Дженни Адамс - Лучшая подруга

– Я не могу рисковать тем, что из-за этого сходства пострадает кто-нибудь еще.

– Ты не такой, как он. – Он собирался возразить, и она подняла руку. – Я знаю, что это тебя беспокоило, но я всегда говорила, что ты совсем не похож на Сэмюэла, и по-прежнему говорю то же самое. Если бы ты был таким, как Сэмюэл, то откуда бы знал, что не обидишь меня, не перешагнешь за черту дружбы, если более глубокого чувства у тебя ко мне нет?

Джек подошел к ней и, обняв ее одной рукой, привлек к себе, как поступил в первый день после своего возвращения.

– Я слышал разговоры людей… людей, которые знали его до того, как он обзавелся семьей. Тогда он был прекрасным человеком. – Они больше не общались с Сэмюэлом, но несколько лет назад Джек слышал, как шептались о том, до чего изменился Сэмюэл. О том, что семейная жизнь, кажется, отравила его. – Близость выявляет иногда в человеке дурные черты. Во мне тоже. Последние несколько раз, когда виделся с Сэмюэлом, я это доказал.

– Ты ошибаешься, Джек, – недоверчиво сказала она, отшатнувшись от него. – Я не верю.

– Ты видела, какой он. С другими людьми раздражительный, шумный, а иногда держит себя вызывающе. Но в кругу семьи раздражительность Сэмюэла превращается в агрессивность. Он не обращает внимания на маму, так же, как и она не обращает внимания на него, и обращается со мной как с врагом. Всегда. Он не переходит к агрессивным действиям только потому, что я держусь от него подальше. Он перестал проявлять физическую агрессию и ограничивается оскорблениями только потому, что несколько лет назад ты ему угрожала судом.

– Я знаю, что все это правда. И я действительно попросила бы маму и папу обратиться в полицию – как я и угрожала, – если бы он снова попытался причинить тебе физический вред. – Казалось, ее потрясли и расстроили его слова. – Но это Сэмюэл. Не ты.

– Вот как? Последние два раза, когда я виделся с Сэмюэлом, не только он, но и я был вне себя от гнева. Мне хотелось его задушить… все что угодно, лишь бы он замолчал. – Джек сжал зубы, но все-таки заставил себя продолжать: – Вот как на меня действуют семейные отношения. Но если ты станешь моим другом, то всегда будешь со мной в безопасности. Надеюсь, ты мне веришь, Тифф.

– Я верю, что я с тобой в безопасности при любых обстоятельствах. – Она бросила на него обеспокоенный взгляд. – Если ты вышел из себя, значит, наверняка была веская причина. Не может быть, чтобы оказалось то же самое…

– Оказалось, и я с этим смирился. Мне нужно, чтобы ты тоже не питала никаких иллюзий.

Она опустила голову.

– Я знаю, что ты-то наверняка не питаешь, Джек.

– Тогда давай так все и оставим. Следовало бы объясниться с тобой раньше, и мне жаль, что я этого не сделал. Мне жаль, что я только что смеялся, когда не было ничего смешного. Тифф, я знаю, что перед отъездом все испортил. Я полностью отвечаю и за то, и за другое. Только прошу дать мне шанс стать твоим другом. Лишь это сделает меня счастливым.

Потому что без этого он не мог обойтись.

– Я хочу, чтобы ты был счастлив. – Она расправила плечи. – По-моему, ты ошибаешься насчет своего самообладания, но я тоже думаю, что нам нужно постараться стать друзьями. Поэтому у нас одна и та же цель. Очевидно, что-нибудь другое для нас не годится, иначе мы оба решили бы найти способ добиться своего, а мы этого не сделали.

Джеку следовало быть благодарным за ее слова. Ведь он узнал, что она желает только дружбы! Со временем он, возможно, испытает чувство благодарности.

– Спасибо за то, что ты честен со мной, Джек. Теперь, когда мы все выяснили, может быть, сумеем снова подружиться.

Все? Джек не мог смотреть ей в глаза. Он проглотил ком в горле и отвел взгляд, потому что ему больше нечего было сказать.

Но он все же сдержанно ответил:

– Жду с нетерпением.

В коттедже зазвонил телефон. Тиффани взглянула ему в глаза, и он тоже пристально посмотрел на нее, стиснув зубы. Она кивнула, повернулась и вошла внутрь.

Джек тоже кивнул. Надо жить дальше…

Тиффани подошла к телефону, по-прежнему думая о Джеке и об их разговоре. Почему Джек такого ужасного о себе мнения? Конечно, он ошибается.

Откуда у Джека такое настроение? Что произошло между ним и Сэмюэлом? – Она со вздохом взяла трубку.

– Алло?

– Ваши козы – на моем участке! – закричал сердитый знакомый голос. Голос Сэмюэла Рида. Казалось, его накликал разговор с Джеком.

– Извините, мистер Рид. – Тиффани пыталась говорить успокаивающим тоном. Она и Сэмюэл не любили друг друга. В тот день, когда они встретились в первый раз, она увидела, как он пытался ударить Джека тростью. Но сейчас речь шла о другом.

Должно быть, на днях она плохо починила изгородь, хотя очень старалась.

– Я сейчас же приеду и выгоню их. Никаких проблем не будет.

– О, проблема уже налицо. Эти вредители едят кору моих прекрасных черных австралийских акаций. Я имею полное право их застрелить. Может быть, я именно так и сделаю. – Голос Рида задрожал от гнева, и он бросил трубку.

Тиффани отодвинула трубку от уха и состроила гримасу. Она заметила, что в дверях кухни стоит Джек. Наверняка он слышал все, что она сказала.

Джек вошел в комнату и остановился перед ней. Его сжатые губы выдавали напряжение, он настороженно смотрел на нее.

– В чем дело?

– Несколько коз заинтересовались австралийскими акациями Сэмюэла. – Джек состроил гримасу. Тиффани, напротив, растянула губы в улыбке. – Я поеду за ними, а потом надо будет осмотреть ту часть изгороди, за которой начинается участок возле речки. Я думала, что мне удалось ее починить, но, наверное, ошиблась.

– Я сам поеду. Не хочу, чтобы он тебя оскорблял. Не хочу, чтобы ты терпела его гнев.

– Если тебя не устраивает, что я поеду одна, – хорошо. Мы поедем вместе.

Она прошла мимо него и вышла из коттеджа.

– Мы можем поехать на нашем грузовичке или на твоем джипе. Выбирай, на чем.

Джек наклонил голову.

– Мы поедем на джипе, но, если нас встретит Сэмюэл, я хочу, чтобы ты осталась в машине, а я позабочусь обо всем.

О, вот как? Она не ответила, и Джек помрачнел.

Они взяли с собой деревянный молоток, клещи, проволоку и другие вещи, которые могли понадобиться, чтобы починить изгородь. Джек и Тиффани ехали молча. Миновав пастбище у речки, принадлежавшее местной общине, они через минуту подъехали к границе земельного участка Сэмюэла Рида, к его австралийским акациям и к самому Сэмюэлу Риду, который стоял возле большой машины с приводом на четыре колеса.

– Вот… справа. – Она указала, где именно. – Я могу насчитать шесть коз. Не так уж плохо. Там Амалтея. Почему это меня не удивляет?

– Оставайся здесь. Я скажу ему, чтобы он все предоставил нам. Когда он уйдет, ты сможешь выйти из машины и помочь мне.