательного ответа Майклу.

– Если бы я решила выйти замуж за Майкла, я бы никогда не поехала с тобой, независимо от того, родственники вы или нет.

Джоэл склонил голову набок.

– Так ты не собираешься за него замуж?

– Нет, не собираюсь. Я пыталась сказать ему об этом, но он не принял мое «нет» в качестве ответа.

– Но почему ты отказала Майклу?

– Я не люблю его, а для меня все решает любовь. – Бетани застенчиво опустила глаза. – Я бы никогда не вышла замуж за человека, которого не люблю.

Глядя на ее длинные пушистые ресницы, которым могла позавидовать любая женщина, Джоэл задумчиво произнес: