За буйки заплывать – разрешается! - Виктор Александрович Блытов

– Извините, вас ждут на КПП, просили, чтобы вы сейчас подошли. И еще директор санатория просил вам передать, что хочет видеть вас.

– Кто просил на КПП? – немного растерянно спросил Саша.

– Уважаемые люди и милиция просили! – сказал вежливо охранник.

– Ты со мной пойдёшь? – спросил Феликса с усмешкой Саша.

Вдолблённое в голову с училища чувство – «наших бьют» не давало возможности Феликсу отказаться.

– Конечно, с тобой! – ответил он и чувство опасности начало холодить его душу.

– А я от тебя другого и не ожидал, братка. Ты настоящий офицер, Феликс! Но разбираться буду я сам. Ты только стой, смотри и молчи и лишь если я попрошу, то помогай! – он улыбнулся, раскатисто рассмеялся, – а я никогда не попрошу. Ведь ты мне, как младший брат стал. На войне я бы тебе свою спину доверил.

Феликс шёл к КПП. Саша ему о чем-то говорил, но Феликс его почти не слушал. Он почему-то думал о той девушке с пляжа с очень странным именем Элина.

У КПП стояли две машины. Одна – шикарный «Мерседес», вторая – милицейский УАЗик. В стороне под деревом сидела вчерашняя троица из ларька. Увидев Сашу, они сразу встали, но нерешительно мялись на месте, поглядывая на «Мерседес». Рядом с милицейской машиной курили два милиционера в рубашках с короткими рукавами и фуражках аэродромах – старший лейтенант и сержант. Увидев Сашу, они тоже развернулись в его сторону и оценивающе разглядывали.

Увидев приближающихся Сашу и Феликса, из «Мерседеса» выскочили сразу четыре кавказца из всех дверей. Один из них, вылезший из двери слева, толстенький, в блестящем синем костюме и сверкающий лысиной, стал кричать:

– Эй, ты, здоровый гандон! Если ты думаешь, что тебе все можно здесь, то ты ошибаешься. Ашот здесь главный! Мы тебя поставим на место. Зачем лезешь своим пакостным носом в наши дела?

Феликс даже не успел ахнуть, как Саша в пару шагов преодолел эти десять метров, отделявших их от кавказцев, и затем, схватив пальцами левой руки продолжавшего кричать кавказца, нагнул его и стал возить его носом по асфальту.

– Как ты меня назвал, хачик?

Еще один из кавказцев попытался помочь своему товарищу и тут же отлетел метров на десять, отброшенный ударом ноги Саши, и упал в пыли под ноги было двинувшихся к Саше милиционеров. Те ошеломлённо остановились. Больше никто подойти к Саше не пытался. Работники из ларька тоже не очень стремились попасть под Сашин гнев и неуверенно топтались на месте под тем же деревом.

Увидев, что больше за кавказца никто не хочет заступаться, а Саша продолжал возить кавказца уже ставшим фиолетовым красным носом по асфальту.

– Как ты меня назвал? Повтори? – рычал Саша.

– Больно же! Отпусти! – кричал кавказец, – кто-нибудь, помогите мне!

Но никто не думал ему помогать. Даже подошедшие ближе милиционеры, с каким-то удовольствием рассматривали развернувшуюся перед ними сцену.

И увидев, что никто ему не поможет, плешивый в синем костюме заорал:

– Извини, уважаемый! Я просто ошибся, перепутал тебя с другим. Ты нормальный и хороший человек, а не гандон. Это он гандон.

– Ошибся говоришь? – переспросил с улыбкой Саша, – больше так никогда не ошибайся. А то можешь без носа остаться! – и отпустил кавказца.

Большие слезы катились по щекам кавказца, раздувшийся нос был похож на большую свёклу, из которой сочился красный сок. Кавказец прижал к носу платок, выразительно посмотрел на милиционеров и сел в «Мерседес». За ним в «Мерседес» заскочили остальные. И уже наблюдали за происходящим изнутри.

– Товарищ, предъявите ваши документы! – попросил строгим голосом старший лейтенант, не решаясь близко подойти к Александру.

Саша достал из кармана какое-то удостоверение и, не выпуская его из рук, протянул в сторону старлею. Тот вытянул голову, внимательно его изучил, потом отдал честь и сказал:

– Виноват, товарищ майор! Вопросов к вам нет! Мы видели, что товарищ сам вас первым оскорбил!

– Ну видели, так видели. Свободны – Саша пожал плечами, повернулся и направился к Феликсу. По пути он убрал в карман свое удостоверение, которое он предъявлял старлею.

Феликс видел, как старлей подошёл к «Мерседесу» и в чем-то оправдывался перед открывшим окно кавказцем. Работяги из ларька нерешительно мялись под деревом.

– Ты чего ему показал? – спросил Феликс Сашу.

Саша усмехнулся и протянул ему удостоверение.

– Майор внутренней службы Белов, – прочитал с изумлением Феликс, – начальник отряда СОБР.

Он от неожиданности почесал даже за ухом.

– А к нам в санаторий МО ты как?

– Так я действительно служил в армии. И, как тебе говорил, отоварил одного полковника, меня разжаловали до майора и уволили по оргмероприятиям из армии. Пенсия минимальная у меня была. Выслуга двадцать лет с боевыми и льготными районами у меня есть, – пояснял на ходу Саша, – а потом меня пригласили в СОБР – это сводный отряд быстрого реагирования. Там служат все такие, как я – бывшие офицеры, изгнанные из армии. Неделю назад мы вернулись из командировки из Чечни, а я воспользовался отпуском и через военкомат взял путевку в этот санаторий, как пенсионер МО.

– Понятно, а чего ж сразу не сказал? – спросил Феликс.

– Так, а зачем? Пенсионер он и в Африке пенсионер. А лишнее болтать я не люблю. А в Чечне таких уродов, как этот, заставлял землю жрать с мазутом.

– Просто так? – ахнул Феликс.

– Почему просто так? – усмехнулся Саша, – только тех, кто угрожали вырезать наших родных и в казачьей станице Мекенской орали, что это их земля. Ладно, давай не будем, братка Феликс, о грустном, я не хочу в отпуске даже об этом вспоминать. Пойдём лучше к директору санатория, узнаем лучше, что он от нас хочет?

И они направились к административному корпусу, располагавшемся в главном здании бывшей помещичьей усадьбы. Административный корпус состоял как бы из двух частей. Одна была сплошные развалины и стены даже без крыши, а вторая, которая была ближе ко второму КПП, представляла вполне сносное для работы здание. От административного корпуса шла прямая аллейка к пруду, и Феликс даже увидел издалека знакомый силуэт зелёного острова.

У дверей директора санатория никого не было, но строгая секретарша попросила немного подождать.

– Александр Павлович сейчас занят, подождите немного.

Феликс и Александр уселись на стулья в приёмной и стали ждать.

Внезапно дверь директора распахнулась и из кабинета вылетела та девушка с пруда. Элина. Она, прокричала ещё в открытую дверь:

– Папа, сколько я тебя просила, больше ни с кем меня никогда не знакомить! Если я захочу, я сама найду себе мужчину, которого смогу полюбить!

Она захлопнула дверь и,