Эмили Маккей - Все, что ему нужно

— Тем более не стоит давать ему еще больше власти. Кстати, не забудь всем сообщить, что Девалера сейчас занят такой важной и ответственной работой, которую за него никто не сможет сделать.

А ведь она и не подозревала, что Гриффин может так умело распоряжаться персоналом.

Должно быть, удивление отразилось у нее на лице, потому что Гриффин спросил:

— Ты не согласна с моим решением?

Синди покачала головой:

— Наоборот, полностью согласна. Девалера — человек закалки твоего отца, и он хорош на своем месте, но это не отменяет его излишнюю самовлюбленность. Так, мне не следовало этого говорить.

— Но я с тобой полностью согласен. Просто, когда здоровье Холлистера пошатнулось, и он задал нам эту дурацкую задачку, о чем, к счастью, пока что никто еще не знает, компания и так оказалась в непростом положении, а теперь еще и Далтон уволился. И я не хочу, чтобы Девалера о чем-нибудь догадался.

— Умно.

— Тогда почему я не слышу в твоем голосе энтузиазма?

Что ему ответить? С Далтоном она никогда не стеснялась открыто выражать свое мнение, хотя он и не часто спрашивал ее совета.

— Выкладывай, — велел Гриффин, все так же насмешливо улыбаясь.

— Просто я не думала, что ты так хорошо разбираешься в делах компании, вот и все.

— Ну конечно.

Ей показалось, или в его голосе действительно появилась какая-то горечь?

— Но ты отлично все придумал, — торопливо добавила Синди.

— Просто удивилась, что я в состоянии придумать хоть что-то дельное.

— Нет, но… — Синди даже и не знала, что ему на это ответить, а потом вдруг почувствовала, что начинает злиться. — Ты в курсе, что выглядишь как избалованный богатенький сынок? Неужели ты думаешь, что остальные думают о тебе как-то иначе? — Вот только отчего-то у нее не получалось смотреть ему сейчас прямо в глаза. И Синди еще раз подумала о том, что на самом деле почти ничего о нем не знает. — Хотя я уже поняла — ты совсем не такой и отлично разбираешься в текущей политике компании. Ведь иначе тебе просто неоткуда было бы знать, что Меркинс собрала себе отличную команду, а Девалера всего лишь самовлюбленный и жадный до власти карьерист.

— Вообще-то о самовлюбленности Девалеры ты сама сказала.

Гриффин по-прежнему улыбался, хотя его взгляд практически неуловимо изменился.

— Просто я хочу сказать, что… — Так, она уже начала оправдываться. Ну и ладно, в конце концов, он сам виноват, что так хорошо скрывал свою истинную сущность. — Что раз уж ты столько времени и сил тратишь на то, чтобы выдать себя за кого-то другого, то не стоит обижаться, когда тебя действительно начинают принимать за того, кем ты хочешь казаться.

Гриффин прекрасно понимал: Синди права, ей есть на что злиться, ведь он действительно очень многое от нее скрывал. Хотя некоторые свои тайны он вообще никому никогда не открывал и открывать не собирался. Даже ей.

Когда он только начал работать на «Инновации Кейна», все считали его лентяем и тунеядцем. Но тогда он еще не пытался создать выгодный для себя образ, а просто совершенно не хотел здесь работать. Зато очень хотел однажды получить причитающуюся ему долю наследства, однако отец ясно дал понять, что если он откажется от предложенной должности, то и о наследстве может забыть раз и навсегда. А в итоге все вышло весьма неплохо. Роль вице-президента отдела международных отношений оставляла ему достаточно времени, чтобы работать на «Надежду2О», а репутация бездельника способствовала тому, что никто в компании не возлагал на него каких-либо ожиданий.

Поэтому Гриффин всегда весьма спокойно относился к тому, что все считают его лоботрясом и бабником. Так почему он вдруг разозлился на Синди?

Неужели он серьезно надеялся, что она каким-то чудом могла разглядеть его настоящего? И захотел бы он этого сам, если бы ему предоставили выбор? Хороший вопрос. А ведь Синди все еще ждет ответа. И ей сейчас явно немного не по себе.

— Это все? — наконец спросила она.

— Ты права. — Гриффин поднялся. — И я ни на кого не обижаюсь. — Может, если повторять это достаточно часто, он и сам в это поверит? — Раз уж я так себя веду, мне не стоит обижаться, что все вокруг начинают верить, что больше я ни на что не годен.

Как же странно она на него сейчас смотрит.

— Ладно, я назначу Меркинс встречу и подготовлю черновик обращения для персонала.

— Хорошо, а еще назначь на сегодняшний вечер собрание совета директоров. Они уже наверняка все успели прочитать письмо Далтона, и я не хочу, чтобы у них было достаточно времени, чтобы все обдумать и самостоятельно решить, что делать дальше.

Синди сделала несколько пометок, а потом снова подняла глаза.

— Возможно, ты не в курсе, но Далтон обычно сообщает о собрании хотя бы за неделю, потому что…

— Потому что некоторые из них живут за городом? Да, я это знаю. С ними придется выйти на видео-конференц-связь, ведь прежде чем действительно начать что-то делать, нужно добиться моего официального, пускай и временного, назначения на должность генерального директора. И еще предупреди их — это будет короткое собрание, ведь мне совершенно не нужно, чтобы у них было достаточно времени на обсуждение других кандидатур.

— Хорошо. Что-нибудь еще?

— Синди…

— Встречу с Меркинс назначить на восемь утра?

— Лучше на полдесятого.

— Полдесятого? — нахмурилась Синди. — Но тогда все уже будут на работе несколько часов и успеют наслушаться всяких сплетен. Лучше, если ты с самого начала добьешься ее поддержки.

Разумеется, она права, но на восемь часов у него уже назначена конференц-связь с банком в Найроби. А ведь он потратил целых две недели, только чтобы добиться этой конференции. Даже думать не хочется, сколько сил и времени придется убить, чтобы еще раз обо всем договориться.

— На восемь часов у меня назначена важная встреча.

Может, услышав его решительный тон, Синди не станет спорить?

— А перенести ее на пару часов ты не можешь?

— Нет. — В Кении как раз будет четыре часа. Самое удачное время для переговоров.

— Но если у Девалеры только появится возможность раньше тебя договориться с Меркинс…

— Ладно, восемь тридцать. Я очень постараюсь освободиться к этому времени.

Похоже, Синди поняла, что больше все равно не сумеет ничего от него добиться, и кивнула.

— Если ты пришлешь мне свой распорядок дня, я добавлю туда все рабочие дела и встречи. Так тебе будет гораздо удобнее.

— Нет. У Марион никогда не было моего личного распорядка, и тебе он тоже ни к чему.

— Но как я могу выполнять обязанности личного помощника, если не буду знать, где и когда ты находишься?