Хелен Бьянчин - Огонь и вода

— Это не имеет значения.

— Еще как имеет…

Данте остановил ее, прикоснувшись пальцем к ее губам.

— Ты ошибаешься.

Тейлор хотелось расплакаться.

— Пожалуйста…

Она не знала, о чем именно молила, но абсолютно точно хотела побыть одна. Почувствовав это, Данте отпустил Тейлор и проводил взглядом до дверей.

Через пару минут он закончил мыть посуду, убрал все со стола и отправился к себе в комнату.

Уснуть ему удалось не сразу. Ответ Тейлор на его поцелуй оказался еще более страстным, чем он рассчитывал.

Таким страстным, что оставил Данте возбужденным и жаждущим большего.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Консультация с Грациеллой по поводу наряда на благотворительный вечер закончилась тем, что Тейлор надела красное шелковое платье и ожерелье.

Одобрение Грациеллы было поддержано взглядом Данте и энтузиазмом Бена.

— Нам пора ехать, — сказал Данте, поцеловал мать, а затем взял на руки Бена. — Присматривай за бабушкой, хорошо?

— Мы будем смотреть мультики.

Тейлор подождала, когда Бен спустится с рук Данте, и поцеловала его.

— Я люблю тебя, милый.

— И я тебя.

С каждой минутой Тейлор нервничала все больше и больше. Не помогла даже поддержка Данте, когда он взял ее за руку и ободряюще сжал ее.

— У тебя нет причин для волнений.

— Почему ты решил, что я волнуюсь?

Лимузин замедлил ход и повернул к шикарному отелю.

— Тебе поможет, если я скажу, что не отойду от тебя ни на секунду весь вечер?

При условии, что Данте и являлся причиной всех беспокойств, его заверение ни на секунду не успокоило Тейлор.

Ей не пришлось отвечать, так как машина остановилась. Дверь им открыл галантный швейцар. Данте взял Тейлор за локоть и повел в холл.

Никогда в жизни Тейлор не видела в одном месте столько ювелирных украшений и таких дорогих дизайнерских нарядов. В воздухе витал аромат богатства и успеха.

Появление Данте не осталось незамеченным. Тейлор даже показалось, что по залу прошел шепот. Начались приветствия, знакомства и, конечно, соболезнования в связи с утратой.

— Такая трагедия! — сказала одна из гостей. — Они были так молоды! Грациелла с трудом, пережила их гибель. Слава Богу, ребенок не поехал с ними.

Тейлор оставалось лишь кивать и благодарить за сочувствие.

— Ох, Данте как всегда в центре внимания, — улыбнулась женщина, глядя на то, как Данте обступили со всех сторон.

Тейлор снова улыбнулась. Данте внимательно посмотрел на нее и снова взял за руку.

— Приношу свои извинения. Это моя коллега Анжелина, — представил он женщину — Спасибо за то, что посетили наш вечер.

— Спасибо за приглашение, — ответила та. — В свою очередь хочу поздравить вас со скорой свадьбой.

Свадьба? О чем говорит Анжелина? Видимо, удивленное выражение лица Тейлор вынудило Анжелину пояснить:

— Я о недавней статье в журнале. Вы не понимаете по-итальянски? Ну, конечно! — воскликнула она. — В статье написано про приезд Данте, про сегодняшний вечер, про усыновление вами Бена. И все эти события объединил слух о вашей свадьбе.

Тейлор ждала, когда Данте опровергнет эту информацию. Но вместо этого он поцеловал ее руку. Опять.

— Это разумное решение, не правда ли?

Он сошел с ума?

Данте прервал безмолвный крик Тейлор, прикоснувшись пальцем к ее губе.

— Но, конечно, церемония будет очень скромной. Только для семьи.

— Естественно.

Данте продолжал держать Тейлор за руку, не обращая внимания на то, что она вцепилась в его ладонь ногтями.

— Прости нас, Анжелина…

Они отошли. При этом в голове Тейлор крутился лишь один вопрос: кто пустил такой слух?..

— Грациелла… Это она? — Молодая женщина в упор посмотрела на Данте.

— Ее спросили, и она предположила то, что, по ее мнению, случится в скором времени.

— Ты сам тоже так думаешь?

— Я думаю, моя мама верит в то, что наш брак приведет к окончательному решению всех проблем.

— Каких именно проблем?

— Так бы мы смогли стать полноценными приемными родителями. — Данте внимательно поглядел в ее глаза.

Неужели Грациелла так истолковала их поцелуй?

— Ты сейчас действительно говоришь серьезно? — спросила Тейлор.

— Мы живем в одном доме. Мы должны вместе воспитывать Бена.

— Ты хоть представляешь, скольких усилий мне стоит сейчас одерживать себя, чтобы не дать тебе пощечину?

— Нужно ли мне напоминать, что мы находимся в общественном месте?

— А ты постарался, чтобы об этом написали в газетах? — Тейлор пропустила его вопрос мимо ушей.

— Пока нет. Но подключить еще два-три журнала…

Тейлор больше не могла смотреть на его самодовольное лицо.

Она могла уйти. Развернуться, выйти, поймать такси и вернуться к Грациелле.

Отличный план. Только она не знала адрес.

Данте наблюдал за тем, как Тейлор берет свои эмоции под контроль.

— Рано или поздно этот вечер закончится, — спокойно заявила Тейлор. Скорее это случится поздно, подумала она.

Весь следующий час она улыбалась и повторяла слово «спасибо» так часто, что у нее даже устали мышцы лица. К тому же рука Данте, которая не сходила с ее талии, заставляла Тейлор нервничать.

Временами он проводил рукой по ее спине, затем обхватывал чуть ниже груди.

Одно неаккуратное движение, и его пальцы могли коснуться деликатной части ее тела. От этой мысли у Тейлор мурашки бежали по коже.

Почему одно его прикосновение заставляет ее тело трепетать от желания?

И знал ли об этом он?

Тейлор надеялась, что нет. Одна мысль об этом заставляла ее трепетать.

Тейлор свободно вздохнула, когда он убрал руку с ее талии, но уже через секунду его пальцы обхватили ее кисть.

Тейлор овладело желание вырвать руку, но Данте будто почувствовал это и еще сильнее сжал ее.

Он наклонился и прошептал ей на ухо:

— Еще совсем немного, и мы сможем уйти.

Тейлор обернулась к нему и выдала свою самую обворожительную улыбку.

— Хотелось бы верить.

— Аккуратней, дорогая. Ты ведешь себя вызывающе. Такая улыбка может убить.

— Правда? Мне кажется, по сравнению с тобой я веду себя как ангел.

Его низкий смех сводил се с ума.

— У тебя хорошее чувство юмора.

И тут Данте не выдержал. Слишком долго он просто стоял рядом, пытаясь сдержать свои эмоции. Его терпению пришел конец. Он наклонился и страстно поцеловал Тейлор, не обращая внимания на ее протест.

Через несколько секунд он уже знал, что она перестанет бороться и растает в его руках.