Кейси Марс - Молчаливая роза

— Ты думаешь, что у него другое на уме?

— Кто знает? Джонатан так сильно изменился. По-моему, он начал от меня отдаляться.

— В жизни все меняется. Может быть, в конце концов он придет в себя.

— Может быть.

— А может, уже пришел… — Взгляд Кристи уперся во входную дверь, и в этот момент зазвонил колокольчик.

— Джонатан! — Девон резко повернулась. Он стоял в дверном проеме, высокий, уверенный в себе, с непроницаемым выражением лица. По прошествии некоторого времени его черты смягчились, серо-голубые глаза потеплели, и он сделал шаг ей навстречу. Девон бросилась в его объятия.

— Я скучала по тебе, — сказала она. — Боже, как я по тебе скучала!

— Я тоже скучал. — Его голос звучал хрипло. Он поцеловал ее крепким, долгим поцелуем, и часть страхов, снедавших Девон, рассеялась, как дым.

Словно сквозь вату она услышала, как у нее за спиной кашлянула Кристи. Девон оторвалась от Джонатана, повернулась к Кристи и, улыбнувшись, произнесла:

— Джонатан, это моя лучшая подруга Кристи Папаополис.

— Здравствуйте, Кристи. Рад познакомиться с вами.

— Девон уже все мне о вас рассказала, — сразу сообщила Джонатану Кристи.

— Неужели? — Он вздернул бровь и с иронией посмотрел на нее.

Та чуточку смутилась.

— Ну конечно, не все…

— Очень на это надеюсь.

Девон вспыхнула, а Кристи от души расхохоталась. Некоторое время они стояли и просто болтали о том о сем. Джонатан коротко рассказал о своей поездке, пожаловался на снежную бурю, встретившую его в аэропорту. Потом разговор перекинулся на предмет, ради которого они все собрались в магазине «Потусторонняя книга».

— Мне кажется, нам уже пора, — сказала Кристи. — А то Сара станет волноваться, куда это мы запропастились.

— Меня волнует похожий вопрос. В самом деле, куда это нас занесло? — с иронией произнес Джонатан, оглядывая мрачный интерьер заведения. — Лично у меня от этого местечка мурашки по спине ползут.

— Мне здесь тоже не слишком нравится, — сказала Девон. — Тем не менее, если мы хотим познакомиться с миссис Стоун, придется на время примириться с обстановкой.

— Только не мне, — ухмыльнулась Кристи. — Поскольку Джонатан все-таки пришел, я позволю себе удалиться. Надеюсь, вы оба не станете слишком уж возражать? Меня дожидается Франциск, а теперь, когда вас двое, я не больно-то вам и нужна.

— Что ж, в каком-то смысле ты права.

— Отлично. Я отведу вас к Саре и познакомлю с ней, а потом отчалю. Утром я тебе позвоню.

Стараясь не обращать внимания на удушливый запах восточных благовоний и тусклое освещение, они двинулись ведомыми одной только Кристи путями в служебное помещение. Когда Кристи постучала в узкую деревянную дверь, им открыла Сара Стоун собственной персоной.

Девон протянула руку.

— Здравствуйте, миссис Стоун. Я — Девон Джеймс, а это — Джонатан Стаффорд.

Судя по всему, Саре Стоун уже стукнуло пятьдесят. У нее были приятные, хотя и неброские, черты лица, а волосы ее — каштановые с сединой — были аккуратно подстрижены. Ее глаза удивительного золотистого цвета со вспыхивавшими в них время от времени золотыми искорками позволяли выделить ее из тысяч и тысяч пожилых женщин. Эти глаза сразу же дали Девон возможность предположить, что врать Саре Стоун — только зря терять время.

— Рада познакомиться с вами, миссис Джеймс. — Сара улыбнулась, и ее лицо вдруг сделалось очень выразительным. — Я прочитала все ваши книги.

— Да что вы говорите?

— А что здесь, собственно, такого? Или вы полагаете, что психолог должен читать только Энни Райс или Стивена Кинга?

Девон негромко рассмеялась.

— Боюсь, я никогда об этом не думала. То есть о том, что должны читать психологи.

— А о вас, мистер Стаффорд, я знаю из газет. Ваша помощь детям. нуждающимся в ортопедическом оборудовании, дорогого стоит. Я слышала, благодаря финансовой поддержке вашей семьи был достроен Университетский госпиталь…

— Это правда.

— Пока. Девон, я исчезаю. — Кристи, сохраняя на губах лукавую улыбку чеширского кота, помахала Девон рукой. — Рада была познакомиться с вами, Джонатан, — бросила она и скрылась, оставив их наедине с хозяйкой.

Сара жестом предложила гостям войти и доброжелательно улыбнулась.

— Добро пожаловать в мою убогую обитель. Комната, куда они попали, была и в самом деле довольно обшарпанной. Здесь, однако, не было ничего мрачного и пугающего. Обстановка состояла из полок, забитых папками, поцарапанного дубового стола, знавшего лучшие времена, и трех стульев, выстроившихся перед столом в ряд. Единственным, что напоминало о необычном назначении комнаты, был настенный астрологический календарь, испещренный знаками и символами.

— Кристина рассказала мне многое из того, что произошло в загородной гостинице в Стаффорде, — сказала Сара, как только они сели. — Я вовсе не собираюсь убеждать вас в истинности случившегося, а также утомлять всякого рода откровениями, но готова помочь вам разрешить проблему — в том случае, если вы мне доверитесь и если таково ваше желание.

— Нам порекомендовал обратиться к вам доктор Фрэнсис Линдерман из Принстонского университета, — солидно произнес Джонатан.

— Как же, как же, я знаю доктора Линдермана, — кивнула Сара, — вернее, его работы, и с нетерпением ожидаю выхода его последней книги.

— Вы, кажется, назвали себя психологом, но Кристи упорно именовала вас медиумом. Я не совсем понимаю… — Девон решила, что пора переходить ближе к делу.

— Просто мы, психологи, по-разному используем отпущенную нам психическую силу. Я не предсказываю будущее и не стану рассказывать вам о вашем прошлом. Мой дар заключается в том, что я помогаю несчастным неприкаянным душам и могу связываться с сущностями в том, другом мире — вот и все.

— Это радует. — Джонатан улыбнулся. — И все же мало кому не хотелось бы заглянуть за грань настоящего.

Сару его ирония ничуть не смутила.

— Будущее предсказывать трудно. Делая выбор в настоящем, мы тем самым каждый раз изменяем будущее.

— Вы утверждаете, что, даже если такая штука, как судьба или рок, существует, мы вполне в силах кое-что в ней изменить?

— Именно это я и хотела сказать.

— Да, так вот о неприкаянных душах… — Девон все старалась перевести разговор на интересующий ее предмет.

— Большинство душ желает совершить переход. Это души, которые сбились с пути. Я же стараюсь быть по отношению к ним доброй и направить их куда следует. Часто это удается…

— Но в нашем случае вряд ли, — мрачно закончил Джонатан.

— Мистер Стаффорд, каждый жизненный путь — это своего рода урок. Флориан совершил при жизни преступление, даже несколько преступлений и за них он расплатится в своей следующей жизни. Как видите, время все расставляет по своим местам.