Мы (не) случились - Аврора Давыдова

чтоб не спугнуть своего счастья. Как радовалась словно ребёнок, когда в супермаркете, он, выбирая продукты рассказывал, чем таким вкусненьким он меня покормит после жаркого секса. Как была самой счастливой обнимая его со спины, когда он стоял в одном фартуке возле плиты. А когда делилась с ним своими страхами и давними переживаниями, он всегда говорил, что Светлячкам нельзя грустить, они должны светиться. Как поняла, что люблю его, не профессионального спортсмена, отличного тренера и просто красавца, а его люблю, доброго и заботливого мужчину, с которым могу позволить себе быть слабой. Ошибочка вышла, я могла лишь расслабиться, быть слабой мне никто не позволял. Зачем ты так безжалостно Стёпа, зачем? Мне же больно. Почувствовав что-то мокрое на щеке, я даже не сразу поняла, что это слеза. Я стёрла её, растирая на кончиках пальцев влагу. Что оплакиваем, мечты, надежды, любовь. Вот ты где мой хороший, «характер». Что ж ты молчал, когда пять минут назад об нашу душу ноги вытерли. Страданья к делу не пришьёшь. А обещала быть сильной.

— Действительно. — усмехнулась я, вставая с этой грёбаной банкетки.

— Что, — непонимающе взглянул на меня Стёпка.

— Ты засиделся, пора и честь знать, мне завтра на работу, и хотелось бы выспаться, плохо спала последнии недели. — вот он мой дорогой в действии, я открыла дверь предлагая гостю выйти.

— Но мы ещё как бы не закончили, — я потихоньку выталкивала его на лестничную площадку под его неподдельное замешательство.

— Ты кончил, я кончила, мы закончили Стёпочка, а что касательно разговора, то желания тебе что-то объяснять и тем более доказывать у меня нет. Давай каждый останется при своём, я влюблённая дура, ты просто недалёкий. — я решительно захлопнула дверь. Всё, расслабься. Слёзы потекли ручьем, я зажала рот рукой в беззвучном рыдании. Только сейчас замечая, как по внутренней стороне бедра стекает его сперма, которой он успел меня накачать. Стала совсем мерзко, я брезгливо поморщилась. Душ и баиньки. Я помню что обещала быть сильной. Как там говориться что нас не убивает, не убил же ещё. Пока нет.

«Твой ход.

Стреляй.

Клетка Д5.

Ранил.»

Я не выходила из дома сутки, переосмысливала, передумывала, переживала. Я ревела раненным зверем, я хохотала умалишённо, я спала. Перезагрузка произведена. Сейчас я сижку на темной кухне с чашкой чая и продумывая план действий на завтра и на жизнь в принципе. Хотелось бы вина, я и так прогуляла сегодня поэтому только чай.

Я хочу быть со Стёпой, но ему это не нужно. Интересно, как с эти мирится его Анжелика, интересно, с ней он такой же как со мной, интересно, чтобы быть с ним она готова наступить на горло своим чувствам и принципам. Интересно, а я готова к такому? Может ещё есть шанс, может нужно было молчать, может стоило подождать совсем немного, и он бы тоже понял, что любит. Разве может один человек так трепетно относиться к другому человеку, не испытывая вообще ни каких чувств. Я просто хочу быть со Стёпой. Упрямо, зависимо, нерационально. Я просто хочу быть со Стёпой. Кто-нибудь вырвете это глупое сердце, пусть не болит, пусть вообще не стучит. Завязывай жалеть себя, размазня. Нет, ещё чуть-чуть, пусть только сегодня последний день. Я устало опускаю голову на сложенные на столе руки и кажется опять чувствую мокроту.

— Светлана Ивановна, — Натали буквально налетает на меня у входной двери, — вас Михаил Александрович ждет.

— Как давно, — утро добрым не бывает, ну что за сюрприз.

— Двадцать минут, может пол часа.

— Где он, — вот жежж, а собиралась сидеть в кабинете весь день и не отсвечивать.

— У вааас, — голосок дрожит, знает, как не люблю посторонних на своей территории, но тут хозяин барин, и Натали это понимает. — он с Петром Андреевичем.

— Хорошо, спасибо. — вот этого не хватала ещё, поди уже мое кресло примеряет. В свой кабинет вхожу без стука, показывая сразу границы, хотя кому, мысленно считаю до десяти.

— Доброе утро, и что это за праздник такой, что у меня в кабинете, — подчёркиваю два последних слова, — два таких сногсшибательных самца собрались. — и улыбка конечно, чтоб так сказать добить.

— Доброе утро Светлана, я, пожалуй, пойду, — вот первый уже ретировался, — до встречи Михаил Александрович.

— Доброе утро Светочка, — Саныч кивнул Петру, и встал наконец с моего кресла, но мне его занять так же не дал, усадив на диванчик для гостей рядом с собой. — опаздываешь.

— Всё ещё не важно себя чувствую, хотела даже ещё отгул взять.

— А я грешным делом думал от меня прячешься, от разговора уходишь. — я устало прикрываю глаза.

— Я ещё ничего не решила, если вы про это, у меня сейчас не лучшие времена, если можно так выразиться.

— Понимаю, Светочка, всё понимаю, сам был молод когда-то. Поэтому немного меняю свое предложение, — выдержав интригующую паузу продолжил он. — ты нужна мне там как воздух, уж прости ни как иначе. — хохотнул мужчина. — Два, три месяца максимум, но ты должна быть там. До самого открытия и ещё месяцок.

— А когда планируете открытие?

— Седьмого июля, в день любви, семьи и верности. Символично. — он снова хохотнул, пока я прикидывала в голове сколько времени у нас до открытия, а его не было.

— Да это просто невозможно, тут всего ничего, кто так делает. Да что бы всё подготовить, я должна была там быть месяца три назад, а то и пять. Мне нужен хороший шеф, чтобы собрать кухню, плюс обсуживающий персонал, а хороший сомелье, мать его, это сейчас вообще дефицит. Я ещё даже не знаю, как дела с самим залом, а простите с залами. — мое возмущение было не поддельным, где он раньше был со своим предложение, где он был пока Стёпа не ворвался в мой мир ураганом и не разрушил там всё. Столько работы впереди, столько работы.

— Я в тебя верю, ты справишься, кто если не ты, — с этими словами он достал из внутреннего кармана конверт и протянул его мне, в нем был билет на самолёт до Сочи, вылет через четыре дня.

— Вы уже всё решили, да. — грустно усмехнулась я.

— Нет, это ты уже всё решила. — и я опять усмехнулась, да кажется я действительно всё решила.

— Только на три месяца, — предупредила.

— Хотя бы так.

Глава 8

Степан

Я ходил злой третий день, и третий день не вылезал из зала. А всё потому, что моя разбушевавшаяся фантазия не давала мне покоя. Анжелика как всегда была на высоте, неутомимая и страстная