Люси Дейн - Кто ты, возлюбленный?

Тони некуда было спешить. Его загородный особняк и большая комфортабельная квартира в районе Найтсбридж пустовали, потому что, кроме него, там никто не жил. И вовсе не потому, что ему, тридцатидвухлетнему человеку, владельцу фирмы «Майлос пет-фудс» и сети фабрик по производству корма для домашних питомцев, нравилось одиночество. Просто так сложилась его жизнь.

Когда-то он встречался с девушкой, подумывал о женитьбе, строил планы на будущее. А потом все рухнуло.

В один прекрасный день Тони стал невольным свидетелем телефонного разговора своей возлюбленной с подругой, из которого узнал много важного для себя.

Они с Джессикой — так звали девушку, о которой Тони уже думал как о невесте, — договорились встретиться в открытом летнем кафе на набережной Виктории. Тони немного задержался, так как по дороге забежал купить цветы.

Подойдя к кафе, он увидел сидящую за столиком Джессику. Она находилась в тени большого полосатого зонта и непринужденно болтала с кем-то по мобильному телефону. Очень скоро Тони понял с кем — с зеленоглазой брюнеткой Бетти, которую он недолюбливал за привычку совать нос в чужие дела.

Сначала Тони хотел осторожно приблизиться сзади и положить перед Джессикой букет крупных ромашек, но вдруг застыл, услыхав странную фразу:

— Да мой недотепа снова опаздывает. — Это произнесла в трубку Джессика. Причем таким тоном, какого раньше Тони от нее никогда не слышал. Даже ее голос как будто изменился — стал то ли ниже, то ли грубее. — Представляешь, Бетти, я должна его ждать! — продолжала между тем Джессика. — Ну ничего, как поженимся, я этого размазню быстро приструню. Чтобы много о себе не воображал. И не думал, что если у него миллионы, то я должна ходить перед ним на цыпочках.

На цыпочках? — удивился Тони. Когда я такого требовал? И потом, что это еще за определения: «недотепа», «размазня»?

— Конечно, размазня, — произнесла в трубку Джессика. — Мне такие парни не нравятся. Какой-то он… даже не знаю, как сказать. В общем, только и слышно от него «пожалуйста», «будь любезна», «позволь тебе помочь», «можно тебя поцеловать?»… Да, так и говорит! Ты когда-нибудь встречалась с мужиком, который бы спрашивал разрешения, прежде чем поцеловать тебя? И я нет. А сейчас довелось. Что? Конечно, раздражает. Да я понимаю, что он вежливый, но не до такой же степени! Как-то это все… странно. Ты ведь знаешь, мне нравятся инициативные парни. Такие, как Макс, например. Тот полез ко мне под юбку, едва мы успели познакомиться. Вот это я понимаю натиск! Что? — Выслушав очередную фразу подруги, Джессика рассмеялась. — Конечно, вспоминаю Макса! Скажу больше, только пусть это останется между нами, ладно? Не только вспоминаю, но до сих пор с ним изредка встречаюсь. Что? После свадьбы? А почему бы и нет? Тони — это одно, а Макс — другое. Для первого я буду женой, для второго любовницей. Собственно, я бы с большей охотой вышла замуж за Макса, но у него, ты же знаешь, ветер в карманах гуляет. А Тони мне недавно такие серьги подарил… ммм… загляденье! Я тебе потом покажу. Изумруды на платине в золотом обрамлении. К твоим зеленым глазам? Конечно, подошли бы. Бетти! Ну не расстраивайся. Может, и тебе когда-нибудь подарят. Вот найдешь себе такого же мямлю, какого я сцапала…

Джессика еще продолжала болтать, а Тони повернулся и побрел прочь, толком даже не понимая, куда идет. Удалившись ярдов на двести, он остановился возле парапета набережной и долго смотрел на воды Темзы.

Как я мог так ошибиться? — вертелось в его голове. Но ответа он не находил.

Тони познакомился с Джессикой у дантиста. Она работала в приемной стоматологического кабинета, и пациенты попадали сначала к ней, а потом к врачу.

С зубами у Тони, к счастью, все было в порядке, но он хотел проконсультироваться относительно того, можно ли их отбелить. Джессика встретила его так, будто он был первым человеком, заглянувшим в кабинет за последние полгода. Она вышла из-за своего рабочего стола и направилась навстречу Тони, слегка покачивая бедрами и стуча по полу высокими тонкими каблуками. На ней был коротенький белый халат с глубоким вырезом на полной груди, стройные ноги обтягивала черная сеточка чулок.

Стоя у парапета, Тони припомнил, что в первую минуту эта обольстительная сеточка и привлекла его взгляд. Потом он разглядел скрывающиеся под ней точеные и открытые почти до середины бедра ноги, затем увидел тонкую талию, бюст, на котором едва сходились полы халата, и только после этого разглядел лицо, которое показалось ему несколько менее примечательным, чем все остальное.

У Джессики были пухлые, подкрашенные алой помадой губы, аккуратный, чуть вздернутый носик и карие глаза. А когда она улыбнулась, стали видны крупные белые зубы — между двумя передними темнела щелочка. Волосы Джессики, оттенка червонного золота, были подняты высоко на макушку и повязаны черным бантом.

— Проходите, пожалуйста, — произнесла она с отработанными до автоматизма профессиональными интонациями. — Присаживайтесь. — Джессика указала на одно из глубоких кожаных кресел, перед которым стоял столик со стопкой журналов. — Кофе?

— Спасибо, не откажусь, — с улыбкой ответил Тони, продолжая разглядывать любезную ассистентку дантиста.

Все так же покачивая бедрами, она удалилась в соседнее помещение, но вскоре вернулась с чашкой ароматного напитка, которую поставила перед Тони на стол.

— Прошу.

— Благодарю, — вновь улыбнулся он.

— Это ваш автомобиль? — как бы между прочим спросила Джессика, мельком взглянув за окно приемной, где на улице стоял, приткнувшись к тротуару, шикарный «ягуар».

— Да, — чуть удивленно протянул Тони. — А что, здесь запрещена парковка?

Губы Джессики вновь изогнулись в профессиональной улыбке.

— Нет, я просто так спросила. — Затем она села на свое рабочее место и принялась заполнять специальный бланк, занося в него данные нового пациента — имя, пол, возраст, домашний адрес, номер телефона и род деятельности.

— А зачем вам последнее? — поинтересовался Тони, после того как ответил, что он бизнесмен, владелец частной фирмы.

— Для статистики, — не моргнув глазом обронила Джессика.

Однако впоследствии, когда заполненный ею бланк оказался в его руках, Тони почему-то не обнаружил сведений о своей профессии. Впрочем, на карточке даже графы такой не было.

Но тогда Тони не придал этому значения. Лишь гораздо позже, анализируя историю с Джессикой, он сообразил, что та попросту выведывала информацию о нем.

В тот день врач назначил ему процедуры, и он стал приезжать в стоматологический кабинет по вечерам, после работы. Джессика неизменно встречала его лучезарной улыбкой, но кофе больше не предлагала, дабы не помешать процессу восстановления белизны эмали зубов.