Нора Филдинг - Старинный кулон

— Мы хорошие артисты, не так ли?

Глаза Уайдлера сверкнули.

— Кое-что мы не играем, я уж точно, а как обстоит дело с твоей стороны, Алекс?

Она растерялась. Вместо лука у нее в руках оказался бумеранг. Стрела, пущенная ею, к ней и вернулась.

— С моей стороны только игра!

Губы Клиффорда насмешливо изогнулись.

— Тогда продолжай в том же духе. Мне очень нравится, — сказал он и, перейдя на еле различимый шепот, почти беззвучно произнес: — Особенно в бассейне.

Алекс пришлось признать поражение. Чтобы скрыть от Клиффорда свою растерянность, она принялась с повышенным вниманием слушать рассказ миссис Уайдлер, прерываемый остроумными замечаниями мужа.

Они засиделись далеко за полночь. Никому не хотелось уходить и заканчивать приятное общение. Неоднократно и Клиффорд, и миссис Уайдлер пытались напомнить старой леди о режиме, но они оба чувствовали, что вряд ли у Сары Брентон впереди много таких вечеров, и не настаивали. Выполнение предписания докторов казалось им сейчас утонченной жестокостью по отношению к дорогому им человеку. Только поздно вечером Сара Брентон, прикрыв глаза, задремала. Мистер Уайдлер и Клиффорд хотели помочь старой леди подняться в спальню, но она решительно пресекла их попытки:

— Не надо. Я хочу остаться здесь. Потом Меган и Джеф мне помогут. Идите.

Всем не оставалось ничего иного, как подчиниться капризу умирающей женщины, и они стали расходиться по своим комнатам.

Клиффорд вышел, как и вчера, вместе с Алекс. Когда они подошли к двери спальни, она вся сжалась, боясь услышать пожелание спокойной ночи.

Если он сейчас повернется и уйдет, я умру, подумала она в ожидании слов Уайдлера, словно преступник, готовящийся выслушать приговор суда.

Клиффорд молчал. Алекс подняла глаза и встретила устремленный на нее вопросительный взгляд, в котором читалось желание. Она покраснела и уже хотела было кивнуть в знак согласия, но отказывающееся подчиняться сознание в последнее мгновение взяло верх над стремлением броситься в объятия Клиффорда.

— Спокойной ночи, — скороговоркой пробормотала она и уже хотела было шмыгнуть в комнату, но в тот же миг сильные руки схватили ее, подняли, внесли в спальню и бережно уложили на кровать.

Она открыла глаза, которые крепко зажмурила, когда Клиффорд нес ее на руках. Он смотрел на нее. В его глазах, потемневших от страсти и ставших почти черными, застыла мольба. Им не надо было ничего говорить друг другу. Их влекла неумолимая первобытная сила. Алекс выгнулась и застонала, поняв, что в его глазах видит отражение своего взгляда, устремленного на него с таким же голодным желанием. Наступал древний ритуал соединения двух земных существ.

Время и пространство исчезли. Они перенеслись в другое измерение, где существовали только они и их страсть. Они были словно путники, заблудившиеся в Сахаре и уже смирившиеся с неизбежной гибелью, когда наткнулись на источник. Они отталкивали друг друга, стремясь насытиться живительной влагой, и вдруг вспоминали о партнере, давая возможность ему тоже припасть и удовлетворить свою жажду. Их тела сплетались, каждое прикосновение к обнаженной коже другого дарило неземное блаженство. Они купались в безбрежном океане страсти, плыли в нем, подхватываемые течением, которое выносило их к сладостным берегам наивысшего наслаждения. Они прерывали свои объятия лишь на мгновения, необходимые для восстановления сил, и снова устремлялись навстречу, боясь, что могут потерять друг друга в этом мире. Таинство любви полностью поглотило их, они забыли обо всем, подчиняясь кипящему в них желанию.

Наконец они насытились. Они лежали молча, переполненные, потрясенные, застигнутые врасплох силой захватившей их страсти, отзвуки которой они все еще ощущали внутри себя, слышали в своем сердце, чувствуя, как в их душах рождается что-то новое, что навсегда останется с ними.

Клиффорд перевернулся на бок, желая уткнуться лицом в плечо Алекс и заснуть. Он чувствовал себя словно зверь после обильной трапезы. Его рука случайно задела грудь Алекс, и он не смог отказать себе в удовольствии провести пальцем по ее соскам, набухшим от его поцелуев. Они мгновенно напряглись и затвердели. Клиффорд лениво продолжил свою ласку, и Алекс задрожала. С ужасом и радостью он почувствовал, что опять наливается желанием. Пальцы его спустились ниже к бархатистой впадинке живота, погладили его, снова наслаждаясь нежностью ее тела, и продолжили дальше свое увлекательное путешествие.

— Милая моя, — прошептал Клиффорд и начал прокладывать дорожку из поцелуев от соблазнительной ямочки у основания шеи к пышной груди и ниже к животу, пока не добрался до крошечной жемчужины, средоточию ее женственности. Клиффорд слегка обвел бугорок языком и замер, подняв голову и наблюдая за Алекс. Та изогнулась дугой и застонала. Рот ее приоткрылся, а руки ловили воздух, пытаясь обнять Клиффорда и притянуть его к себе. Он быстро развернулся. Теперь его голова находилась между ног Алекс, а его восставшая плоть упиралась ей в рот. Он продолжил свою изысканную ласку, похожую на сладостную муку, целуя и посасывая удивительное сокровище, находящееся в раковине из пушистых створок.

Алекс ответила ему тем же. Ее язык, как огненная змейка, очерчивал магические круги. Ласка была настолько приятной и будоражащей одновременно, что с губ Клиффорда сорвался стон. Их обоих сотрясала крупная дрожь, когда Алекс добралась до головки его плоти и принялась ее сосать. Клиффорду показалось, что еще немного и он лопнет от переполняющего его возбуждения. Но он, еле сдерживая себя, продолжал ласкать Алекс. Оба дошли почти до безумия, когда Клиффорд рывком запрокинул ее ноги к себе на плечи и вонзился в ее тугие горячие недра.

Алекс показалось, что он рассек ее на две половинки, проникнув так глубоко, что соединиться в единое целое она никогда уже не сможет. Поток страсти возносил ее на своих мощных крыльях. Она взмывала все выше и выше, в самое поднебесье. Внутри у нее что-то взорвалось, она содрогнулась в конвульсиях и поплыла по волнам наслаждения. Его движения становились все резче, все быстрее, и вскоре он присоединился к Алекс в безумном наслаждении сладострастного восторга.

— Алекс, — прошептал Клиффорд. — О, Алекс…

В этот момент раздался резкий стук в дверь и прерывающийся всхлипами голос Меган:

— Клифф, быстрее… Случилось страшное…

Клиффорд рывком вскочил с постели и, на ходу натягивая брюки, распахнул дверь. Алекс, забыв о себе, о том, что она раздета, поднялась и стояла словно изваяние древнегреческой богини, которую по ошибке принесли сюда и забыли.